Готовый перевод Gentle Sickness / Сладкий недуг: Глава 15

Глава 15

Рядом со школой была довольно известная лапшичная. Когда Синь Сюаню и остальным надоедала столовская еда, в обед они иногда ходили сюда.

Поразмыслив, что с момента окончания уроков прошло уже немало времени и все наверняка спешат домой, а значит, ни один неудачник не станет задерживаться в лапшичной, он и привёл сюда Цзи И.

— Бывал здесь раньше? — по-хозяйски осведомился Синь Сюань, увлекая Цзи И на второй этаж.

Больше всего ему нравилось местечко у окна. Подойдя туда, он швырнул на пол сумку со школьными принадлежностями и без сил рухнул на стул, словно из него вмиг вынули все кости.

— Нет, — с мягкой улыбкой ответил Цзи И, элегантно усаживаясь напротив Синь Сюаня и оглядываясь по сторонам. — Тут очень уютно.

Растущие вдоль улицы деревья буйно зеленяли; стоило бросить взгляд за окно, как открывался вид на синее небо, белые облака и сочную листву, а время от времени оттуда доносился прохладный ветерок.

— Слушай, тебе не надоело вечно строить из себя невесть что? Это же просто маленькая лапшичная, а не какой-нибудь пятизвёздочный ресторан, — скривился Синь Сюань.

Стоял разгар лета, и из-за окна доносилось слегка раздражающее стрекозание цикад.

Сидевший напротив отличник держался прямо и чопорно, словно на уроке, и даже к вещам на столе прикасался с предельным трепетом, производя впечатление человека зажатого и скованного.

— В первый раз надо вести себя приличнее, — едва слышно пробормотал Цзи И.

Не обращая внимания на его бормотание, простоватый и прямолинейный парень самостоятельно вытащил меню и швырнул его собеседнику: — Что любишь? Мясное или вегетарианское? Поострее или полегче?

— А ты? — Цзи И зажал меню двумя руками и с напускной серьёзностью спросил.

Оба были полностью поглощены выбором блюд, да и сидели не прямо напротив лестничной площадки, поэтому не заметили, как один за другим стали подниматься ученики в форме Школы Цинчжун, решившие перекусить.

— Я ем кисло-сладкое, лапшу с помидорами и яйцом, — лениво прикрыв глаза, полулежал на стуле Синь Сюань.

Именно за это он и недолюбливал манеры Цзи И. То ли дело ходить сюда с Се Наньчжаном и остальными: у всех общий вайб, никто никого не упрекает.

— Не слишком ли просто? Тут есть тушёная говядина, — Цзи И внимательно изучил меню и поднял взгляд: — Будешь?

На лице Синь Сюаня отразилось недовольство: — Ты что, разорить меня хочешь?

Маленькая порция тушёной говядины стоила ровно пятьдесят юаней.

— … — Цзи И лишился дар речи. Лишь спустя полминуты он пришёл в себя, подумав, что у них с этим прижимистым школьным хулиганом действительно разные взгляды на деньги, и решил проявить уважение к чужой прижимистости: — Ладно, за говядину я заплачу сам, а с тебя только лапша.

— Идет, — Синь Сюань даже не подумал церемониться.

— А я возьму лапшу с тремя деликатесами. Она вкусная? — Цзи И здесь никогда не был, поэтому обратился с вопросом к Синь Сюаню.

— Невкусная, сплошная вода. Если хочешь… впрочем, ладно, у тебя же рана, ешь свою лапшу с тремя деликатесами, — щелчком пальцев подозвав официанта, Синь Сюань заказал две порции лапши, тарелку тушёной говядины и десять фирменных шашлыков из большого куска мяса: — И в два из них положите поменьше специй, пожалуйста.

Цзи И приподнял брови: ещё и шашлык будет?

— Любишь мясо? Десять штук — это не слишком мало? — Экономия школьного хулигана уже укоренилась в сознании окружающих, и Цзи И боялся, что тот останется голодным.

— Сначала посмотри на размер, а потом говори, — Синь Сюань вяло приподнялся, чтобы сделать глоток воды, и именно в этот момент заметил вокруг знакомые лица одноклассников. — Какого чёрта?

С каких это пор они тут сидят?!

Неужели они уже увидели то, чего видеть не следовало?!!

— М? — проследив за взглядом Синь Сюаня, Цзи И тоже обернулся и встретился глазами с несколькими парами смущённых, но вежливых взглядов.

Оказалось, это были школьные товарищи. Лица их казались ему незнакомыми — он понятия не имел, из какого они класса.

Знал он лишь одно: эти ребята определенно узнали его и Синь Сюаня.

— Ты против? — повернувшись обратно, Цзи И устремил взгляд на лицо Синь Сюаня.

— Против чего? — Синь Сюань всё ещё находился в растерянности.

— Того, что мы едим вместе. Об этом будут судачить, — Цзи И опустил стакан и слегка подался вперед, заговорщически понизив голос: — Неужели ты не знаешь, сколько людей за тобой наблюдает?

При упоминании об этом Синь Сюань закатил глаза: — Сам же знаешь, что будут болтать? Тогда зачем ты в прошлый раз распустил слухи перед учителем, будто мы с тобой помирились?

Из-за этого он потом даже не мог открыто таскать Цзи И за собой — чёртов интриган.

— Разве я распускал слухи? — не признал вину Цзи И и с улыбкой произнёс: — Я просто сказал правду. В конце концов, у нас с тобой и впрямь нет никакой смертельной вражды.

В худшем случае Синь Сюань, будучи завзятым романтиком, просто ненавидел его в одностороннем порядке из-за Фу Исюэ.

— … — Ну да, смертельной вражды между ними и правда не было. Раньше их еще можно было назвать соперниками в любви, но теперь-то выяснилось, что Фу Исюэ Цзи И вовсе не нравится. Этому парню подавай острые ощущения, его привлекала избалованная и манерная Чу Тяньтянь.

А нежная и чистая Фу Исюэ не имела с типом Чу Тяньтянь ничего общего.

Неопределенно хмыкнув, Синь Сюань бросил: — Ладно, плевать, пусть болтают что хотят.

Увидели так увидели, будут судачить — пускай судачат, на его жизни это всё равно особо не скажется.

Цзи И спросил: — Так значит, мы теперь считаемся помирившимися?

Незаметно для себя они оказались слишком близко друг к другу. Заметив это, Синь Сюань тут же отпрянул: — Кхе, давай в Вичате обсудим.

Он понимал, что Цзи И просто опасался посторонних ушей, но шептаться вот так он абсолютно не привык. И то, что кто-то вдруг занял место его братана в таких личных делах, казалось ему крайне странным.

— Можно и так, — улыбнулся Цзи И. Одна из его рук, лежавших на столе, машинально поглаживала тыльную сторону травмированной кисти.

— Лапша для двоих! — официант принёс поднос и расставил всю еду на их столе.

Синь Сюань к тому времени уже проголодался, поэтому молча схватил палочки и принялся за еду.

Говядину Цзи И купил на свои деньги, но уплетал её за обе щеки тоже он.

Когда принесли шашлыки, Цзи И только тогда понял, насколько они огромные. Оказывается, этого вполне хватит на двоих.

Оба парня были немногословны, и за пару мгновений смели всё со стола, оставшись вполне сытыми.

По пути в туалет Синь Сюань мимоходом оплатил счёт.

— Ты всё оплатил? — Цзи И отстал от него на шаг.

— Ага, скинь мне пятьдесят на Вичат, — усаживаясь за стол, бросил Синь Сюань.

Цзи И замер и машинально оглянулся на соседний столик со школьными товарищами, после чего перевёл взгляд на него: — Неужели в этом мире не осталось никого, чье мнение для тебя важно?

Разве обычные парни не дорожат своей гордостью?

— Полтинник всё-таки важнее, — здраво рассудив, ответил Синь Сюань.

Потихоньку усмехаясь, Цзи И достал телефон и перевёл ему пятьдесят юаней.

Синь Сюань, разумеется, принял перевод мгновенно. Заметив, что этот придурок Цзи И лыбится еще шире, он вдруг подумал, что в общем-то в этом нет ничего особенного — разве среди учеников такое не норма?

Но улыбка собеседника только разозлила его, и, не сдержавшись, он выругался: — Чё лыбишься? Такой щедрый, а просишь меня угостить?

Цзи И покачал головой: — Нет, я не это имел в виду.

Просто ему показалось это забавным. Когда он только познакомился с Синь Сюанем, тот производил впечатление невероятно крутого, дерзкого и властного парня, и забей его до смерти — он бы ни за что не поверил, что школьный хулиган — такой скряга.

Цзи И вдруг подумал: а вдруг дело в том, что он сам недостаточно близок с ним?

— Спрошу без обиняков: ты со всеми своими друзьями так поступаешь?

— Конечно, счетами с родными братьями не пренебрегают, — Синь Сюань частенько тянул карманные деньги даже у собственного младшего брата.

Подумав, что такие богатые наследники, как Цзи И, просто с жиру бесятся и не способны понять нищету обычных студентов, Синь Сюань скривил губы и из чистого духа противоречия прямо перед носом у Цзи И сфотографировал стол и часть тела самого Цзи И.

— Смотри.

После чего переслал снимок Синь Сыюаню.

[Батя, угощаю обедом первого ученика параллели по нашей школе, расходы на социализацию, компенсируй 100.]

— Будни обычного студента, видел? — Синь Сюань развернул экран телефона к Цзи И и окинул его оценивающим взглядом: — Не у всех семьи такие богатые, как твоя. Каждая копейка дается нам с трудом.

Цзи И: «……»

Цзи И тут же пожалел, что только что посмеялся над Синь Сюанем, и в его голове уже начали рождаться картины того, как тяжело приходится семье Синь Сюаня, отчего его охватило жуткое чувство вины.

Слово «прости» уже вертелось на языке, как вдруг на телефон школьного хулигана пришло новое сообщение.

Синь Сыюань перевёл непутёвому сынку тысячу юаней: [Сто юаней на обед первому ученику параллели — до чего же ты у меня молодец, Синь Сюань! Я тебя голодом морю или жажду заставляю терпеть? Живо веди человека на нормальный обед, не хватит — ещё попроси.]

Свалившиеся с небес лёгкие деньги в размере тысячи юаней обрадовали Синь Сюаня, но, встретившись взглядом с Цзи И, он грозно зыркнул на него: — Я тебя уже угостил, даже не думай зариться на эту тысячу.

Цзи И и не претендовал на эту тысячу, он просто хотел прояснить один момент: — Синь Сюань, сколько вообще составляют карманные деньги такого обычного студента, как ты, на месяц?

Человек, который может запросто перекинуть ребёнку тысячу на обед с одноклассником, ни за что не похож на выходца из бедной семьи.

Не понимая, зачем тому понадобилось это выяснять, но полагая, что это обычное любопытство к жизни простых людей, скрывать было нечего: — Ну, тысячи четыре-пять, наверное.

Он точно не знал, а если деньги заканчивались, просто просил у родителей.

Су Аньцзю тоже давала ему денег, так что в сумме за месяц выходило явно больше четырёх-пяти тысяч.

— Зря я только переживал за тебя, думал, ты бедняк, — пробормотал Цзи И. Если не считать крупных трат, он сам тратил по три-четыре тысячи в месяц, а у Синь Сюаня, при том что он не испытывал недостатка в деньгах, хватило совести потратить на угощение для него всего сотню. Цзи И было одновременно и обидно, и смешно.

Синь Сюань досадливо поморщился: зря он выставил богатство напоказ.

— А ты? Сам-то сколько тратишь? — его тоже обуяло любопытство насчёт карманных денег отпрысков из богатых семей.

— Три тысячи четыреста, меньше, чем ты, — ответил Цзи И.

— ? — Синь Сюань не поверил, но во взгляде Цзи И, выражавшем оскорбленные чувства, не было ни капли фальши.

— Ладно, обедом я тебя угостил, я пошел, — подхватив сумку со школьными принадлежностями, он с нетерпением попрощался с Цзи И.

— Угу, — кивнул Цзи И. — Иди, я побуду здесь, еще попью чаю.

Глядя в окно, он заметил, как Синь Сюань вышел на обочину и вскоре сел в проезжающее мимо такси, направляясь домой.

Внезапно о чем-то вспомнив, Цзи И опустил чашку, достал из кармана мазь от шрамов и отсканировал упаковку телефоном.

Результат его сильно удивил: стоимость этого маленького тюбика мази достигала нескольких сотен юаней.

Прижимистый школьный хулиган всё-таки потратил немалые деньги на покупку этого тюбика, лишь бы на тыльной стороне его кисти не осталось шрама.

Подперев рукой подбородок, Цзи И тихонько улыбнулся.

Цзи И (версия с объектом воздыхания): [Синь Сюань, когда мы ели, я спросил, считаемся ли мы помирившимися, а ты ответил, что обсудим в Вичате. Теперь можешь сказать мне ответ?]

Наевшись досыта, Синь Сюань разомлел и задремал прямо в машине.

Сообщение он увидел только дома.

Вопрос был с подвохом… Синь Сюань не очень понимал, что на него ответить. В конце концов, он так привык ненавидеть Цзи И, и это точно не было иллюзией — с этим парнем явно что-то не так, надо подумать.

Синь Сюань: [Ха, опомнился, решил мира просить? А как ты раньше ко мне цеплялся и вёл себя вызывающе, это как понимать?]

Цзи И как раз вышел из лапшичной. Стоя под деревом и вдыхая майский ветер, он слегка нахмурился: [Когда это я вел себя вызывающе? По-моему, это ты вечно ко мне лез.]

Синь Сюань: [Бред несеши! Стал бы я тебя ненавидеть без причины, если бы ты не выпендривался? Научись сначала в себе разбираться, а?]

Раз уж собеседник сам заговорил о примирении, грех было не припомнить ему всё с самого начала.

Цзи И (версия с объектом воздыхания): [Но я действительно так не делал. Хочешь, приведи пример?]

Синь Сюань: [Пример? Пожалуйста! Вспомни наш последний совместный баскетбол: ты же, чёрт побери, задел меня за задницу, а потом отпрыгнул чёрт знает куда, скривил рожу и стал обходить меня за километр, будто осквернился! Твою мать, будто кто-то набивался к тебе в компаньоны!]

С тех пор Синь Сюань больше никогда не играл с Цзи И на одной площадке. Кривить рожи и обходить стороной — много у ума не надо.

Синь Сюань: [Ты меня презираешь, а я тебя ещё больше! Целыми днями строишь из себя неприступную недотрогу, тошно смотреть, умора одна.]

Осквернился?

Презирает?

Неприступная недотрога?

Ошеломлённый Цзи И тупо пялился на эти беспочвенные обвинения. Его лицо вытянулось и исказилось от шока.

Только не говорите ему, что Синь Сюань взъелся на него именно из-за того случая?

Это же было недоразумение, величайшее недоразумение.

Если они с Синь Сюань и впрямь превратились в заклятых врагов на почве банального недоразумения, это было бы слишком нелепо.

Его лицо сменило с десяток выражений — зрелище оказалось поистине незабываемым.

Неужели взгляд, полный любви и сдерживаемой страсти, в глазах Синь Сюаня выглядел как издевательство и вызов?

Что за взгляд у этого школьного хулигана.

Совершенно лишён романтики.

Бревно.

И при этом ещё кого-то там умудряется любить.

На душе у Цзи И было горько, но в то же время им овладело злорадство: шанс сойтись с Фу Исюэ у тебя куда меньше, чем шанс сойтись со мной, тупица ты этакий.

Пока Цзи И мысленно перебирал воспоминания, Синь Сюань, судя по всему, окончательно завёлся, и в чат один за другим полетели заряженные эмоциями сообщения, словно автоматные очереди.

Цзи И (версия с объектом воздыхания): [Хватит ругаться, я могу всё объяснить, это было недоразумение, честно.]

Синь Сюань: [Какое еще недоразумение! Говори!]

Водитель уже ждал неподалёку, но Цзи И было не до него. Стоя на краю тротуара, он с горечью в сердце надиктовал голосовое сообщение: — То, что ты принял за моё отвращение к тебе… было недоразумением. Я просто смутился.

Вот и всё.

Звучит, возможно, невероятно, но всё было до банального просто.

Тогда Цзи И был ещё совсем юн.

В первый год своей тайной влюбленности в Синь Сюаня он только-только окончил среднюю школу и вместе со старшей сестрой пришёл на экскурсию в Школу Цинчжун, где и увидел играющего в баскетбол на спортивной площадке Синь Сюаня.

Тот запал ему в душу с первого взгляда.

Тогда его опыт в сердечных делах был равен нулю, он оставался застенчивым и наивным мальчишкой и ещё совсем не понимал, что такое любовь.

Но стоило сердцу дрогнуть, как он тут же столкнулся с безответной страстью.

Синь Сюань не любил парней и прямо при поступлении заявил: «Парни, даже не думайте ко мне лезть, иначе дед ваш небесный свод ладонью расколет!»

И каждый раз при виде яркого и броского Синь Сюаня Цзи И терялся и вёл себя крайне неестественно.

Лишь напустив на себя ледяное выражение лица, он мог скрыть бурю, бушевавшую в душе.

http://bllate.org/book/25656/3060881