Бао Чжэн был крайне удивлен: неужели воришек поймали так легко? Он спросил у судебного служителя, в чем дело, но тот толком ничего не смог объяснить — лишь знал, что правитель Лю уже отправил их в уездную тюрьму, и просил господина Бао скорее возвращаться, чтобы открыть заседание и допросить преступников. Бао Чжэн подумал, что этот вор действовал не один, а в составе шайки, и раз уж хочется докопаться до правды, придется вернуться в уездный ямэнь. Он отдал приказ:
— Передайте наложнице, мы возвращаемся в уездный ямэнь.
Когда Бао Чжэн и остальные вернулись в ямэнь, перед воротами уже собралось множество простых людей, которые шумели и наперебой рвались посмотреть на лихих воров, укравших ожерелье благородной наложницы. Лю Фэнфу тоже находился внутри. Увидев Бао Чжэн, он самодовольно заявил:
— Бао Чжэн, преступники уже пойманы мной, можешь просто закрыть дело.
— Не поздно будет закрыть его после того, как я проведу допрос в суде, — Бао Чжэн не слишком верил, что способности правителя Лю позволили так быстро схватить злоумышленников, ведь он был убежден, что лишь улики могут служить лучшим доказательством.
Бао Чжэн уселся на возвышении в зале суда, всё было готово к началу, и он пристально вгляделся в четверо так называемых преступников, стоявших перед ним на коленях.
Все четверо оказались крепкими мужчинами. Стоявший слева крайним был выше остальных почти на полголовы; с густой бородой, широкими бровями и большими глазами, он с первого взгляда производил впечатление грубого и прямолинейного человека. У второго здоровяка волосы были растрепаны, он опустил голову и прижимал руку к лицу, а на полу виднелось несколько капель крови — судя по всему, к нему применяли жестокие пытки. Бао Чжэн принципиально выступал против выбивания показаний силой и жестом велел судебному служителю принести чистую ткань, чтобы остановить кровь, но неожиданно этот громила отмахнулся от белой повязки и тяжело фыркнул носом. Бао Чжэн, разумеется, не стал обращать на него внимания. Он заметил, что третий крепыш сверлит его холодным взглядом, полным ненависти. От этого взгляда Бао Чжэн даже почувствовал себя неловко и перевел глаза на четвертого мужчину. Кожа у этого молодца была светлее, чем у остальных троих, и видом он походил на грамотея; он смотрел куда-то в сторону, погруженный в собственные мысли.
— Кто стоит на коленях, назовите свои имена! — Бао Чжэн ударил по деревянной колотушке.
— Ха! — первый здоровяка отвернулся в сторону, вовсе не желая отвечать Бао Чжэню.
— Эй, приведите его в чувство тяжелыми палками, посмотрим, чьи губы крепче или мои доски толще! — рассердился стоявший рядом правитель Лю.
— Погодите! — Бао Чжэн указал на интеллигентного мужчину, стоявшего крайним справа. — Говори ты, избавимся от лишних телесных наказаний.
— Господин, мое имя Ма Хань, а тот, что слева крайний — Чжан Лун, он наш старший брат. Эти двое зовутся: один — Чжао Ху, другой — Ван Чао, — произнес мужчина по имени Ма Хань. — Ваша честь, мы не понимаем, по какой причине нас без всякой вины схватили и приволокли сюда. Мы ни у кого ничего не крали, не грабили и законов не нарушали — на каком основании нас арестовали? Будьте добры, объяснитесь!
Толпа зевак в зале тут же зашумела.
— Верно, верно, за что нас схватили? — в один голос поддержали остальные трое.
Мужчина по имени Чжан Лун указал пальцем на правителя Лю и выругался:
— Этот продажный чиновник даже расспросить ничего не удосужился, а моего второго брата избил до такого состояния! Мы ведь даже не перешли ему дорогу!
Лю Фэнфу от таких слов рассвирепел до крайности. Он вскочил и завопил:
— Эй, стража, избить их!
Судебные служители уже разминали кулаки, готовясь приступить к расправе, но Бао Чжэн остановил их. С легкой иронией в голосе он обратился к правителю Лю:
— Господин Лю, если вы будете вести себя так, то как мне проводить судебное разбирательство? Может, сами допросите их?
— Что за глупости? Это твой уездный ямэнь, к тому же перед самой наложницей ты хвастался, что раскроешь дело. Я вовсе не собираюсь отнимать у тебя заслуги, в худшем случае я буду молчать в тряпочку — продолжай допрос сам, — немного успокоив гнев, ответил Лю Фэнфу.
— Вы знаете, за что вас сюда привели? — Бао Чжэн про себя подумал, что эти люди, хоть и грубы, но вовсе не похожи на воров. К тому же дворец наложницы охранялся столь строго, разве могли туда прорваться четверо мужчин? Он чувствовал, что здесь кроется какой-то подвох.
— Да откуда нам знать, за что нас схватили! Мы с братами сидели в таверне, пили вино, как этот продажный чиновник привел людей, скрутил нас и поволок сюда! Это я еще у вас хочу спросить: за что нас арестовали? Мы законов не нарушали, а если нарушили — предъявите улики! — снова принялся ругать Лю Фэнфу Чжан Лун.
Лю Фэнфу, которого то и дело обзывали продажным чиновником, почувствовал, как в его груди закипает ярость. Не выдержав, он подскочил к Чжан Луну и влепил ему четыре пощечины наотмашь. Лицо Чжан Луна мгновенно опухло. Его три побратима в тот же миг вспыхнули от гнева, но стражники намертво прижали их к полу, не давая пошевелиться. В глазах Чжан Луна вспыхнул огонь ненависти, он свирепо уставился на Лю Фэнфу. Тот испуганно отшатнулся на два шага назад и, тыча в Чжан Луна пальцем, завопил:
— Вы и есть те лихие воры, что украли ожерелье наложницы Лю, так признавайтесь же во всем!
Чжан Лун и остальные горько усмехнулись:
— И какие же у тебя есть доказательства?
— Насколько мне известно, вы всю жизнь перебивались случайными заработками, и ваших доходов едва хватает на кусок хлеба. Но в последние дни все четверо сорят деньгами направо и налево, постоянно околачиваются в дорогих ресторанах! Откуда у вас средства на такую роскошную жизнь? Что вы на это ответите? — Лю Фэнфу посчитал, что попал прямо в самую точку, и самодовольно взглянул на Бао Чжэня, однако заметил на лице того лишь суровость.
— Да пошел ты к чертовой матери со своей собачьей брехней! Эти деньги я подобрал, ясно? Как хочу, так и трачу! — выругался последними словами Чжан Лун.
Чжао Ху испугался, что брату снова достанется за грубость, и потянул его за одежду, призывая не упрямчиться.
Однако на этот раз Лю Фэнфу не рассердился. Хихикнув пару раз, он произнес:
— Подобрал? Почему же другие ничего подобного не подбирают? Эй, стража, принесите то, что они подобрали, пусть честный народ порадует глаз!
Служители тут же радостно отозвались, и вскоре один из них принес сверток и передал его Лю Фэнфу.
Бао Чжэн и сам невольно вылупил глаза, не понимая, что тот затевает.
Лю Фэнфу вытряхнул содержимое свертка прямо на пол. Раздался звонкий перезвон, и по полу покатились сверкающие, ослепительные драгоценности чистейшей воды. В зале поднялся дружный ропот.
— Вот они, краденые вещи! Что вы теперь скажете в свое оправдание? Быстро отдавайте ожерелье наложницы, глядишь, удастся избежать смертной казни! — наступал Лю Фэнфу.
— Мы правда их подобрали, а ты, продажный чиновник, клевещешь на честных людей! — растерялся Чжан Лун.
— Старший брат, это их ловушка, брось с ним спорить, примем свою судьбу, — сказал Ма Хань.
— Верно, мы умрем в один день! — поддержали Чжао Ху и Ван Чао.
Бао Чжэн тоже проникся их товарищеской преданностью. Он вовсе не считал этих четверых виновными, но что же тогда происходило на самом деле? Лю Фэнфу словно нарочно цеплялся к ним, изо всех сил стараясь повесить на них эту кражу — чего же он добивался? Бао Чжэн решил во что бы то ни стало посмотреть, как тот будет разыгрывать этот спектакль дальше.
— Раз без палок вы не хотите признаваться, стража, избить их как следует! — наконец проявил всю полноту своей власти правителя округа Лю Фэнфу.
— Погодите, я хочу кое-что сказать!
Все пристально всмотрелись и увидели, как из толпы зевак в центре зала уверенно вышел молодой человек лет двадцати с небольшим в белых одеждах. Предчувствуя, что сейчас разыграется нечто интересное, люди притихли, затаив дыхание, и умолкли.
http://bllate.org/book/25710/3073002
Готово:
