Его рука была примерно на дюйм больше руки Су Лоюй, а родинка на лице располагалась как раз на два пальца ниже нижних ресниц и на один палец от крыла носа.
Но он сказал, что не может назвать точное место, — взгляд коллеги-женщины скользнул по рукам Жун Циньланя, которые тот с чуть согнутыми пальцами опустил по бокам. — Потому что мерил по руке своего любимого человека.
Неужели это просто совпадение? Жун Циньлань в недоумении опустил взгляд на собственные руки.
Прошу прощения, — коллега качнула головой и сделала шаг назад. — Наговорила тут всякого странного.
Разве у вас не осталось срочной работы?
Жун Циньлань шевельнул губами, собираясь что-то сказать, но женщина снова, с изрядной долей испытующего любопытства, спросила:
Вы встречались с пассией Сяо Су?
Нет. — Горло Жун Циньланя пересохло.
Он знал о существовании этого человека, но никогда его не видел.
И уж тем более не подозревал, что у нынешнего партнера Су Лоюй точно такая же родинка, как у него...
Какая жалость, я тоже его не видела, — пробормотала женщина себе под нос. — Иначе смогла бы помочь.
В чем помочь?
Жун Циньлань остро почувствовал, что всё это длинное вступление было нужно собеседнице лишь для того, чтобы подвести разговор к главной теме.
Коллега огорченно произнесла:
Только что звонили из полиции, просили дать адрес и контакты возлюбленного Сяо Су.
Они говорят, что на месте пожара обнаружили второй след, помимо следов самого Сяо Су, и, возможно, этот пожар — вовсе не несчастный случай...
Кто-то подстроил его намеренно.
Её слова прозвучали словно раскат грома, тяжело ударив Жун Циньланя по вискам.
Прежде чем он успел расспросить её подробнее, из палаты донесся какой-то шум.
Жун Циньлань опередил женщину и вихрем влетел внутрь.
Врач и медсестра как раз осматривали Су Лоюй, который только что пришел в себя, но чей разум еще пребывал в тумане. Жун Циньланю оставалось лишь застыть на пороге.
Очнулся? — коллега вошла следом, выглядя несколько удивленной, но куда более обрадованной. — Ну и славно.
Говорят, он пострадал довольно сильно, ударился головой. У него и до того здоровье было слабым, но я впервые вижу двадцати с небольшим лет парня, доведенного до истощения.
Чем больше Жун Циньлань слушал, тем сильнее хмурился:
Истощения?
Ага. Наша компания предоставляет довольно легкую работу, да и условия хорошие. Ума не приложу, как он ухитрился довести себя до такого состояния, а ведь и недели не прошло с тех пор, как он уволился, а посмотришь — еще сильнее исхудал.
Едва переступив порог, коллега представилась бывшей сослуживицей Су Лоюй, и только теперь Жун Циньлань до конца понял, что именно она имела в виду под словом бывшая.
Впрочем, за столько-то лет работы в компании он наверняка отложил немало денег, — взгляд женщины задержался на белом халате врача. — По крайней мере, на оплату больничных счетов хватит...
Не успела она договорить, как врач закончил осмотр.
Пока ничего критического, оставим в больнице на пару дней под наблюдением. Пусть как следует отъестся дома — истощение вкупе с анемией, разве ж это признаки здорового парня в таком возрасте?
Эти слова доктор адресовал им обоим, а затем перевел взгляд на ошеломленного Су Лоюй:
Как только окончательно прояснится в голове, не забудь попросить кого-нибудь из родных сходить в кассу и всё оплатить.
Угу, хорошо. — Су Лоюй послушно кивнул, а затем с покрасневшими глазами уставился на Жун Циньланя: — Любимый, как оплатишь счета, купи мне поесть, я ужасно проголодался.
Стоило прозвучать этим словам, как присутствующие в палате дружно — как по команде — уставились на Жун Циньланя.
За те несколько минут, пока Жун Циньлань выходил в коридор позвонить, полиция связалась с его коллегой, и все находившиеся в палате отчетливо услышали слова стражей порядка: нынешний бойфренд Су Лоюй вполне мог быть виновником этого пожара.
Более того, его подозревали в умышленном убийстве.
