— У муравьев-солдат хищных видов верхние челюсти покрыты зазубринами и ядом. Если не вычистить тот кусочек мяса вместе с ними, легко заработать скрытую угрозу, — стоявший рядом Цэнь Ли пояснил это за него.
Фан Гу совсем не хотел тратить лишние слова, но сейчас объяснения Цэнь Ли пришлись как нельзя кстати: в конце концов, он всё еще оставался капитаном и должен был должным образом успокоить нервы остальных участников.
Однако, глядя на искаженное от боли лицо Чэнь Шаобая, Фан Гу всё же не удержался и спросил:
— Сильно болит?
Чэнь Шаобай сдержал слёзы и проглотил рвущийся из самого горла стон.
— Не болит, — сквозь зубы процедил он.
Фан Гу скривил губы и для вида промычал:
— М-м.
В этот момент сбоку протянули бутылочку со спиртом. Фан Гу без лишних слов взял её и брызнул на свой трехгранный кинжал.
— Муравьи-солдат не ходят поодиночке, у них свои маршруты. Если намеренно их не провоцировать, обычно мы с ними не сталкиваемся.
Голос Фан Гу звучал холодно, с каким-то неопределенным подтекстом. Он в упор посмотрел на Чэнь Шаобая, и в глубине его узких глаз таилась колючая, зловещая свирепость.
— Чэнь Шаобай, где тебя вообще угораздило нарваться на эту дрянь?
— Я… — Чэнь Шаобай на мгновение лишился дар речи. Он и сам не мог толком ничего объяснить: да черт побери знает, с какой стати эти проклятые твари привязались именно к нему, неудачнику.
Он помнил лишь одно: когда Чжао Фэйсюн уходил, на него брызнуло несколько капель грязи… Точно, Чжао Фэйсюн!
В глазах Чэнь Шаобая мелькнул огонек.
— Чжао Фэйсюн! — возбужденно прорычал он. — Это Чжао Фэйсюн!
Цэнь Ли отреагировал мгновенно, уловив суть дела из обрывков фраз Чэнь Шаобая.
— Ты имеешь в виду, что муравьев привлек Чжао Фэйсюн, когда проходил мимо? — прямо спросил Цэнь Ли.
Чэнь Шаобай бросил взгляд в сторону Чжао Фэйсюн и с абсолютной уверенностью кивнул:
— Фан Гу…
Фан Гу поднял руку, прерывая Цэнь Ли.
— Оставайтесь здесь, я…
— Бах!
— Бах!
— Бах!
Три выстрела грянули, словно раскаты грома. Фан Гу резко обернулся.
Это стрелял Чжао Фэйсюн.
Чжао Фэйсюн пятился назад, вскинув ствол, его свирепые глаза были прикованы к тому, что впереди, и он сделал еще один выстрел. Но напрягшиеся всем телом мышцы выдавали страх человека, зажатого под прицелом.
Прямо перед ним та самая буйная, цветущая лужайка захватывалась целой армией чудовищных муравьев размером с гору.
Лицо Фан Гу менялось на глазах. Он торопливо опустил взгляд под ноги.
Из-под твердой желтой земли доносилось едва слышное шуршание. Не прошло и минуты, как плотные тучи муравьев поглотили эту зелень, а зловещая чернота заполнила землю и небо.
— Цэнь Ли, — окликнул его Фан Гу. — Держись за мной изо всех сил.
Затвор щелкнул, досылая патрон, и в тяжелом воздухе прозвучал предельно спокойный голос Фан Гу:
— Чэнь Шаобай, хочешь выжить — не отставай!
— Грянул выстрел — беги, никого не бросаем.
Черное дуло уставилось вперед. Взгляд Фан Гу был холоден и суров, а палец легонько нажал на спуск.
— Бегом!
В ушах зашумело, деревья, цветы и трава слились в сплошную размытую пелену. Затаив дыхание, Чэнь Шаобай изо всех сил мчался вперед, не оглядываясь.
Его ноги казались свинцовыми, но он не смел остановиться ни на секунду. Отвратительное, леденящее душу шуршание за спиной преследовало их по пятам, словно привидение, и отделаться от него было невозможно. Руководствуясь лишь животным инстинктом выживания, он изо всех сил бежал следом за Цэнь Ли.
Да, именно следом за Цэнь Ли. А вот Фан Гу, который только что громогласно заявлял, что поведет их за собой, вопреки обыкновению оказался позади всех.
Поддавшись какому-то необъяснимому порыву, Чэнь Шаобай, перепрыгнув через лиану, всё же оглянулся.
Фан Гу неотступно следовал за ними. Неужели ему так тяжело давался этот бег?
Глаза Чэнь Шаобая чуть расширились — на этот раз он разглядел всё отчетливо. На спине Фан Гу кого-то нес.
Встречный ветер раскачивал чью-то голову с торчащим хохолком на макушке, и эта нелепая деталь неожиданно привносила в смертельно опасное бегство нотку комичного утешения.
В ушах Чэнь Шаобая словно снова зазвучали недавние холодные и резкие слова Фан Гу, и его вдруг осенило: оказывается, под шкурой ледяного демона и впрямь может скрываться искренняя, горячая доброта.
Волна наступающих муравьев словно поглотила любые звуки. В безмолвных джунглях раздавалось лишь несколько частых вдохов и стук сердец.
Фан Гу, взвалив Ван Юй на спину, несся сквозь заросли. Он не смел останавливаться: муравьиный рой настигал их с невообразимой скоростью, каждый их шаг балансировал на краю пропасти, и стоило этим тварям догнать их, как спасения уже не останется.
Не меньшие трудности испытывал и Цэнь Ли. Внутримировом пространстве «Якорей», где пространство и время перепутались, выданная ему карта местности неизменно подкидывала проблемы в самых неожиданных местах.
Вот и сейчас: по идее, там, куда он вел Фан Гу и остальных, должно было находиться огромное озеро, но вместо этого… Нагромождения крутых пиков выглядели так, будто нарочно созданы, чтобы сжить их со свету.
В глазах Цэнь Ли впервые промелькнуло отчетливое намерение убить, а его прекрасное лицо на миг превратилось в лик жаждущего крови зловещего духа — его пронзительно-синие зрачки незаметно под поволокой окрасились золотом.
Краски вокруг постепенно поблекли, превратившись в серые тона. В левом глазу Цэнь Ли возник золотистый диск. Диск сделал оборот, и мчавшийся ветер внезапно замер на секунду.
Запечатленные на золотом диске таинственные руны вырвались из глазницы, разворачиваясь в поле зрения Цэнь Ли в виде нескольких огромных золоченых узоров.
Продолжая нестись на предельной скорости, Цэнь Ли разделил внимание: в иллюзорном пространстве, видимом лишь ему одному, возникли бесчисленные бронзовые двери.
Если бы Фан Гу мог видеть это сейчас, его сердце потрясло бы до глубины души: мир за этими дверями точь-в-точь повторял реальность, и каждое из видений было тем, что он уже пережил.
Бросив суровый взгляд, Цэнь Ли осторожно протянул руку.
А в глазах Фан Гу всё выглядело иначе: Цэнь Ли отчаянно продолжал нестись к нагромождению вершин впереди, но его правая рука была странно вытянута вперед, словно он пытался схватить что-то из воздуха.
Как только рука Цэнь Ли почти коснулась одной из бронзовых дверей, его второй, правый глаз внезапно стал темно-синим. Мимо со свистом рассек воздух резкий порыв ветра, и из придорожных зарослей выпрыгнула фигура.
Это был крепкий чернокожий мужчина в простой юбке из травы и с копьем в руке.
Мужчина не замечал таящейся в тени опасности. Указывая на дорогу позади себя, он заговорил с Цэнь Ли на ломаном наречии:
— Быстро, за мной!
— Цэнь Ли, иди за ним! — донесся сзади голос Фан Гу, и Цэнь Ли без малейших колебаний бросился в чащу, куда указывал мужчина.
Движения мужчины были быстрыми и ловкими: словно леопард, он пробирался сквозь самую глушь колючих зарослей. Фан Гу и остальные последовали за ним и чудом избежали погони муравьиного роя.
Еще более неожиданным оказалось то, что этот внезапно объявившийся таинственный дикарь без лишних слов привел их прямо к своему племени. И там они увидели Чжао Фэйсюна.
Чжао Фэйсюн был по пояс голым, его крепкое смуглое тело покрывали царапины от ветвей и лиан, а на животе виднелось несколько зияющих ран, будто вырезанных ножом.
Рядом с ним стояла женщина, одетая точно так же, как тот мужчина. В руках она держала обрывок черно-зеленой ткани — вторая половина этой же полосы висела на поясе у Чжао Фэйсюна.
Увидев Фан Гу и остальных, Чжао Фэйсюн не выказал ни малейшего удивления, словно заранее знал, что они обязательно здесь окажутся.
— Чжао… Чжао Фэйсюн? Что он здесь делает? — Мозг Чжао Шаобая после короткой передышки наконец-то возобновил свою вялую работу.
Фан Гу и Цэнь Ли не могли ответить на этот вопрос, но слова стоявшего рядом аборигена привели всех троих в изумление.
— Это он велел мне спасти вас, — дикарь изъяснялся со странным акцентом, указывая пальцем на человека напротив.
— Он? — Чэнь Шаобай просто не мог в это поверить. Он перевел палец с Чжао Фэйсюна на себя: — Ты хочешь сказать, что это он приказал тебе спасти нас?
— Верно, — уверенно подтвердил мужчина.
Чэнь Шаобай на мгновение умолк, и дыхание застряло у него в груди. Он со сложным выражением лица уставился на Чжао Фэйсюна, какое-то время совершенно не зная, что и сказать.
Зато Цэнь Ли… Удивление на его лице исчезло почти мгновенно. В его синих глазах естественно проступила искренняя благодарность, и он заговорил тоном сдержанным, но полным явной радости:
— Капитан Чжао, благодарю за спасение.
Чжао Фэйсюн легко уловил исходившее от Цэнь Ли доброжелательное отношение, которое разительно отличалось от прежней вежливой отчужденности при их первой встрече. Он чуть изогнул губы в улыбке, а темные круги вокруг глаз надежно скрыли его истинные эмоции.
— Профессор Цэнь, это мой долг, — Чжао Фэйсюн, похоже, совсем не умел говорить красивые фразы, его голос звучал несколько деревянно, но он всё же договорил до конца: — Раньше я… разочаровал всех. Побывав на волосок от смерти на этот раз, я всё понял: мы все в одной лодке. Вместо того чтобы питать друг к другу скрытые подозрения и грызться за спиной, лучше отбросить все обиды и объединить усилия.
Произнося эти слова, Чжао Фэйсюн время от времени поглядывал на Фан Гу, и смысл его слов был понятен без лишних слов.
***
Фан Гу усмехнулся, пряча во мраке узких глаз темный огонек:
— Все мы в одной лодке, и если кто-то пострадает, остальным не уйти от ответственности. Избавиться от прежних обид — это, пожалуй, лучший вариант.
— Вот и отлично, — Чжао Фэйсюн расплылся в улыбке, и шрам, похожий на сороконожку, дернулся на его шее, став еще более зловещим.
— За плодотворное сотрудничество, — чеканя каждое слово, произнес он.
— За сотрудничество, — уголки губ Фан Гу приподнялись, и он протянул руку, имитируя рукопожатие с собеседником сквозь пустоту.
Губы Чжао Фэйсюна пару раз шевельнулись, и спустя мгновение он тоже протянул руку, неловко повторяя тот же жест вслед за Фан Гу.
— Капитан Фан, профессор Цэнь, я только что узнал от Бате одну крайне важную новость… — словно в доказательство своей искренности, Чжао Фэйсюн поспешил поделиться ценными сведениями.
Костер потрескивал под покровом ночи, и его играющие языки пламени то выхватывали из темноты, то удлиняли силуэты сидевших вокруг людей.
Чэнь Шаобай сидел напротив Чжао Фэйсюна. Пользуясь темнотой, он смотрел на него взглядом, в котором читалось прямое, нескрываемое подозрение.
http://bllate.org/book/25753/3079369
Готово:
