Готовый перевод Naruto: Family System, Spreading My Branches Across the Ninja World / Наруто: Семейная система — Возрождаю клан Учиха: Глава 10

Утиха Сюэдоу покачал головой, и в его тоне проступил холод:

— Даже если бы Утихи Сюэдоу не существовало, в будущем нашёлся бы Узумаки Сюэдоу или Сенджу Сюэдоу, которые заставили бы Песок сделать выбор. К тому времени тебя точно так же бросили бы первой.

— Важно не то, принуждает ли кто-то, а то, что твоя ценность слишком мала!

— Иными словами, твоя сила слишком ничтожна, и другие могут отказаться от тебя, не заплатив за это ни единой цены!

Пакура замерла, её губы слегка дрожали, и она какое-то время не находила слов для возражения.

Спустя мгновение она тихо спросила:

— Тогда… как поднять свою ценность?

Сюэдоу внезапно поднялся, подошёл к ней и, протянув руку, приподнял её за подбородок.

Они оказались так близко, что чувствовали дыхание друг друга.

— Следуй за мной, стань женщиной меня, Утихи Сюэдоу!

— Я, Утиха Сюэдоу, в будущем стану самым могущественным человеком в Мире Шиноби. К тому времени никто уже не посмеет смотреть на тебя свысока, и ты обретешь всеобщее уважение.

Пакура была вынуждена запрокинуть голову, а её щеки покрылись раздражённым румянцем.

— Ты… отпусти!

В этот самый момент из-за пределов повозки донёсся голос Сисуя:

— Господин Сюэдоу.

Сюэдоу разжал пальцы и повернулся:

— Входи.

Сисуй мгновенно появился внутри повозки, его взгляд скользнул по Пакуре, выражая лёгкое недоумение:

— Господин Сюэдоу, я одного не могу понять: почему вы обменяли эту абсолютно бесполезную женщину на пять миллиардов рё?

В его глазах обмен вражеского джонина, в чьей преданности нельзя быть до конца уверенным, на баснословную контрибуцию выглядел не самым мудрым решением.

Даже несмотря на то, что эта женщина-ниндзя владела Кеккей Генкай.

Стоявшая рядом Пакура, услышав, как Сисуй прямо заявляет о её полной бесполезности, от злости слегка прищурилась и яростно уставилась на этого двенадцатилетнего юнца.

Но Сюэдоу лишь рассмеялся и непринуждённо ущипнул Пакуру за рассерженное личико:

— Видишь? Даже Сисуй считает тебя бесполезной.

Только после этого он перевёл взгляд на Сисуя:

— Сисуй, твоя привычка размышлять — это очень хорошее качество. Тогда спрошу тебя: как ты думаешь, какую сумму военных репараций Деревня Скрытого Песка способна принять?

Услышав это, Сисуй тут же помрачнел, столкнувшись с трудностью.

Сюэдоу не стал ставить его в неловкое положение и прямо заявил:

— Пять миллиардов.

Сказано это было с абсолютной уверенностью:

— Полномочия Чиё и Расы распространяются примерно на эту сумму. Возможно, чуть больше или чуть меньше, но не сильно разойдётся.

Сисуй от этих слов запутался ещё сильнее.

— Раз так, почему вы с самого начала затребовали десять миллиардов рё?

В глазах Сюэдоу мелькнуло одобрение.

То, что Сисуй был готов шевелить мозгами, делало его перспективным ростком, достойным вложений.

В будущем ему предстояло стать главой клана, а без таких правой и левой рук в управлении обойтись было трудно.

Поэтому Сюэдоу решил заняться его воспитанием и терпеливо пояснил:

— Если бы я сразу назвал цену в пять миллиардов, Песок непременно начал бы торговаться, препирался со мной целый день, и в итоге мы могли бы даже не получить эти пять миллиардов рё.

Он медленно продолжил:

— Но когда я с самого начала заявляю цену в десять миллиардов, они оказываются просто не в силах её принять. И тогда, если я делаю шаг назад и соглашаюсь на пять миллиардов, они, напротив, начинают чувствовать, что остались в выигрыше, и даже подарить мне женщину-джонина, владеющую Стихией Жара, им становится не жалко.

— Вот это и есть искусство переговоров.

Сисуй внезапно всё понял, словно пелена спала с его глаз.

— То есть… вы использовали несуществующие пять миллиардов рё, чтобы заполучить женщиницу-ниндзя, и при этом заставили Деревню Скрытого Песка почувствовать, будто они провернули невероятно выгодную сделку!

— Верно!

Сюэдоу кивнул и, заметив, что Сисуй погрузился в глубокие раздумья, спросил:

— Ещё вопросы есть?

Сисуй покачал головой и почтительно поклонился:

— Благодарю за наставление, господин Сюэдоу. Позвольте удалиться.

Вспышка — и он исчез внутри повозки.

Сюэдоу обернулся и обнаружил, что Пакура, выслушав их диалог, окончательно остолбенела и застыла на месте.

Несколько дней спустя весть о том, что Сюэдоу во главе армии разгромил силы Песка и принудил его подписать неравноправный договор, стремительно разнеслась по всему Миру Шиноби.

Остальные три великие деревни скрытых селений, услышав об этом, заново переоценили вес Конохи.

Поняв, что поживиться больше нечем, а война затянулась слишком надолго, крупные деревни одна за другой изъявили желание заключить мир.

Вскоре Кумогакуре, Киригакуре и Ивагакуре поочередно заключили с Конохой мирные договоры и отвели войска.

На этом Третья мировая война шиноби была официально объявлена завершенной.

Когда весть долетела обратно до Конохи, жители деревни устроили всеобщее ликование.

Долгая война наконец подошла к концу, и вместе с ней имя Сюэдоу вновь и вновь передавалось из уст в уста.

Вскоре он обзавёлся новым прозвищем: Герой, положивший конец войне.

В этот день отряд ниндзя под предводительством Сюэдоу наконец добрался до внешних ворот Конохи.

Перед воротами бурлил людской океан, жители и шиноби выстроились вдоль дороги живым коридором, а волны восторженных криков поднимались одна за другой.

Даже преподаватели Ниндзя-школы привели с собой младших учеников и выстроились рядами у обочины, громко указывая детям на Сюэдоу:

— Смотрите, это же герой, положивший конец войне, — Утиха Сюэдоу!

— В будущем вы тоже должны стать такими же великими ниндзя, как он!

Пакура, которую Сюэдоу вёз с собой, бросила на эту сцену взгляд и презрительно поджала губы.

Сюэдоу заметил её выражение лица и легко усмехнулся:

— Враги Песка — герои Конохи!

Пакура промолчала.

За последние дни совместного пути она уже постепенно привыкла к тому, что из уст этого невыносимого типа вечно слетают столь философские фразы.

Войдя в деревню, Сюэдоу отдал приказ распустить отряд.

После этого он лично конвоировал Пакуру вглубь жилого квартала клана Учиха, в специальную изолирующую чакру тюремную камеру.

Через железные прутья он сказал ей:

— Посидишь здесь, пока всё хорошенько не обдумаешь.

— В тот день, когда ты искренне решишь покориться, я тебя отпущу.

Сказав это, он развернулся и ушёл, не выказывая ни малейшего сожаления.

Надо полагать, дни их совместного духовного совершенствования были уже не за горами.

Далее в планах Сюэдоу значилось сначала отправиться с докладом к Хокаге, а также разобраться с вопросом распределения добычи.

Он уже собрался тронуться с места, как к нему подбежал соклановец и сказал:

— Господин Сюэдоу, глава клана просит вас заглянуть к нему.

— Глава клана?

Услышав это, Сюэдоу тут же нахмурился.

— С каких это пор в нашем клане Учиха успели выбрать нового главу?

Проводник торопливо пояснил:

— Перед своей кончиной прошлый глава назначил Фугаку-сану преемника на посту исполняющего обязанности главы клана.

Взгляд Сюэдоу слегка потемнел, но расспрашивать дальше он не стал и последовал за соклановцем к особняку Фугаку.

Добравшись до двора в традиционном японском стиле, Сюэдоу провели в гостиную.

Внутри уже на коленях сидели двое — это были Утиха Фугаку и Утиха Ясиро.

Они, судя по всему, что-то обсуждали, но, заметив вошедшего Сюэдоу, Фугаку заговорил первым, сохраняя ровный тон:

— Сюэдоу, ты пришёл. Садись.

Сюэдоу кивнул и уже собирался опуститься на татами, как сбоку раздался не то холодный, не то насмешливый голос Ясиро:

— Нынешняя молодежь при виде главы клана даже не знает, что нужно поклониться?

Он скосил глаза на Сюэдоу, добавив с сарказмом:

— Понятия не имею, с чего это господин Хокаге позволил такому не знающему почтения к старшим юнцу получить ранг джоника и командовать армией ниндзя.

Сюэдоу замер на полпути, прервав движение.

Он медленно перевёл взгляд на Ясиро, ответив спокойным голосом:

— Насчёт того, что я молод — это правда. Но я повёл за собой три сотни сородичей, разгромил Песок, заставил его выплатить Конохе контрибуцию и поставил точку в Третьей мировой войне шиноби.

— Если клан Учиха и стал известен в Мире Шиноби, то благодаря силе, а не старшинству по выслуге лет.

Он подался на полшага вперёд и вперил в Ясиро взгляд:

— А вот ты, который только и знает, что твердить о старшинстве — ответь-ка мне, старший, какую именно пользу ты принёс клану Учиха?

Лицо Ясиро от этих слов окаменело, он задрал подбородок и выдавил:

— Тебе… тебе ещё рано судить о моих заслугах!

— Заслуги?

Сюэдоу презрительно усмехнулся:

— Ты вышел на поле боя вместе с главой клана: глава пал в бою, а ты сидишь здесь целым и невредимым.

— Где ты был, когда главу окружили? Раз ты не можешь толком объяснить, у меня возникают подозрения — не потворствовал ли кто-то намеренной гибели главы клана ради собственного места?

— Что ты мелешь!

Ясиро резко вскочил, его лицо залила краска ярости.

— Да как я мог…

— Хватит!

Глухим голосом оборвал его Фугаку, чей лик тоже помрачнел.

Своими словами Сюэдоу вроде бы бил прямо по Ясиро, но разве не бросал он одновременно тень и на него самого?

Глава клана погиб в бою, а они, его телохранители, не смогли защитить его должным образом — это само по себе было промахом, от которого невозможно отмыться.

Фугаку глубоко вздохнул и махнул рукой Ясиро:

— Выйди пока, мы с Сюэдоу поговорим наедине.

Ясиро яростно зыркнул на Сюэдоу и с недовольным видом поднялся и вышел.

Как только дверь затворилась, Фугаку повернулся к Сюэдоу, смягчив тон:

— Ясиро человек суровый, но сердце у него не злом полнится, не принимай близко к сердцу.

Сюэдоу оставил это замечание без внимания и перешёл сразу к делу:

— Не знаю, зачем меня позвали? Если нет срочных дел, мне ещё нужно идти с докладом к Хокаге.

Не успел затихнуть его голос, как раздвижная дверь в комнату тихо приоткрылась.

Внутри скользнула изящная фигура с подносом для чая.

Это была женщина в тёмно-фиолетовом кимоно, её иссиня-чёрные волосы были уложены в аккуратную низкую прическу, а несколько прядей мягко падали на белоснежную шею.

У неё была округлая, пропорциональная фигура, пояс оби туго стягивал тонкую талию, а в слегка распахнутом вороте виднелся кусочек нежной кожи.

Шаги при ходьбе были мягкими, изгибы бедер и талии естественно покачивались в такт движениям — в ней сочетались зрелое очарование, редко встречающееся у юных девушек, и благородная элегантность.

Это была жена Фугаку — Утиха Микото.

В тот самый момент, когда появилась Микото, в голове Сюэдоу раздался системный звонок:

【Динь! Обнаружена подходящая женщина-ниндзя для духовного совершенствования.】

【Имя: Утиха Микото

Кеккей Генкай: Шаринган с тремя томоэ

Сила: Джонин

Общая оценка: Уровень S】

Увидев системную подсказку по Микото, Сюэдоу мгновенно выпрямил спину.

Что?

Даже жена Фугаку, Микото, засчитана как подходящая цель для парного совершенствования?

Но ведь она замужняя женщина!

А её муж Фугаку сидит прямо перед ним!

Что это за намёки от системы?

Она что, предлагает ему самому отбить чужую жену у Фугаку?

Микото же не замечала ничего странного.

Она опустилась на колени перед чайным столиком и привычными движениями стала разливать чай для двоих мужчина.

Когда рукав её кимоно соскользнул, обнажилось запястье, а её пальцы были изящными и тонкими. Пока она наливала чай, её осанка оставалась грациозной и непринужденной.

— Чай простой, прошу меня простить, — тихо произнесла она, слегка кивнув Сюэдоу. На её губах застыла мягкая улыбка, после чего она поднялась и бесшумно удалилась.

Сюэдоу поднял пиалу, сделал небольшой глоток, распробовав вкус.

Фугаку заговорил вновь, возвращая разговор к прежней теме:

— Через семь дней клан созовет собрание в храме Нага, чтобы выбрать нового главу.

Он посмотрел на Сюэдоу с искренностью в голосе:

— Сюэдоу, сейчас ты овеян боевой славой, и твой авторитет на высоте. Я надеюсь, ты поддержишь моё воцарение на посту главы клана.

Сделав небольшую паузу, Фугаку бросил козырь:

— Если главой стану я, должность начальника Подразделения военной полиции Конохи достанется тебе.

Сказав это, он замолк, ожидая реакции Сюэдоу, с уверенностью во взгляде — будто предложенной цены было более чем достаточно.

Однако Сюэдоу лишь продолжал опускать глаза в чашку, оставаясь совершенно невозмутимым.

Брови Фугаку слегка сошлись на переносице, и он добавил:

— Когда я в будущем отойду от дел, я также окажу тебе полную поддержку на посту главы клана. Что скажешь?

Сюэдоу наконец поднял голову.

Фугаку уже решил, что его условия возымели действие, но не успел он и глазом моргнуть, как услышал в ответ:

— На этот раз я тоже буду баллотироваться на пост главы клана.

В комнате мгновенно повисла тишина.

Фугаку остолбенел, не находя слов добрую минуту.

Сюэдоу же, казалось, совершенно не замечал сгустившейся атмосферы — его взгляд небрежно скользнул в сторону двери, словно он пытался снова отыскать фигуру Микото.

И вовремя: в щели бумажной перегородки как раз показалось крошечное личико. Ребенку было около семи лет, с чёрными волосами и такими же глазами, чей спокойный взгляд выдавал не по годам развитый ум.

Это был Утиха Итачи.

В глазах Сюэдоу мелькнул глубокий смысл, после чего он поднялся на ноги:

— Если больше дел нет, я пойду.

Бросив на Фугаку короткий кивок, он развернулся и, сдвинув дверь в сторону, вышел.

Стоило Сюэдоу уйти, как в комнату вихрем влетел Ясиро и возмущенно выпалил:

— Глава! Этот сопляк совсем потерял берега!

— Когда вы займёте пост главы клана, обязательно нужно будет показать ему, где раки зимуют.

Фугаку смотрел на колышущуюся занавеску и тихо произмолвил:

— Утверждение кандидатуры главы клана требует согласия трёх старейшин.

— А первый старейшина Цзунъянь открыто выступает за то, чтобы именно он занял этот пост.

Фугаку на мгновение замолк, а затем проронил:

— Герой, положивший конец войне… Ха.

Тем временем Сюэдоу покинул жилой квартал клана Учиха и направился прямо к резиденции Хокаге.

В кабинете Хокаге Третий Сарутоби Хирудзэн попыхивал трубкой, о чем-то советуясь с двумя советниками — Кохару Утатане и Митомодо Эндо.

Завидев входящего Сюэдоу, оба советника умолкли, и на него устремились их сложные взгляды.

Новости о том, что Коноха разбила Песок и заставила подписать мирный договор, уже облетели весь Мир Шиноби.

Вместе с ними пришла и весть об умопомрачительной добыче и контрибуции.

Можно сказать, что на этот раз многие кланы Конохи обогатились сверх всяких мер.

Вот только всё это богатство обошло стороной те семьи, за спинами которых стояли они сами.

Поэтому и смотрели они на Сюэдоу далеко не самыми дружелюбными глазами.

Хирудзэн же расплылся в улыбке и поманил его рукой:

— Сюэдоу, вернулся, значит.

— Господин Хокаге, я прибыл с докладом об итогах этой войны.

— Не спеши, — мягко произнес Хирудзэн.

— Только вернулся в деревню, отдохни пару дней — это не грех. Сейчас все в деревне называют тебя героем, положившим конец войне.

Сюэдоу скромно опустил голову:

— Это плоды общих усилий всех бойцов, мне просто посчастливилось.

С этими словами Сюэдоу извлек из-за пазухи три свитка и положил их перед Хирудзэном.

Стоило свиткам появиться, как они тут же приковали к себе взгляды всех присутствующих.

Каждый прекрасно понимал: сейчас начнется дележ добычи!

Сюэдоу продолжил доклад:

— Драгоценности и имущество, добытые на территории Страны Ветра, в общей сложности составили пятьдесят шесть миллиардов рё. Ниндзя из участвовавших в войне кланов забрали половину, осталось двадцать восемь миллиардов рё.

Уголок глаза Кохару Утатане нервно дёргнулся, она испытала жгучую зависть к кланам, участвовавшим в битве.

Двадцать восемь миллиардов рё!

Даже если бы им досталась лишь малая толика, этого хватило бы для резкого скачка мощи клана и взращивания целой армии новых шиноби.

Но теперь все эти деньги осели в карманах чужаков!

Она невольно пожалела, что в свое время не отправила ниндзя своего клана на эту войну.

Митомодо Эндо рядом испытывал точно такую же зависть.

Поэтому он принял суровый вид и с упрёком набросился на Сюэдоу:

— Командир Сюэдоу, эти деньги по справедливости следовало полностью передать деревне для централизованного распределения. Вы же самовольно раздали их кланам… боюсь, это… противоречит правилам?

Военные трофеи Конохи: Возвращение долгов Орочимару (Часть 2)

— Во время войны деревня не платила жалования мобилизованным ниндзя, и по давней традиции военные трофеи, захваченные шиноби на поле боя, всегда сдавались лишь наполовину.

— Не знаю, о каких именно правилах толкует советник? И кто эти правила установил?

Лицо Митомодо Эндо потемнело:

— Раньше было по-другому! На этот раз вы попустительствовали грабежу Страны Ветра вашими подчинёнными, что серьезно подорвало репутацию Конохи! Все эти ценности должны быть полностью сданы для распоряжения деревней!

Сюэдоу презрительно фыркнул:

— Деньги уже розданы. Если советник считает это неправильным, он может лично пойти и попытаться забрать их обратно у ниндзя каждого из кланов, я не стану вмешиваться.

Митомодо Эндо подавился словами, и его лицо почернело от злости.

Лично пойти и забирать?

Это означало бы одновременно навлечь на себя гнев всех участвовавших в войне кланов, а на такой шаг у него духу не хватало.

Не обращая на него больше внимания, Сюэдоу продолжил:

— Кроме того, военные репарации от Деревни Скрытого Песка составили пять миллиардов рё.

Как только эти слова сорвались с губ, в кабинете даже дыхание у всех на миг замерло.

Пять миллиардов!

Это равнялось почти двухлетним налоговым поступлениям всей Конохи!

— Вместе с предыдущими двадцатью восемью миллиардами общая сумма составила семьдесят восемь миллиардов рё. Из них пятьдесят пять миллиардов ушло на покрытие различных расходов этой войны, а оставшиеся двадцать три миллиарда здесь.

Сюэдоу слегка толкнул три свитка вперёд.

— Пятьдесят пять миллиардов на расходы? — не выдержав, с возмущением вопросила Кохару Утатане. — Какие такие расходы могли сожрать столько денег?! То, что сдают в казну — даже половины от этого не составляет!

Даже обычно невозмутимый Хирудзэн в этот момент крепко нахмурился.

Утиха Сюэдоу… забрал себе слишком много.

Митомодо Эндо снова в гневе хлопнул ладонью по столу:

— Разве без поддержки Конохи ты, Утиха Сюэдоу, смог бы выиграть эту войну? Теперь сам купаешься в богатстве, а деревне оставляешь сущие крохи — я на это никогда не соглашусь!

Сюэдоу же лишь приподнял веки и холодно парировал:

— Мало?

Хирудзэн медленно выпустил струю дыма и, наконец, заговорил:

— Сюэдоу, и вправду… маловато. Сам знаешь, после Третьей мировой войны шиноби Коноха понесла тяжелейшие потери, и многим семьям погибших ниндзя до сих пор не выплатили компенсации…

Взгляд Сюэдоу скользнул по троице, после чего он внезапно задал встречный вопрос:

— Тогда скажите, сколько именно сдали командиры остальных трёх фронтов — Орочимару, Намикадзе Минато и покойный Хюга Хицу?

Кохару Утатане опешила.

Сюэдоу неспешно продолжил:

— Раз уж мои двадцать три миллиарда — это слишком мало, надо полагать, те трое сдали гораздо больше?

Хирудзэн, Эндо и Кохару разом потеряли дар речи.

Удержать остальные три фронта от полного краха уже было подвигом, о каких военных трофеях там вообще шла речь? Им самим постоянно требовались новые поставки припасов из деревни, так что ситуацию там можно было смело назвать «убыточной».

Следом тон Сюэдоу стал жестким:

— К тому же, выплаты семьям павших ниндзя уж точно не должны ложиться на мои плечи, среди моих подчиненных потерь почти не было.

Он посмотрел на Хирудзэна и напоследок добавил:

— Полагаю, господин Хокаге не забыл, что фронт Песка был единственным направлением, где Коноха одержала славную и полную победу, заставившую всех гордиться.

Выдержав паузу, он понизил голос:

— Кто знает, возможно, ваша политическая карьера… тоже продлится благодаря этому.

Сказав это, Сюэдоу умолк.

Хирудзэн долго молчал, огонек в его трубке то затухал, то разгорался вновь.

Наконец он медленно кивнул:

— Пусть… будет так. Сюэдоу впервые командовал масштабным сражением, так что большие расходы вполне объяснимы. Но впредь — чтобы этого не повторилось.

Митомодо Эндо и Кохару Утатане хотели было еще что-то возразить, но Хирудзэн остановил их взглядом.

Отдав честь, Сюэдоу развернулся и вышел.

Стоило ему переступить порог, как тут же за ним в кабинет ворвался Шимура Дандзо:

— Хирудзэн, выдели Корню АНБУ еще десять миллиардов на расходы.

Хирудзэн глубоко затянулся дымом:

— Нету.

— Как это нет?! — тон Дандзо резко подскочил. — Разве Утиха Сюэдоу только что не принес почти сто миллиардов? Я всё слышал!

— Учиха и деревня… делят три на семь.

— Как это всего семь?!

— Семь долей — это их часть!

Выражение лица Дандзо мгновенно сменило целую гамму оттенков — от изумления до шока, сменившегося неукротимой яростью:

— Хирудзэн! Ты совсем выжил из ума на старости лет! — он едва ли не тыкал пальцем в нос Хокаге. — Как ты мог позволить Учиха забрать столько денег? Они вообще знают, как ими пользоваться?!

http://bllate.org/book/25680/3065143