Готовый переклад Reborn My Baby Where Are You / Возрождение: В поисках потерянного счастья: Розділ 18

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Тань Хуаньси шёл рядом с Мо Шаохэном и смотрел на него. Первоначальное изумление постепенно улетучилось. Поначалу он действительно хотел испытать почву и при случае расспросить Мо Шаохэна о том, как тот в своё время усыновил Мо Сиюаня, но кто бы мог подумать, что Мо Шаохэн заговорит об этом сам, избавив его от необходимости ходить вокруг да около.

Больше всего Тань Хуаньси хотел узнать, где Мо Шаохэн приютил Мо Сиюаня, хорошо ли малышу жилось до этого, не обижали ли его и не приходилось ли ему терпеть лишения. Раз уж люди из Семьи Нин так люто ненавидели их семью, после смерти его и родителей они наверняка не стали бы хорошо относиться к его сыну. Одно лишь представление об этом отзывалось в сердце такой болью, что у него чуть не перехватывало дыхание.

— Что такое? — заметив, что лицо Тань Хуаньси внезапно побледнело, Мо Шаохэн слегка обеспокоенно приобнял его за плечи. — Тебе нездоровится?

Тань Хуаньси виновато покачал головой:

— Я в порядке.

Мо Шаохэн убрал руку с его плеча, но взгляд с него не сводил:

— Если плохо себя чувствуешь, давай вернёмся.

Тань Хуаньси улыбнулся:

— Спасибо, дядя Мо, но я правда в порядке. Если мне станет нехорошо, я обязательно скажу дяде Мо. На самом деле я просто... просто вспомнил Сяо Юаня. Раньше я слышал от Старшего в роду, что Сяо Юань — это ребёнок, которого дядя Мо привёз из Семьи Нин в городе S. Семья Нин пережила такие потрясения, и Сяо Юань... должно быть, натерпелся немало обид.

В глазах Мо Шаохэна мелькнуло удивление. Помолчав немного, он произнёс:

— Нет. Когда я приехал... он уже ушёл из жизни.

Голос Мо Шаохэна звучал несколько отрешённо. Он уже не помнил, что именно чувствовал, когда впервые узнал о кончине Нин Сюэ. В памяти осталось лишь то, что в голове тогда царил полный кавардак, ему совершенно не хотелось никого видеть, и даже Ци Фэнъюй с Хэ Цзинъи были выставлены за дверь, а он сам просидел в кабинете целые сутки.

Чувства Мо Шаохэна к Нин Сюэ были весьма сложными, но нельзя было отрицать, что этот человек его зацепил. В конце концов, к тому моменту они оба уже вышли из возраста безрассудных из-за чувств поступков. В ту ночь семь лет назад он выпил немало вина, но всё же не до такой степени, чтобы потерять рассудок. Он действительно сделал это осознанно — в глубине души он вовсе не хотел отталкивать этого человека.

Он думал, что на этом их история не закончится: пусть начало выдалось несколько нелепым и неловким, всё ещё можно было исправить.

После окончания университета Нин Сюэ вернулся в город S. Мо Шаохэн знал о происхождении Нин Сюэ: выходцы из великих семей несут на плечах слишком тяжелый груз своего рода. Он не хотел пока тревожить Нин Сюэ и доставлять ему лишних хлопот, тем более что был готов ждать. Но судьба, казалось, вовсе не собиралась давать ему такой шанс.

В те годы он сам лишь недавно прочно обосновался на позиции главы Семьи Мо, и в самом клане еще оставалось немало затаивших обиду людей, готовых в любой момент перейти к действиям. А уличные мухи и комары думали, что сейчас он погряз в проблемах, и только и ждали подходящего момента, чтобы нанести удар; некоторые даже сговаривались за его спиной в безумной надежде избавиться от него раз и навсегда.