Су Лоюй, посмотри на меня внимательно и сообрази, кто я такой. — Лицо Жун Циньланя помрачнело.
Не успел озадаченный Су Лоюй ответить, как коллега снова подала голос:
Сяо Су, он, пожалуй, и не надеялся, что ты очнешься.
Переведя взгляд с бледного лица Су Лоюй на злорадное лицо женщины, Жун Циньлань твердо чеканил каждое слово:
Я не его парень.
Оставишь эту версию для беседы с полицией.
Что здесь вообще происходит? — Су Лоюй, оказавшийся в эпицентре событий, хлопал глазами от непонимания.
В этот момент в дверь палаты постучали, и тот самый полицейский, ушедший всего пару минут назад, заглянул внутрь и посмотрел на Жун Циньланя:
Мерзавец, попрошу пройти с нами.
Думаю, тут какая-то ошибка, — с досадой пояснил Жун Циньлань. — Я вовсе не бойфренд Су Лоюй, да и вчера вечером меня не было на месте пожара.
Погодите-ка! — чем дальше слушал Су Лоюй, тем страннее ему всё казалось. — В смысле — ты не мой парень?! Ах ты сволочь бесчувственная, только переспал со мной и сразу бросить решил?
Врач и медсестра застыли с ошеломленными лицами, наблюдая за раздирающей душу драмой, да и коллега глядела на Су Лоюй со странным выражением.
По её мнению, хотя Су Лоюй в офисе всегда выглядел веселым и беззаботным, в подобных делах он отличался излишней скромностью.
Су Лоюй! — лицо Жун Циньланя окончательно почернело.
Су Лоюй с виноватым видом поджал губы, а заметив краем глаза всё еще маячивших у дверей полицейских, тут же выпалил:
Да он мой парень, мой!
Что он вообще натворил?
Неужели в убийстве и поджоге подозревают?
Окружающие смотрели на Су Лоюй со сложными чувствами в глазах.
Да ладно? — Су Лоюй с неверием уставился на Жун Циньланя и осторожно переспросил: — Ты кого убил?
Тебя.
Глава 3. Су Лоюй: (o^^o)
Рот Су Лоюй раскрылся так широко, что туда запросто поместилось бы куриное яйцо.
Да нет, как такое возможно? Я же в полном порядке... Ой-ой-ой.
Пытаясь оправдать Жун Циньланя перед полицией, Су Лоюй излишне резко замахал руками и закивал головой, отчего потревожил рану и едва не расплакался от боли.
Ой-ой, не дергайся ты так! — врач не выдержал и, подойдя, прижал его к кровати.
Медсестры, с трудом сдерживая смех, принялись проверять швы.
Только теперь Су Лоюй сообразил, как сильно у него болит горло, как раскалывается голова, как ноют поясница, ноги и даже заднее место.
Вашему молодому человеку придется оказать содействие следствию, — обратился к нему один из полицейских. — Су-сяншэн, помните ли вы хоть что-нибудь о событиях прошлой ночи?
М? — Су Лоюй украдкой глянул на Жун Циньланя.
Разве об этом можно рассказывать?
Жун Циньлань бросил взгляд на часы: если он уйдет сейчас, его точно запишут в главные подозреваемые, так что лучше уж сотрудничать с полицией и во всём разобраться.
Не переживайте, мы гарантируем вашу безопасность.
Заметив взгляд Су Лоюй, полицейский решил, что тот подвергается давлению со стороны Жун Циньланя. — И вас, молодой человек, мы убедительно просим не создавать лишних трудностей.
Жун Циньлань прекрасно понимал намерения стражей порядка, но отдуваться за настоящего бойфренда Су Лоюй ему было до жути неприятно.
Вчера вечером...
У Су Лоюй возникло смутное ощущение, что если он сейчас же ничего не скажет, полицейский прямо тут вытащит пистолет и пристрелит Жун Циньланя на месте. — Мы с моим парнем поужинали, купили кое-каких мелочей, а потом поехали к нему домой.
Сделав паузу, Су Лоюй потупил взор, а голос его стал невнятным:
Распаковали подарок на день рождения, а потом... потом покатились с дивана на кровать, а оттуда в ванной...
Погодите-ка. — Жун Циньлань велел ему остановиться.
Су Лоюй, которого прервали на полуслове, с облегчением выдохнул и медленно поднял голову. Сам он раскраснелся до состояния спелого томата, зато лицо Жун Циньланя отливало зеленью.
Остальные присутствующие онемели от изумления, чувствуя себя крайне неловко — они никак не рассчитывали выслушивать столь интимные подробности.
Полицейский тоже с неловким видом откашлялся:
Рассказывайте только то, что касается возгорания. Подробности вашей личной жизни опустите.
Возгорания? — Су Лоюй с мольбой посмотрел на Жун Циньлань.
Стоило ему проснуться, как он, судя по всему, упустил из виду массу важных событий.
Тебя просят рассказать о том, что было перед тем, как ты позвонил мне вчера.
Этот долгие годы знакомый взгляд, полный абсолютного доверия, заставил Жун Циньланя на секунду погрузиться в забытье — казалось, будто они и не расставались вовсе.
С какой стати мне звонить тебе вчера? Мы же были в одной квартире. — Су Лоюй недоумевал.
Сообразив, что дело нечисто, Жун Циньлань пристально вгляделся в глаза Су Лоюй, пытаясь отыскать в них хоть малейший намек на розыгрыш.
Но раньше, сколько бы Су Лоюй ни пытался его обмануть, Жун Циньлань велся на всё подряд, так что сейчас он абсолютно не умел распознавать, врет этот человек или говорит правду.
Однако полицейские по-прежнему стояли рядом и прислушивались к их разговору, поэтому Жун Циньланю пришлось отвечать сквозь зубы:
То было пять лет назад, а тебя просят сказать про вчера...
Неужели ты не помнишь вчерашний звонок?
Су Лоюй выглядел донельзя невинным.
Сколько тебе сейчас лет? — снова спросил Жун Циньлань.
Восемьнадцать.
Коллега с тревогой на лице посмотрела на Су Лоюй:
Сяо Су, ты меня помнишь?
Кто вы такая? — Су Лоюй попытался сосредоточиться, но в его памяти действительно не оказалось этого человека.
Что с ним такое? — полицейский перевел взгляд на врача.
Тот ответил:
Его голова подверглась сильному удару, не исключено частичное помутнение памяти, но через какое-то время функции мозга восстановятся.
Сколько именно времени на это уйдет?
Краем глаза Жун Циньлань заметил, что Су Лоюй в упор смотрит на него — точно забившийся в угол волчьей стаи щенок, ищущий защиты у хозяина.
Пара чистых, полных горькой мольбы глаз смотрела так пронзительно, что игнорировать их Жун Циньланю было выше сил.
Трудно сказать, — покачал головой врач.
Тогда этому господину всё же придется проследовать с нами.
Заметив, что полицейские собираются увести Жун Циньланя, Су Лоюй, еще не до конца переваривший новость о собственной амнезии, забеспокоился:
Разве жертва здесь не я? Я в порядке, и никаких претензий ни к кому не имею, можете оставить его в покое?
Врач и медсестры посмотрели на Су Лоюй взглядом, полным непонимания и жалости, а в адрес Жун Циньланя послали единодушное неодобрение и осуждение.
Коллега тоже наградила Су Лоюй красноречивым взглядом.
И лишь Жун Циньлань молча сжимал губы, пристально изучая выражение лица Су Лоюй.
Это дело может иметь криминальный характер, Су-сяншэн, не переживайте. Мы действуем строго по протоколу и невиновного не обидим, — успокоил его страж порядка.
Су Лоюй попытался еще что-то сказать, но Жун Циньлань, опасаясь, что тот наговорит лишнего, перебил его:
Я пойду с полицией, а ты сиди в больнице и не рыпайся.
Ладно... — Су Лоюй выглядел смертельно встревоженным. — Возвращайся побыстрее.
Казалось, его зависимость от Жун Циньланя переливалась через край, и теперь присутствующие уверились в их связи окончательно.
Понимая, что сейчас любые оправдания бессмысленны, Жун Циньлань лишь коротко бросил в ответ и зашагал за полицейскими к выходу.
Прошу прощения, он только что говорил, что голоден. Вы не могли бы занести ему порцию еды наверх?
http://bllate.org/book/25742/3078225
Готово:
