Цзян И не обратил на него внимания:
— Генеральный директор Чжао, мы можем начать говорить о работе?
Пять лет назад в компании Чжао Миня, или, если точнее, в этом самом магазине, вообще не было штатного бухгалтера, и он нанимал для ведения отчетности аутсорсинговую компанию. Аудит и управление риски на предприятиях аграрного сектора всегда были главной сложностью.
— Чего молчишь? — Цзян И закатал рукава, уселся в офисное кресло и слегка приподнял подбородок, глядя на него.
По привычке бухгалтера он с первого же взгляда на счета понял, что никакого реального аудита не проводилось, хотя при таких оборотах в нем, пожалуй, и нужды не было.
Цзян И тихонько пробормотал себе под нос:
— С чего это вдруг тебя потянуло открыть фруктовую лавку?
Образцовый студент химического факультета 985, из года в год бравший государственные стипендии, после выпуска подался открывать фруктовый магазин... впрочем, не просто фруктовый, а еще с продажей специй — в общем, самую настоящую лавку всякой всячины.
— И занесло же в Юньнань.
Плюс работы в бухгалтерии заключался в том, что пара взглядов позволяла определить финансовое состояние компании и увидеть весь путь, пройденный Чжао Минем за эти годы.
Внезапно он вспомнил обрывок чужих слов: у Чжао Миня из-за неудачного большого эксперимента сгорел диплом, он так и не получил научную степень.
— Куда ты делся после выпуска?
Чжао Минь опустил глаза:
— Открыл магазин.
— А чем занимался во время восьмимесячного перерыва в работе?
— Искал работу.
— Что ты делал? Фармацевтика? Или химия?
Цзян И крутил в пальцах ручку, продолжая изучать отчетность.
Чжао Минь на мгновение замолчал и честно ответил:
— Волонтерствовал, преподавал в деревне.
Цзян И поднял взгляд и посмотрел Чжао Миню в глаза. Он никак не мог взять в толк, о чем вообще думает этот мужчина. Если бы он не пошел работать по специальности — биоинженерия — сразу после окончания вуза, в дальнейшем ему пришлось бы очень туго. А если дело было в романтических побуждениях, мог бы устроиться учителем биологии и химии в среднюю школу.
Что же он от него скрывал?
Чжао Минь немного помедлил и тихо переспросил в ответ:
— Когда ты завел отношения?
— Давно, — ответил Цзян И без запинки.
Лицо Чжао Миня неуловимо помрачнело.
— А ты?
Цзян И откинулся назад, и в его взгляде читался не прикрытый ничем вызов.
— Никого.
В голосе Цзян И все так же слышны были колючие нотки:
— Нашел бы кого-нибудь подходящего да поскорее остепенился.
— Он тебе подходит? — голос Чжао Миня звучал слегка охрипшим.
Цзян И приподнял бровь, в его выражении промелькнуло нечто игривое:
— С какой именно стороны ты хочешь это узнать?
Атмосфера в комнате упала до точки замерзания.
И как раз в этот момент в квартире Цзян И зазвонил дверной звонок.
Цзян И едва заметно с облегчением выдохнул.
Чжао Минь машинально перевел на него взгляд.
Цзян И поднялся, полностью проигнорировав это.
Чжао Минь чуть поправил пальцем очки, на миг в его глазах мелькнула растерянность, и он снова ухватился за край одежды Цзян И:
— Кем ты меня представишь?
Деловым партнером, однокурсником или бывшим парнем?
— Чжао Минь, — Цзян И на секунду замолк, — ты не думал за столько лет сходить к врачу? — он указал пальцем себе на голову.
О чем вообще Чжао Минь сейчас думает? Он же только что говорил по телефону с Феликсом, неужели его совесть нечиста?
В тот самый момент, когда дверь отворилась, Чжао Минь крепко сжал пальцы и сдержанно выпрямил затекшую спину.
Их взгляды встретились.
Удивление на лице помощника было совершенно очевидным, и он произнес:
— Генеральный директор Чжао? Вы…
Всего через пару секунд он быстро сориентировался и спросил:
— Будете завтракать?