Мо Шаохэн порой бывал самонадеян, но прекрасно понимал значение слова «слабость», а уж тем временем сердечные слабости и вовсе нельзя было выставлять напоказ. Пока ни он, ни Нин Сюэ не укрепили своё положение, он оборвал все связи с Нин Сюэ. Обрубил их — и на четыре года погрузился в тишину, а когда опомнился, было уже поздно.

В тот год, когда в Семье Нин стряслась беда, он как раз находился за границей. Мо Шаохэн уже планировал вернуться за Нин Сюэ, как только уладит дела за рубежом, поскольку обстановка внутри страны наконец стабилизировалась. Подумать только: за столько лет тот некогда гордый и дерзкий юноша должен был превратиться в зрелого, рассудительного и надежного наследника.

Когда он узнал, что у Семьи Нин сменился хозяин, родители Нин Сюэ покончили с собой еще годом ранее, а сам Нин Сюэ, живший в одиночестве с ребёнком, погиб в автокатастрофе, Мо Шаохэн впервые изведал вкус горького раскаяния. Он каялся в своей прошлой излишней рассудительности и еще больше — в собственной нерешительности.

Родившись в великом клане, он лучше кого бы то ни было должен был понимать всю безжалостность подобных семей. Открытая вражда и тайная борьба — лишь мелочь; зачастую ради выгоды люди без колебаний уничтожали даже самых близких кровных родственников. Точно так же и он сам в своё время: если бы не доказательства того, что гибель его родителей не была случайностью или стечением обстоятельств, он никогда бы не вернулся в Семью Мо, не взял бы её под жесткий контроль и не стал бы смотреть, как те, кто довел его родителей до смерти, в судорожных муках цепляются за жизнь на его ладони.

Мо Шаохэн думал: если бы тогда, испугавшись мнимых слабостей, он не оборвал связи с Нин Сюэ, то смог бы протянуть ему руку помощи в самый тяжелый и безвыходный момент. Быть может, Нин Сюэ не погиб бы, и всё между ними сложилось бы иначе — по крайней мере, их не разделяла бы пропасть между миром живых и мертвых.

— Дядя Мо... — Тань Хуаньси остановился и накрыл своей рукой ладонь Мо Шаохэна. Только сейчас он заметил, насколько ледяными были пальцы мужчины. Сердце Тань Хуаньси легко ёкнуло, и слова утешения сорвались с губ сами собой: — Вам не нужно в этом винить себя. Я вовсе не считаю, что ваши тогдашние решения были в чём-то неверны. Прошло столько лет, и я не могу до конца прочувствовать всю сложность ситуации, в которой вы тогда оказались. Но окажись я на вашем месте, я, пожалуй, поступил бы точно так же. И не только ради себя, но и ради... того, кто дорог.

Каким бы нелепым ни выдалось та единственная ночь между ним и Мо Шаохэном в прошлом, Тань Хуаньси и впрямь никогда не держал на него зла. Однако сейчас, услышав из уст самого Мо Шаохэна рассказ о том, что случилось после его смерти, оставаться равнодушным было бы чистой ложью.

В конце концов, они с Мо Шаохэном ничем друг другу не были обязаны. Мо Шаохэн говорил об этом легко и непринужденно, но Тань Хуаньси чувствовал за его словами затаенное сожаление и едва уловимый след глубоких чувств. Он не знал, насколько сильной была симпатия Мо Шаохэна к нему в те дни, да и не хотел тешить себя пустыми надеждами. Было очевидно лишь одно: какие-то чувства к нему Мо Шаохэн тогда всё же испытывал, хотя до настоящей любви дело, конечно, не дошло.

Как ни странно, Тань Хуаньси вовсе не противился этой мысли. Мо Шаохэн — человек, окутанный ореолом всеобщего восхищения, — если бы он кого-то полюбил, вряд ли кто-то смог бы устоять. Он сам не был исключением, тем более что между ними уже была та ночь и у них подрастал общий сын.

Тань Хуаньси прекрасно понимал поступок Мо Шаохэна. Он и сам находился в самом эпицентре водоворота: такая жизнь напоминала огромное боязливое топкое болото, где каждый неверный шаг вёл к неизбежной гибели. Когда не удавалось даже предсказать собственную судьбу, о какой защите любимого человека могла идти речь?

Статус Мо Шаохэна был особенно исключителен. Пережить подобную полную опасностей ситуацию обычному человеку не под силу. Если бы враги Мо Шаохэна действительно узнали, насколько сильно он дорожит этим человеком, его и без того со всех сторон окруженная врагами жизнь стала бы еще тяжелее, и в любой момент он мог превратиться в рычаг давления на самого Мо Шаохэна.

Ощущая гладкое, нежное тепло чужой руки, Мо Шаохэн вновь отчетливо вспомнил то чувство, когда когда-то крепко прижимал Нин Сюэ к груди. Жадно упиваясь этим теплом и чувством полноты жизни, он даже спустя столько лет не мог забыть его. Пусть это выглядело сентиментальным, но это был непреложный, неизгладимый факт: то, чего невозможно достичь, навсегда остается в сердце недосягаемой белой луной и незабываемой киноварной точкой на лбу, где бы вы ни находились и сколь далеко друг от друга ни были.

Видя, что взгляд Мо Шаохэна по-прежнему прикован к его руке, Тань Хуаньси вдруг осознал, что посреди оживленной улицы их поведение выглядит чересчур интимным. Он поспешно отдернул руку и смущенно произнес:

— Порой люди просто не властны над своей судьбой, а возможности каждого человека всё же ограничены. Нельзя объять необъятное и быть идеальным во всём. Тем более что дядя Мо и так сделал всё возможное. Я думаю... я думаю, что на том свете старшекурсник Нин Сюэ будет очень благодарен вам за всё, что вы для него сделали.

Мо Шаохэн странно взглянул на него. Произнесенное Тань Хуаньси словосочетание старшекурсник Нин Сюэ прозвучало как-то неестественно, к тому же каждый раз, когда этот человек заводил речь о Нин Сюэ, в его глазах мелькали какие-то странные, невыразимые эмоции — казалось, будто он говорит о собственном прошлом.

— Мм! — тихо отозвался Мо Шаохэн. На самом деле он и сам не понимал, какими побуждениями руководствовался: стоило ему увидеть Тань Хуаньси, как в нем просыпалось то, чему трудно было противиться. Эти хранившиеся в сердце целых семь лет мысли он прежде не доверял никому, но перед Тань Хуаньси изливать их оказалось намного проще, чем он предполагал.

Только тогда Тань Хуаньси одарил Мо Шаохэна легкой, непринужденной улыбкой, и тяжесть на душе немного отступила. Сделав несколько шагов вперед, он обернулся и, как бы между прочим, поинтересовался:

— Кстати, дядя Мо, вы упомянули, что нашли Сяо Юаня сразу после кончины старшекурсника Нин Сюэ. Где же вы его отыскали?

— Когда я пришёл, его похороны только что закончились, и Старший в роду Нин нанял няню, чтобы та присматривала за Сяо Юанем, — не стал скрывать Мо Шаохэн то, что Мо Сиюаню, несмотря на наличие няни, пришлось несладко. И дело было вовсе не в том, что няня плохо выполняла свои обязанности, просто остальные члены Семьи Нин не желали мириться с присутствием мальчика.

При мысли о беспомощности и одиночестве Мо Сиюаня в тот момент, когда тот лишился его, Тань Хуаньси почувствовал невыносимую боль в сердце. С трудом подавив подступившие эмоции, он тихо спросил:

— Сяо Юаню было хорошо? Наверное, уговоры дяди Мо взять его к себе встретили немалое сопротивление?

Семья Нин и Семья Мо никогда не поддерживали близких отношений, и внезапное требование Мо Шаохэна отдать ему чужого ребенка наверняка подняло бурю в Семье Нин. Старший в роду хоть и баловал его, своего внука, но всегда стремился соблюдать баланс, и даже если хотел защитить Мо Сиюаня, у него просто не хватило бы на это сил.

Вряд ли Старший в роду стал бы возражать против желания Мо Шаохэна усыновить мальчика, но вот остальные члены Семьи Нин, должно быть, сильно заволновались. Кем был Мо Шаохэн? Если бы Мо Сиюань вырос под защитой такого покровителя, а потом узнал, как с ним обошлись родственники, ему ничего не стоило бы в один миг перевернуть Семью Нин с ног на голову.

Тань Хуаньси слегка улыбнулся уголкам губ. Ему хватило одной лишь мысли о реакции той компашки в те дни, чтобы на душе стало радостно. И что с того, что те были против? Много ли у них имелось влияния и смелости, чтобы вынести гнев Мо Шаохэна? К тому же эти люди лучше всех умели держать нос по ветру: получи они шанс встретиться с Мо Шаохэном, они бы рады были стелиться перед ним ковриком, откуда уж взяться смелости возражать его решению!

Мо Шаохэн чувствовал невероятно глубокую привязанность Тань Хуаньси к Мо Сиюаню и не хотел расстраивать собеседника, поэтому ответил беспристрастно:

— Нет.

И он говорил правду: никаких препятствий действительно не возникло, поскольку перед усыновлением Мо Шаохэн собрал всю необходимую информацию и встретился со Старшим в роду Нин с глазу на глаз. Старик, потерявший за один год сына, невестку и внука, и так терзался чувством вины перед Мо Сиюанем и прекрасно понимал, что в Семье Нин мальчику не поздоровится, а потому не стал возражать против усыновления.

Что же до остальных членов Семьи Нин, то они вообще не входили в круг интересов Мо Шаохэна. Согласился бы Старший в роду или нет, но, судя по тому, как Нин обращались с Мо Сиюанем, он всё равно забрал бы ребенка любыми средствами. Мо Сиюань был единственным сокровищем, оставленным Нин Сюэ в этом мире, и Мо Шаохэн не собирался позволить прошлому повториться. Он хорошо позаботится о мальчике ради Нин Сюэ, да и на душе у него станет чуточку легче.

Порой смерть не означает конец или забвение. Некоторые люди и воспоминания при жизни кажутся не столь яркими и глубокими, оставляя лишь легкий трепет в груди при воспоминании. Но стоит потерять их, как понимаешь: этот трепет давно врос в кости, и чем сильнее пытаешься забыть, тем четче становятся образы, а пустота в сердце делается всё необъятнее.

Тань Хуаньси не стал прерывать погруженного в задумчивость Мо Шаохэна. Он молча шагал рядом, пока они не миновали еще один светофор. Бросив взгляд на неторопливо следовавших за ними телохранителей, он тихо спросил:

— Дядя Мо сегодня не спешит в офис?

Мо Шаохэн остановился и повернулся к нему:

— У тебя есть дела?

Тань Хуаньси улыбнулся:

— Если уж дядя Мо никуда не спешит, то мне, тому, кому не нужно ни участвовать в конкурсах и концертах, и вовсе некуда деваться. Я так давно не гулял вот так свободно, что если можно, мне совсем не хочется возвращаться.

Уголки губ Мо Шаохэна наконец тронула улыбка, и он мягко произнес:

— Тогда пойдём. В офисе есть Цзинъи и Фэн Юй.

— Хорошо, тогда я воспользуюсь вашим госевприимством. Думаю, раз уж большой босс прогуливает работу, его подчиненный не посмеет выразить ни единой жалобы. — Окинув взглядом оживленную улицу, Тань Хуаньси с неподдельным интересом предложил: — Сначала давай зайдем в музыкальный магазин посмотреть скрипки! У Сяо Юаня еще нет собственной скрипки: хотя у меня полно инструментов, на которых я играл раньше, я хочу подарить мальчику новую, а когда он чего-нибудь добьется в учебе, куплю ему хорошую коллекционную вещь.

— Хорошо, решай сам, — настроение Тань Хуаньси, казалось, передалось и Мо Шаохэну, смягчив черты его лица.

http://bllate.org/book/25637/3058372

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу