Готовый перевод If You're Sick, Go See a Doctor I'm Not a Miracle Healer / Болен — лечись, я не чудотворец: Глава 8

Шэнь Цзэ донимал Бай Ую всю дорогу и замолк лишь у самого порога дома Фан Ся.

Странно, но в доме Фан Ся по-прежнему горел яркий свет — казалось, те, кто внутри, всё ещё были заняты делами.

Глядя на слабый свет, пробивающийся сквозь щель в двери, Шэнь Цзэ невольно проявил любопытство:

— Доктор Бай, скажите, почему в доме у девочки так поздно не выключают свет и не ложатся спать?

Бай Ую тихо вздохнул и ответил:

— Я не всезнайка, и не на всё на свете знаю ответы.

Однако Шэнь Цзэ разочарованно протянул:

— А я-то думал, что в досье пациентов подробно записано абсолютно всё об их жизни, неужели это не так?

Упоминание Шэнь Цзэ пациентского досье вновь пробудило в Бай Ую любопытство к этому юноше. Ему страстно хотелось узнать, кем же на самом деле является парень, который столь неожиданно то и дело оказывается рядом с ним.

Уставившись на Шэнь Цзэ, Бай Ую задал тот самый вопрос, который уже задавал при их первой встрече:

— Кто ты в конце концов такой? Какова твоя истинная личность? И почему у тебя нет шкалы эмоций?

И почему ты столь отчетливо знаешь всё о моем прошлом, да еще и в курсе дел с досье пациентов?

Стоявший перед ним юноша походил на луч света, насильно втянутый в его холодный, безразличный мир. Он привносил яркие краски в ту пустую, беспросветную пустошь, что от него осталась — ослепительный и загадочный, недоступный для его догадок и проницательности.

Столкнувшись с вопросом во второй раз, Шэнь Цзэ снова прикинулся глухим и немым:

— Ну... впрочем, если мы вот так заявимся внутрь, будет ли это считаться незаконным проникновением в жилище? Простите, но я — образцовая молодежь, совершать противоправные поступки не в моих правилах.

Какая же банальная, заезженная фраза. Услышав это, Бай Ую почувствовал, как уголки его губ сами собой чуть приподнялись, и он тихонько усмехнулся, даже не заметив этого.

Но Шэнь Цзэ увидел. Увидел едва заметную улыбку на губах Бай Ую и необычайно обрадовался:

— Доктор Бай, вам так идет улыбка! Улыбайтесь почаще.

Бай Ую на мгновение замер от этих слов и переспросил:

— Я что, улыбнулся?

Шэнь Цзэ кивнул:

— Ну да! Доктор Бай, когда вы улыбаетесь, это и правда очень красиво. Больше не ходите с вечно кислым лицом, а то распугаете всех пациентов.

Разве он только что улыбнулся? Услышав это, Бай Ую осознал, что и впрямь только что улыбнулся.

Кажется, в его жизни действительно что-то исподволь менялось.

Бай Ую покачал головой, подавляя крошечную рябь в душе, и вновь обрел свой прежний отрешенный вид.

Взглянув на запертую дверь перед ними, он повернул голову к стоявшему рядом юноше и спросил:

— И как же нам войти?

Шэнь Цзэ перевел взгляд на цветочный горшок у входа и кивнул на него Бай Ую:

— Так их ключи спрятаны прямо под этим горшком. Доктор Бай, будьте добры, достаньте их.

Бай Ую недоуменно нахмурился:

— Откуда ты знаешь, где у них лежат ключи?

На лице Шэнь Цзэ играла озорная улыбка, а тон оставался таким же несерьезным:

— А? Я-то думал, что уже четко всё объяснил доктору Бай. Я же Конан, к тому же умею предсказывать будущее. Доктор Бай, неужели вы не можете поверить мне хоть раз?

Бай Ую лишь молча:

— ……

Бай Ую сразу понял, что ход мыслей у этого парня отличается от нормальных людей, и общаться с ним бесполезно.

Подумав так, Бай Ую перестал обращать на Шэнь Цзэ внимание и направился прямо к цветочному горшку. И действительно, под ним обнаружился ключ.

Глядя на ключ в своей руке, Бай Ую слегка прищурился и, погрузившись в раздумья, мысленно отметил:

— Похоже, происхождение и личность этого Шэнь Цзэ вовсе не так просты. Когда всё это закончится, пожалуй, и вправду стоит навестить того старого друга.

Заметив, что Бай Ую стоит столбом, неотрывно глядя на ключ в руке и не спешит открывать дверь, Шэнь Цзэ поддразнил его:

— Чего вы так уставились на этот ключ? Разве он красивее меня, доктор Бай?

Бай Ую, конечно же, раскусил его подначку и тут же парировал:

— Верно. По крайней мере, ключ не раздражает меня так, как ты.

Однако получивший отповедь молодой человек вовсе не выглядел сбитым с толку — напротив, он рассмеялся еще веселее, неизвестно чему радуясь.

Неужели ему доставляет удовольствие, когда его отчитывают? Разве может этот Шэнь Цзэ быть мазохистом?

Бай Ую долго разглядывал Шэнь Цзэ, но его догадки в очередной раз были безжалостно разрушены самим фигурантом.

— Эй, доктор Бай, о чем это вы там задумаетесь? Давайте лучше о чем-нибудь пристойном... Давайте скорее открывать дверь, у меня уже руки устали держать.

Побуждаемый этим призывом, Бай Ую взял ключ и шагнул вперед, чтобы открыть дверь. Поворачивая замок, он поинтересовался у Шэнь Цзэ:

— Иногда мне и впрямь кажется, что ты умеешь читать мысли. Почему ты так отчетливо знаешь, о чем я думаю?

Шэнь Цзэ стоял позади Бай Ую и вовсю любовался открывшейся перед ним картиной: широкие плечи, узкая талия и чересчур изможденная спина отпирающего дверь доктора были видны как на ладони. Тот по-прежнему казался отстраненным и скучным, а говорил всё так же ледяным тоном, но в нем хотя бы появилась капля человечности.

Впрочем, теперь здесь он.

Он непременно сможет капля за каплей поделиться с Бай Ую собственным светом, чтобы и его мир наполнился теплым солнцем.

Отперев дверь, Бай Ую не дождался ответа от стоявшего за спиной парня. Он обернулся, желая выяснить в чем дело, и неожиданно столкнулся с полным глубокой нежности взглядом юноши.

В глазах Шэнь Цзэ бушевало такое сильное чувство, такое палящее, подобное солнцу, что оно едва не опалило его целиком. Бай Ую растерялся от этого обжигающего взгляда.

Инстинктивно пытаясь защититься от столь непривычного взгляда Шэнь Цзэ, Бай Ую отвел глаза, будучи не в силах вынести прямой взгляд его очей.

Он выдавил:

— Почему ты не отвечаешь?

Шэнь Цзэ лишь легко усмехнулся и ответил в своем излюбленном нагловатом тоне:

— Откуда я знаю? Я же говорил — умею предсказывать будущее.

Услышав столь несерьезный ответ, Бай Ую мысленно махнул рукой: ладно, толку от него не добиться, лучше заняться делом.

С этими мыслями он вошел в квартиру Фан Ся. Жилище представляло собой самую обычную трехкомнатную квартиру с гостиной — ни большая, ни маленькая, стандарт для среднестатистической семьи.

В гостиной горел свет, но всё вокруг было усеяно разбросанными вещами, словно здесь только что бушевала яростная ссора.

Шагая поверх раскиданных повсюду предметов, Бай Ую окинул взглядом этот кромешный бардак и произнес:

— Что здесь произошло?

Шэнь Цзэ тоже вошел, бережно прижимая к груди Фан Ся. Так они оба ступили в чужой, ничем не примечательный дом.

Пройдя чуть дальше, они увидели картину: на диване лежала средних лет женщина с растрепанными волосами, на полу рыдал мальчик, а на качающемся кресле у балкона сидел мужчина и с мрачным видом курил.

По телевизору в гостиной всё еще крутили Путешествие на Запад 1986 года, но казалось, что время для всего этого застыло на месте.

Шэнь Цзэ было не до того — сейчас он хотел лишь поскорее устроить девочку на руках.

Обойдя Бай Ую, он бросил:

— Ладно, я отнесу девчонку в комнату. Тащил ее всю дорогу, то шагая, то останавливаясь, знаете ли, руки отваливаются.

Пройдя полпути, он внезапно замер. Заметив, что тот остановился, Бай Ую спросил:

— Что такое?

Шэнь Цзэ издал цокающий звук и озадаченно протянул:

— Э, доктор Бай, откройте-ка дверь. Я понятия не имею, где комната девочки, а у меня сейчас заняты руки.

Комнат всего было три, и спальня Фан Ся, судя по всему, должна находиться рядом с хозяйской. Подумав об этом, Бай Ую подошел и распахнул дверь в комнату, располагавшуюся по соседству с главной спальней.

И действительно, это оказалась комната Фан Ся: все стены были увешаны почетными грамотами, а на другой красовались аниме-постеры. Вот только сами постеры и значки кто-то безжалостно испортил.

Коллекционные значки с персонажами аниме и карточки были изрезаны ножницами, а затем небрежно брошены в угол. По ироничному контрасту, кубки на письменном столе стояли в идеальном порядке, сияя так ярко, будто их кто-то любовно полировал раз за разом.

Шторы были плотно задернуты, не пропуская в комнату ни лучика света — царила тяжелая, давящая атмосфера, от которой буквально перехватывало дыхание.

Шэнь Цзэ подошел с девочкой на руках к кровати, а Бай Ую шагнул вперед, помогая отодвинуть одеяло, чтобы малышка смогла устроиться поудобнее.

Шэнь Цзэ аккуратно опустил девочку, после чего Бай Ую бережно укрыл ее одеялом. Затем он нагнулся, поднял с пола небрежно брошенную фигурку, смахнул с нее пыль и вложил в объятия спящей девочки.

Закончив с этим, Бай Ую окинул взглядом комнату и понял, сколь безжалостно были уничтожены все любимые вещи Фан Ся. Выходило, что его сеанс эмоциональной терапии потерпел сокрушительное поражение.

Этот удручающий разгром вокруг словно шептал ему: посмотри, твои эмоциональные пилюли не принесли ровно никакой пользы, ты лишь причинил ребенку вторичную травму.

Взгляд Бай Ую упал на исцарапанную стену с изрезанными аниме-плакатами, и в его воображении отчетливо восстановилась картина тех событий.

Когда Фан Ся вернулась домой с матерью, действие эмоциональной конфеты, вероятно, уже закончилось. Без сдерживающей силы пилюли все дурные эмоции начали рушиться лавиной, а запечатанные воспоминания хлынули обратно.

И потому в тот самый момент, когда она покинула крышу, трагедия повторилась вновь. Он снова не смог ее остановить, и на сей раз лечение обернулось поистине чудовищным крахом.

Бай Ую стоял в одиночестве посреди комнаты, внешне не выражая ни единой эмоции, но Шэнь Цзэ прекрасно знал: он занимается самобичеванием, винит во всем себя и в то же самое время безмерно сочувствует своему девяносто девять тысяч четыремсьемидесятому пациенту.

То, что Бай Ую был не в силах выразить словами, и те перемены, которые другие не замечали, Шэнь Цзэ всегда улавливал в ту же секунду.

Стоя рядом с ним, Шэнь Цзэ на редкость обошелся без привычного шутовства:

— Это не ваша вина, виноваты они сами. Так что, доктор Бай, не попробовать ли нам другой метод лечения?

Другой метод лечения? Но... он понятия не имел, какими именно методами можно исцелить человека с разрушенной душой. Именно поэтому он предпочитал делиться собственными эмоциями, разбирая их по ниточкам и разделяя на миллионы таблеток. Пусть этот процесс был болезненным, но стоило ему вспомнить, что он способен спасти еще нескольких людей, как всё начинало казаться ему правильным.

http://bllate.org/book/25752/3079299