Готовый перевод Distant Mountains, Clear Spring / Сквозь горы к рассвету: На пути к Али: Глава 20

Это был еще один выходной. Чемодан Жуань Цинхэ был раскрыт в гостиной, а Хэ Шуюань складывал в него собственные вещи.

— Уверен, что ничего не забыл? — Хэ Шуюань посмотрел на человека, сушившего белье на балконе.

Утреннее солнце пробивалось сквозь тонкую рубашку, сквозь которую смутно угадывалась поджарая талия молодого человека.

— Ничего, — Жуань Цинхэ опустил голову и взглянул на него. — Закрывай чемодан.

— Ладно, закрываю, — Хэ Шуюань, словно обжегшись, опустил взгляд и защелкнул замки.

Вчера по дороге обратно Жуань Цинхэ обмолвился, что хочет съездить на соленое озеро Гегы, и Хэ Шуюань прямо в пути разработал план поездки.

От дома до Гегы было меньше двух часов езды, но чтобы добраться до волости Яньхусян у соленого озера, требовалось еще четыре часа, а общая протяженность маршрута составляла триста четырнадцать километров.

Это было крупнейшее соленое озеро в Западно-Тибетском регионе. Больше тысячи лет назад здесь зарождалась культура соляных караванов: соль перевозили на вьючных овцах, совмещая выпас скота с транспортировкой, и доставляли ее в самые разные места, проложив уникальный тибетский Соляной овечий путь.

Жуань Цинхэ надел солнцезащитные очки, сел на водительское сиденье, соединил указательный и средний пальцы и резко выбросил руку вперед:

— Поехали!

Хэ Шуюань улыбнулся от его эффектного жеста и произнес:

— Водитель Жуань, не соизволите ли сначала пристегнуть ремень безопасности?

— Без проблем, — отозвался Жуань Цинхэ.

Но Жуань Цинхэ, проведший в Нгари уже три недели, казалось, никогда не устанет от окружающих видов.

Ему казалось, что здесь каждое облако, каждая травинка, каждая гора неповторимы, и даже дорога, по которой приходилось ездить каждый день, всегда была разной.

Подобно увлеченному исследователю, полному самых невероятных идей, он приковывал к себе невольные взгляды Хэ Шуюаня.

Шоссе, проложенное среди бескрайнего нагорья, поражало бесконечной гладью, уходящей за пределы видимости. Горные хребты вдали сливались в буровато-коричневую линию, снег на вершинах казался еще одним облаком, а на бледно-желтых лугах жизнь пробивалась сквозь почву благодаря талой снеговой воде.

Дорога изредка пересекала оттаявшие реки, на поверхности которых все еще покачивались обломки молочно-белого льда.

В машине играла песня Быть с тобой. Жуань Цинхэ уже отлично освоился с этим пикапом: ведя машину одной рукой и глядя вперед, он напевал в такт музыке.

Вместе с тобой садиться на самый ранний рейс…

Хэ Шуюань слегка прикрыл глаза. В голосе Жуань Цинхэ звучала радость, смешанная с ленивыми нотками, и от этого неизменно возникал обманчивый خیال, будто кто-то проводит перышком по его ладони.

Вдруг Жуань Цинхэ воскликнул:

— Адвокат Хэ, смотри, не тибетские ли это антилопы?!

Он клялся своим зрением в пять целых и одну десятую диоптрии, что эта стадия уж точно не дикие ослы!

— Где? — спросил Хэ Шуюань.

Жуань Цинхэ припарковался у обочины и указал ему направление.

Хэ Шуюань проследил за его пальцем: действительно, там двигалась стада мигрирующих тибетских антилоп, направлявшихся к далёким горам.

— У тебя и правда отменное зрение, — Хэ Шуюань взял телефон и сделал снимок.

Жуань Цинхэ снял солнцезащитные очки, и в его голосе прозвучало легкое самодовольство:

— То-то же, единица на оба глаза, вернее, пять и один!

Хэ Шуюань поднял большой палец:

— И впрямь впечатляет. Мне с моими минус тремя остаётся только преклонить колено.

В эту поездку Жуань Цинхэ взял с собой фотоаппарат Fujifilm X100V, но снимать на него звездные треки в прошлый раз было уже испытанием, а о том, чтобы поймать в объектив тибетских антилоп, он и не мечтал. Достав из кармана телефон, он сделал несколько кадров.

Они прибыли в волость Яньхусян у соленого озера примерно в четыре часа пополудни, и погода стояла на редкость прекрасная.

Свернув по следам от шин к самому краю озера, они увидели, что издалека солончак белел среди иссохшей травы, но вблизи бирюзовая гладь воды отражала плывущие по небу облака — плотные, с четкими и яркими краями.

Выбравшись из машины, оба ступили на солончаковую почву. Каждый шаг оставлял след, словно они шли по снегу.

Глядя на испачканные грязью следы от ботинок, лишённый романтического налёта адвокат Хэ приподнял ногу:

— Эта соль случайно не забьётся в подошву?

Жуань Цинхэ:……

— Адвокат Хэ, этой соли не хватит даже на то, чтобы еду подсолить.

— Да её особо и в пищу не пустишь, — усмехнулся Хэ Шуюань.

Остановившись у заднего борта пикапа, Жуань Цинхэ спросил:

— Лезем наверх?

— Лезем, — без колебаний отозвался Хэ Шуюань. — Помнится, когда мы встретились впервые, ты точно так же с крыши машины спустился.

— Подняться повыше, чтобы взглянуть вдаль! — бросил Жуань Цинхэ, откинул задний борт, хлопнул по нему ладонью и легко запрыгнул наверх. Протянув руку Хэ Шуюаню, он произвел:

— Правда, машина эта не моя, так что могу пригласить тебя только в кузов.

Хэ Шуюань запрокинул голову. Сквозь тонированные линзы казалось, что за спиной Жуань Цинхэ сияет целая россыпь солнечных кругов, а от его улыбки было невозможно отказаться — она напоминала редкую и драгоценную западно-тибетскую весну, в которой распускалось всё живое.

— А, — Хэ Шуюань на секунду замер, ухватился за его руку и, оттолкнувшись, забрался в кузов.

Жуань Цинхэ стоял в кузове пикапа, а пролетавший мимо ветер доносился издалека и уносил всё прочь.

Шуршание крупинок соли о металл под подошвами и звуки собственного дыхания тонули в порывах ветра.

В зеркальной глади соленого озера отражался перевернутый мир. Казалось, люди парят над водой, прогулываясь по безвоздушному пространству, совершенно потеряв вес.

Повернув голову, Жуань Цинхэ заметил, что Хэ Шуюань тоже смотрит на него.

Две пары глаз через стекла очков встретились взглядами в опустевшем мире, заставив сердца трепетать.

Часы на запястье Жуань Цинхэ отчаянно задрожали.

Пульс слишком частый, рекомендуется сделать глубокий вдох.

У него полыхнули уши. Отведя взгляд от Хэ Шуюаня, он глубоко вздохнул:

— Я слезаю вниз.

С этими словами он спрыгнул с кузова. Хэ Шуюань последовал за ним, с удивлением наблюдая, как тот украдкой выдыхает:

— Плохо себя чувствуешь? Горная болезнь? Нужен кислород?

Услышав это, Жуань Цинхэ холодно бросил:

— Нет, просто от ветра мозги расплавились.

Хэ Шуюань ничего не понял, но решил уступить:

— Ладно, поехали обратно, я поведу.

Перед тем как покинуть Яньхусян, они полностью заправили машину.

Машина мчалась по шоссе, рассекая пожухлые луга и ручьи с талой водой — точь-в-точь как по дороге сюда.

Жуань Цинхэ криво сидел на пассажирском сиденье. На обратном пути им не встретилось ни одной машины, и примерно через пятьдесят километров пути, в совершенно глухом месте, где не было ни деревень, ни людей, он слегка прищурился: у обочины дороги что-то чернело.

Сняв солнцезащитные очки, он выпрямился и подался вперед, пытаясь рассмотреть получше.

Заметив краем глаза движение Жуань Цинхэ и вспомнив, как тот недавно тяжело дышал у озера, Хэ Шуюань обеспокоенно спросил:

— Что такое? Опять плохо?

— Нет, сбавь скорость. Впереди на обочине кто-то лежит. — Жуань Цинхэ опустил стекло, и в салон ворвался ветер.

— Хорошо. — Хэ Шуюань не заметил животного, о котором говорил спутник, но послушно сбросил скорость.

В Нгари появление переходящих дорогу стад овец или яков, направляющихся с одного пастбища на другое, было обычным делом, но вот чтобы какое-то животное лежало прямо у дороги — такое случалось редко.

— Остановись, остановись! — встревоженно воскликнул Жуань Цинхэ, постучав по оконной раме. — Это маленький барашек, кажется, он ранен.

Услышав это, Хэ Шуюань тут же припарковал машину у обочины.

Понаблюдав некоторое время из салона, они разглядели детеныша дзерена песочного цвета. Рядом виднелись пятна крови, но ни матери, ни других людей поблизости не наблюдалось.

Тогда Жуань Цинхэ выскочил из машины и в два счета оказался на месте.

На грунтовой земле виднелись следы копыт и небольшой участок следов волочения. Малыш застрял в проволочном ограждении, ткнулся мордочкой вперед и затих.

Хэ Шуюань подоспел вслед за ним, присел на корточки, внимательно все осмотрел и с серьезным видом посмотрел на Жуань Цинхэ:

— Это не ягненок, это детеныш тибетской газели, охраняемый вид второй категории.

— И… что… что теперь делать? — растерянно пробормотал Жуань Цинхэ, тоже присев рядом и запинаясь.

— Я позвоню куда следует. — Боясь испугать раненого малыша громким голосом, Хэ Шуюань отошел подальше и набрал номер службы спасения.

После объяснений Хэ Шуюаня вызов быстро перевели в местное лесотехническое ведомство.

Жуань Цинхэ дернул Хэ Шуюаня за край одежды и тихо произнес:

— Он дрожит, у него повреждены правая задняя и левая передняя ноги, к тому же он запутался в проволоке.

Хэ Шуюань поспешно пересказал все собеседнику и назвал координаты:

— На 317-й национальной трассе из Яньхусян в уезд Гегы, примерно через пятьдесят километров пути, поблизости никого нет.

— Я добавлю вас в контакты, перешлите нам фотографии. Мы посмотрим, не требуется ли оказать первую помощь на месте.

— Хорошо. — Хэ Шуюань продиктовал свой номер и тут же получил запрос на добавление в друзья.

Следуя указаниям специалиста, Хэ Шуюань сфотографировал обстановку вокруг, заснял состояние ран детеныша дзерена на видео и фото, отправил все материалы ведомству и сохранил копию себе.

Собеседник вскоре перезвонил:

— У вас есть с собой полотенце или что-то подобное? Можете пока накрыть его. Пожалуйста, оставайтесь на месте, мы уже отправили людей к вам.

Жуань Цинхэ снял кардиган, который был надет на нем под курткой, и передал Хэ Шуюаню.

Действуя по инструкциям профессионала, Хэ Шуюань укутал детеныша дзерена в кардиган, после чего осталось только ждать.

Всё, что они могли сейчас делать — это ждать.

Поначалу малыш тибетской газели издавал слабые звуки, но постепенно они затихли совсем, и больше ничего не было слышно.

Хэ Шуюань радовался лишь тому, что было еще светло и поблизости не крутились волки — по крайней мере, в безопасности они были.

Прошло около двух часов. Сугуряло, закатные лучи легчайшими лентами рассыпались по небу.

Вечерний воздух заметно посвежел, и Жуань Цинхэ, растирая ладони, застегнул штормовку до самого подбородка.

— При такой температуре кардиган...

Не успел он договорить, как перед ними остановилась машина, и из нее вышли трое сотрудников в форме:

— Это вы сообщили о происшествии?

— Да, — кивнул Хэ Шуюань.

Двое сотрудников оперативно проверили жизненные показатели раненого детеныша дзерена и приступили к спасательным работам, а Жуань Цинхэ остался рядом помогать.

Хэ Шуюань тем временем заполнял бумаги вместе с третьим сотрудником, отвечая на вопросы: когда именно они обнаружили животное и в каком состоянии оно находилось...

http://bllate.org/book/25633/3058103

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь