Готовый перевод Everyone Thinks I'm the Top [Quick Transmigration] / Весь мир думает, что я топ [Быстрое перемещение]: Глава 2

Он опустил бамбуковую штору перед местом Фу Хэсиня и, стоило ему отвернуться, как тот тут же вызвал 12315.

— Что это вообще такое? — он приподнял полы одежды, указывая на образовавшуюся палатку в паху. Даже сквозь несколько слоев ткани было отчетливо видно, что там всё пришло в боевую готовность.

Хотя подобное случалось и раньше — когда система заставляла его ублажать по десять любовников за ночь, он опасался, что не сможет возбудиться, но стоило взгляду упасть на эти белоснежные тела, как, даже не испытывая ни капли желания в душе, внизу он уже стоял колом. Он думал, что это некий бонус от системы для выполнения задания.

Но сегодня он всего лишь дважды взглянул на лицо Чжоу Цяня, и это уже чересчур.

12315 посчитала это вполне нормальным и серьезно принялась за разъяснения:

— Хозяин, вы забыли? Ваш персонаж Бай Юй — ветреный гун. Естественно, он реагирует на красоту. Тем более, Чжоу Цянь — ваш шу, и в будущем, видя свои материалы для ветрености, вы будете реагировать так же. Прошу, не стоит так удивляться.

Фу Хэсинь нахмурился, посчитав это ненаучным:

— Те наложники в заднем дворе Бай Юя не все были красавцами, почему же на их лица я не реагировал?

— Потому что вы уже были с ними связаны. Задание по ублажению десяти любовников за ночь было не только стартовым подарком, но и учитывало, что в повседневной жизни вы будете часто с ними контактировать. Изначально устроив связь с ними, система добилась того, что теперь вы будете реагировать лишь на их тела, не влияя на свою нормальную жизнь.

— Оказывается, в этом был такой глубокий смысл… — Фу Хэсинь дернул уголком губ. — Тогда премного благодарен.

12315: — Не за что, это наша работа.

Фу Хэсинь сдержал порыв показать средний палец:

— То есть, чтобы в будущем не реагировать физиологически при каждой встрече с Чжоу Цянем, я должен вступить с ним в связь?

— Теоретически, да.

Фу Хэсинь закинул голову назад:

— Успею ли я еще умереть?

Как после такого «обхаживать» Чжоу Цяня?

— …Пожалуй, я объясню вам, что такое материал для ветрености, — 12315 уже привыкла, что Фу Хэсинь через день грозится умереть, но никогда этого не делает, и невозмутимо продолжила: — Любой объект, заставивший хозяина дрогнуть сердцем, может стать материалом для ветрености. Связь с таким материалом дает в десять раз больше Очков Флирта, чем обычно. Например, хозяин, посмотрите в левый нижний угол.

Фу Хэсинь посмотрел в указанном направлении. Там сидел миловидный юноша, который, склонив голову, что-то говорил слуге рядом. Его глаза сошлись в очаровательные полумесяцы, и Фу Хэсинь уже было собрался похвалить его, мол, неплох.

— Динь. Обнаружен материал для ветрености.

— Погоди… — Фу Хэсинь помнил определение материала для ветрености, где обязательным условием было то, что объект должен заставить его сердце дрогнуть. — Когда это я успел запасть на него?

— Вы пристально смотрели на него более восьми секунд.

Фу Хэсинь лишился дара речи:

— Это потому, что он довольно симпатичный. У маленького красавчика должны быть привилегии, нельзя ли сделать скидку?

12315: — А почему у вас участилось сердцебиение и кровь прилила к голове…

— …Это проще простого. Я гей. Видя красавца с отличной фигурой и выдающимся темпераментом, я, конечно, возбуждаюсь, сердце бьется чаще. Скажите, не пора ли вашей системе обновиться? Считать это влюбленностью — слишком опрометчиво!

— Оу, — сдавленно отозвалась 12315.

Фу Хэсинь перешел в наступление:

— Раз это ошибка, нельзя ли отменить этот вердикт?

Он, конечно, ценил внешность того парня, но куда больше ему нравилось… — он не успел додумать, как глаза уже скользнули на широкую грудь того человека. Ладно… он признавал, что любит всех, у кого хорошая фигура, но система выбрала неправильную позицию!

— 12315, давай договоримся. Связь — это можно, но давай сменим позу.

Однако не успел он договорить, как 12315 прямо отвергла его предложение:

— Вердикт сформирован и не подлежит изменению. Активировано побочное задание: вступить в связь с материалом для ветрености (0/1). Награда: 10 Очков Флирта. В случае провала побочного задания, перезапуск системы невозможен.

Фу Хэсинь: — …

В ту ночь он пахал целый день и всю ночь, а получил всего 1 очко!

— Вы принуждаете к пороку!

12315 осталась холодна:

— Хозяин, принимаете задание?

Фу Хэсинь потер виски:

— Дай мне подумать!

Настоящий объект его привязанности всё еще рядом, а он уже собирается наставить ему рога с другим — это просто не по-людски.

12315 не стала давить:

— Хорошо, но поторопитесь. Срок жизни материала для ветрености — сорок восемь часов. Если не успеете вступить в связь, задание будет провалено автоматически.

Фу Хэсинь: — …

Двое суток на то, чтобы познакомиться с человеком с неопределенной ориентацией, а затем затащить его в постель — даже в современном мире это слишком быстро. Но ведь это 10 Очков Флирта, что равно десяти дням и ночам гармоничных занятий с наложниками из заднего двора.

Фу Хэсинь сжал кулаки. Была не была.

Он поправил одежду, поднялся, убедился, что с любой стороны не видно его возбужденного состояния, отодвинул штору и позвал служанку.

— Какие будут указания, Ван-е?

Фу Хэсинь не стал тратить лишние слова, снял с пояса веер и протянул ей:

— Отдай тому господину напротив и передай, чтобы он пришел повидаться со мной.

Служанка склонила голову:

— Слушаюсь.

Она направилась в указанном направлении, но не успела дойти, как её перехватили. Увидев, кто это, служанка поспешно поклонилась:

— Приветствую юного господина.

Чжоу Цянь не ответил, а просто забрал веер из её рук:

— Ван-е дал?

Служанка: — Ван-е велел передать тому господину. — Она указала в сторону.

— Я понял. Я сам отнесу. Иди.

— Слушаюсь. — Служанка развернулась и ушла.

Чжоу Цянь вертел в руках веер, вспоминая слова отца. Отец говорил, что Жуй-ван хорош во всем, кроме одного: он падок на мужскую красоту и пытается приударить за каждым, кто хоть немного пригож.

На сегодняшнем банкете, чтобы помочь ему освоиться в кругах Цзэчэна, было приглашено немало сыновей знатных семей, среди которых хватало красавцев. Если бы кто-то из них случайно попал в лапы Ван-е, он не знал бы, как объясниться перед их семьями.

Поэтому отец велел младшему сыну присматривать за гостями. Хотя он и знал, что младший сын хорош собой, но, учитывая их родственные связи, даже если Жуй-ван и зарится на него, он должен проявить уважение, верно?

И действительно, Чжоу Цянь, сделав круг по залу, увидел, как Ван-е передал веер служанке. К счастью, он успел вовремя. Он подошел к Фу Хэсиню, поклонился через бамбуковую штору:

— Это вещь Ван-е?

Фу Хэсинь не ожидал, что, отправив весточку материалу для ветрености, получит её обратно из рук своего маленького нуля, которого должен был обхаживать. Откуда это чувство, будто его поймали на измене?

К счастью, их разделяла штора, и Фу Хэсинь не боялся, что Чжоу Цянь увидит на его лице странное выражение. Он медленно отпил воды, дождался, пока горло увлажнится, и произнес лишь одно слово:

— Да.

— Тогда прошу Ван-е забрать вещь обратно. На сегодняшнем банкете много гостей, не только знать Цзэчэна, люди разные, будет плохо, если вещь потеряется.

Сказав это, он, не дожидаясь согласия, приподнял край шторы и просунул веер внутрь.

Фу Хэсинь мог бы и не брать, но это сулило проблемы, куда большие, чем заработок 10 Очков Флирта. Он терпеть не мог проблем, поэтому отставил чашку, но прежде чем его пальцы коснулись веера, Чжоу Цянь внезапно закричал:

— Ван-е, осторожно!

В этот момент стрела пролетела через незащищенное пространство.

Фу Хэсинь впервые столкнулся с покушением. Глядя на летящую в него стрелу, он не знал, как реагировать. Чжоу Цянь, видя, что Ван-е не двигается, страшно перепугался. Ван-е не должен пострадать на их банкете! Он сорвал бамбуковую штору, преграждавшую путь, в два шага подскочил к Жуй-вану и схватил его за руку.

Но из-за того, что движение было слишком резким, Фу Хэсинь, которого дернули, не удержался на ногах и повалился прямо в сторону Чжоу Цяня. Тот, пытаясь спасти человека, тоже не ожидал такого. Стрела вонзилась в колонну там, где он только что сидел, а Фу Хэсинь и Чжоу Цянь крепко свалились на пол. Причем то самое возбужденное место Фу Хэсиня как раз уперлось в задницу Чжоу Цяня.

***

— Жестковато, на ощупь совсем не так приятно, как задницы наложников Бай Юя.

Это была первая мысль, промелькнувшая в голове Фу Хэсиня.

Затем он осознал, что поза совершенно неправильная, и попытался подняться. Но покушение было слишком внезапным, и теперь, после перенесенного шока, ноги стали ватными. Пол был застелен сорванной шторой, и он несколько раз пытался встать, но каждый раз падал обратно на Чжоу Цяня, причем то самое место снова и снова тыкалось в него.

Фу Хэсинь был готов умереть от стыда, но персонаж Бай Юя не мог показать слабость — он обязан быть спокойным и невозмутимым. Ну упал на человека, ну потерся — и что? Даже если я лежу на тебе, я должен сделать вид, что это было намеренно, и даже поза была мною тщательно продумана.

Когда Чжоу Цянь наконец не выдержал и оттолкнул человека, он увидел такую картину: Жуй-ван сидит, одежда слегка распахнута, пряди волос спадают на лоб. Но на его лице, несмотря на случившееся, не было ни малейшего смущения — лишь легкая улыбка, холодная и загадочная, словно всё было спланировано заранее: и то, что он не увернулся от стрелы, и то, что повалился на него…

Вспомнив печально известную страсть Жуй-вана к мужскому полу, Чжоу Цянь почернел лицом. Он швырнул веер прямо в него:

— Не ожидал, что Ван-е такой человек!

Получив веером по лицу, Фу Хэсинь подумал: «12315, неужели я плохо сыграл?»

12315: — Нет, вы сыграли превосходно, лучше некуда.

— Но почему у Чжоу Цяня такой страшный взгляд?..

И еще ударил веером!

Фу Хэсинь потер ушибленное место — больно, наверное, покраснело.

12315 невозмутимо ответила:

— Потому что вы сыграли слишком хорошо! Настолько хорошо, что даже ваши Теневые стражи не вышли, решив, что вы просто забавляетесь с мальчиком.

Фу Хэсинь: — …

Пока Фу Хэсинь общался с 12315, Чжоу Цянь отошел от ярости. Впрочем, он не жалел о своем поступке. Если бы это был не Ван-е, а кто-то другой, посмевший так его оскорбить, одним веером дело бы не ограничилось.

Бросив на Фу Хэсиня еще один яростный взгляд, он развернулся и пошел в ту сторону, откуда прилетела стрела.

Только тогда появились Теневые стражи:

— Мы не уберегли Ван-е, прошу наказать нас.

Как и сказал Чжоу Цянь, на банкете присутствовало много людей из мира боевых искусств. Даже после того, как он приказал заблокировать всю Усадьбу Падающего Снега, найти стрелка не удалось.

Чжоу Янь попросил Фу Хэсиня подумать, кто мог желать ему зла. Фу Хэсинь добросовестно покопался в воспоминаниях Бай Юя, но лучше бы он этого не делал. С самого рождения и до сих пор желающих убить его было не счесть: от самого Императора до политических оппонентов, которых он довел до нищеты и рабства.

Фу Хэсинь лишь загадочно улыбнулся:

— Я и сам уже не припомню.

Чжоу Янь вздохнул и, ради безопасности Фу Хэсиня, предложил ему уехать.

Фу Хэсинь только этого и ждал. Однако в резиденцию он не поехал.

— Ван-е, это не очень хорошо… — Фугуй смотрел на огромную вывеску над входом: Цзуйсяньлоу, один из самых известных борделей Цзэчэна.

Ван-е только недавно привез в резиденцию шестнадцатого наложника, и вот уже снова ищет приключений на стороне?

Конечно, если Ван-е нравится, это не проблема. Важнее то, что убийца не пойман, и Ван-е действительно не следовало бы появляться в таких местах. Если что-то случится, никто не возьмет на себя ответственность.

Фугуй озвучил свои опасения.

Фу Хэсинь согласился с ним, но именно из-за покушения он и пришел сюда — искать материал для ветрености, чтобы заработать Очки Флирта. Только с ними 12315 скажет, кто именно хочет его убить.

Снова невозмутимо отвергнув предостережения Фугуя, Фу Хэсинь, заложив руки за спину, вошел в Цзуйсяньлоу.

Цзуйсяньлоу считался лучшим борделем Цзэчэна не просто так: от убранства до красавцев — всё здесь отличалось от других мест.

Здешние красавцы были более сдержанными. Они не бросались на пороге, а стояли чинно, опрятно одетые, вели себя достойно. Почти каждый умел сочинять стихи и играть музыку, поэтому они пользовались огромным спросом у местных литераторов. На стенах висели картины и каллиграфия, оставленные гостями.

Фу Хэсиня это мало интересовало. Бросив беглый взгляд, он проследовал за слугой в отведенный ему отдельный кабинет. Там сидели мужчина и женщина — один чистый, другая яркая. Внешне они ничем не уступали тем, что были у него дома, но…

Фу Хэсинь, садясь, спросил у 12315:

— Может, я импотент после того, как меня напугал Чжоу Цянь? Красавцы рядом, а я ни на кого не реагирую.

12315 была немногословна:

— С телом Бай Юя всё в порядке. Проблема в людях рядом. Материал для ветрености требует вашего искреннего влечения. Не каждый красавец — материал.

Ладно…

Это он поторопился. Но здесь так много красавцев, а у него не такие уж высокие требования. На того парня с глазами-полумесяцами он ведь запал, значит, найдет и других.

Сев, он выудил из памяти хозяина имя и принял бокал вина из рук девушки, которая представилась Сяо Юй:

— Слышал, что Юйтань из Цзуйсяньлоу мастерски играет и хорош собой. Раз вы здесь, действительно ли он так хорош, как говорят?

Сяо Юй слегка улыбнулась:

— Юйтань — наша гордость, внешность и игра на цине у него лучшие. Но… — она замялась, — у него уже есть покровитель. Теперь он только играет и подает вино, клиентов не принимает.

— Вот как. — Фу Хэсинь сам был маленьким нулем и не особо интересовался парнями, которые красивее женщин. Раз есть покровитель — ну и ладно.

Он продолжил перебирать имена в голове, надеясь найти того, кто заставит его сердце дрогнуть.

В этот момент в дверь постучали. Фугуй посмотрел на Фу Хэсиня, тот кивнул, и дверь открыли.

Вошла женщина лет сорока в красном платье. Фу Хэсинь узнал её — это была хозяйка Цзуйсяньлоу, или попросту сводня.

Увидев Фу Хэсиня, она расплылась в улыбке:

— Ван-е, вы приехали без предупреждения! Если бы Сяо Люй не заметила вас, Цуй Хун и не знала бы, что вы здесь.

Фу Хэсинь продолжал сохранять невозмутимость:

— Я просто проезжал мимо, зашел отдохнуть.

Цуй Хун продолжала улыбаться:

— Конечно, конечно, Ван-е прав во всем. — Она бросила взгляд на тех двоих, что сидели рядом с ним, нахмурилась и прикрикнула на своих: — Как вы посмели подсадить к Ван-е кого попало? Живо позовите Юйтаня!

Затем она снова повернулась к нему с сияющей улыбкой:

— Ван-е, мои слуги бестолковы, Цуй Хун сейчас же подберет вам лучших.

Фу Хэсинь сжимал бокал, глядя, как двое красавцев уходят. На самом деле ему было всё равно. Он хотел лишь найти материал для ветрености. Но раз можно увидеть Юйтаня, он не против. Если сердце дрогнет, то, судя по отношению хозяйки, даже отказ от приема клиентов станет формальностью.

Подумав об этом, он решил, что быть Ван-е — весьма неплохо.

Прошло время, он выпил два бокала, а Юйтаня всё не было. Фу Хэсинь взглянул на Цуй Хун с сомнением. У него был холодный вид, и, когда он смотрел на неё без всяких эмоций, это давало огромный простор для воображения. Цуй Хун тут же бухнулась перед ним на колени:

— Ван-е, не гневайтесь, позвольте мне сходить и поторопить его, сейчас же приведу!

Как человек из двадцать первого века, Фу Хэсинь не привык к тому, что люди постоянно падают на колени. Он кивнул, отпуская её.

Теперь он сидел в комнате один, что было скучновато. Выпив еще бокал, он начал донимать 12315:

— Как думаешь, увижу я сегодня Юйтаня?

12315, которую он доставал по любому поводу, ответила лишь одним словом:

— Маловероятно.

— Почему? Неужели тот покровитель — его истинная любовь?

Пока Фу Хэсинь размышлял, за дверью послышался шум:

— Пропустите меня к Жуй-вану!

Цуй Хун: — Юный господин, я знаю, что вы из-за Юйтаня, но, умоляю, подумайте о нашем Цзуйсяньлоу! У вас есть поддержка господина Чжоу, но если Ван-е разгневается, пострадаем мы!

— Уйди с дороги!

Едва слова были произнесены, дверь распахнулась.

***

— Простолюдин Чжоу Цянь приветствует Ван-е.

Фу Хэсинь посмотрел на стоявшего перед ним человека и чуть не выронил бокал.

Уже второй раз, когда он собирается приударить за кем-то, появляется настоящий объект привязанности. Неужели этот «настоящий» действительно так легко догоняется?

Конечно, система и не требовала от него догонять, достаточно было просто быть «единицей», которая его оберегает. А то, что догнать не получается — даже лучше.

Фу Хэсинь отставил бокал. На его вечно холодном лице расцвела легкая улыбка, лед в глазах мгновенно растаял, превратившись в теплые весенние воды, в которых отражался лишь один человек.

— Цянь-эр, какая встреча.

Вроде бы всё шло нормально, но от этого «Цянь-эр» 12315 чуть не вылетела из системы:

— Ты что, так близок с ним? Даже отец Чжоу Цяня его так не называл!

— Это лишь подчеркивает, что он для меня особенный, — небрежно ответил Фу Хэсинь. В конце концов, система велела его «обхаживать», а если он влюбится — тем хуже для него.

Глядя на Чжоу Цяня, который чуть не взорвался от этого «Цянь-эр», Фу Хэсинь решил, что чем больше шока, тем лучше.

— Цянь-эр, чего ты там стоишь? Садись скорее рядом со мной.

http://bllate.org/book/25694/3069320