Он протянул два стакана с кофе — судя по логотипу, из того самого заведения, куда часто ходил Цзян И.
Чжао Минь отстраненно и вежливо ответил:
— Спасибо.
Цзян И бросил взгляд на Чжао Миня и отдал распоряжение помощнику:
— Найди клининговую службу, пусть уберут в спальне и на кухне.
Помощник вызвал уборщиков. Открыв дверь в спальню и оглядевшись по сторонам, он принялся собирать книги, и в этот момент из них выпала фотография, сделанная на полароид.
Помощник замер.
На размытом снимке на фоне какой-то суеты, не позволявшей разобрать, где именно велась съемка, мужчина запечатлен вполоборота целующим Цзян И; его движение было настолько поспешным, что изображение смазалось. Сам же целуемый Цзян И держал в руках какой-то англоязычный сертификат и сияюще улыбался в объектив.
Дата внизу снимка гласила: 31.05.2016.
Глядя на знакомый профиль на фотографии, он невольно вспомнил того, кто сидел сейчас в кабинете, но затем взял себя в руки и аккуратно вложил снимок обратно.
Солнечный свет в кабинете падал идеально.
Цзян И со скучающим видом продолжал пить кофе, уловив исходивший от Чжао Миня едва уловимый аромат лаванды, и стучал по клавиатуре.
Чжао Минь нахмурился и вдруг заговорил:
— Ты заставил помощника убирать комнату?
Рука Цзян И зависла в воздухе, и он парировал вопросом:
— А кто, по-твоему, должен был убирать?
Раньше Чжао Минь даже одевал его самого. Тот любил поваляться в постели и каждое утро капризничал, требуя дать ему еще пять минут. А потом приподнимал поясницу, позволяя Чжао Миню натянуть на него одежду, после чего поднимался, умывался и уходил.
Телефонный звонок прервал их разговор.
Лицо Чжао Миня постепенно омрачалось. Он не говорил лишнего, и каждое его слово имело вес:
— Сначала создайте следственную группу.
В тот самый момент, когда Чжао Минь повесил трубку, новости дошли и до Цзян И: поступил внутренний донос о том, что финансовая отчетность компании Фэнхэ сфальсифицирована.
Цзян И взглянул на донос, где обвиняли в искусственном раздувании активов. Финансовые проблемы сельскохозяйственных компаний решать труднее всего: многие из их закупок на местах проводятся за наличный расчет, а вопросы прав собственности и вовсе поддаются контролю с трудом.
Цзян И выгрузил файлы и произнес:
— Для начала заблокируем утечку информации, — а затем добавил: — Цепочка предоставленных доказательств выглядит размытой, я лично отправлюсь на проверку.
Он собрал документы четким и быстрым движением.
Чжао Минь едва сдерживал воспоминания о прошлом: когда он сам собирал вещи Цзян И, тот обычно лежал на кровати, хлопая своими круглыми глазами, и говорил ему: учитель Сяо такой замечательный, так и хочется поцеловать.
— Мы…
— Что?
Сможем ли мы еще быть вместе?
Автор пишет:
Глава 5. Боль
Сегодняшнее рабочее совещание проходило в тягостной обстановке: Чжао Минь лично отобрал нескольких топ-менеджеров для создания следственной группы.
Едва заседание закончилось, Цзян И вернулся в кабинет и велел помощнику собрать вещи — предстояло ехать в Юньнань, времени на раздумья не оставалось.
В полдень город бурлил от шума, и холодный осенний ветер проносился сквозь толпу прохожих. Какая-то фигура бесшумно приблизилась, перехватив у него портфель и одновременно протягивая стаканчик с мангово-кокосовым молоком.
— Я поеду с тобой.
Цзян И взял стакан, соломинка проткнула защитную пленку, и густой сливочный аромат вперемешку с кусочками манго скользнул в горло, чуть притупив кислоту в желудке. Он поднял взгляд:
— Нашли доносчика?
Чжао Минь слегка кивнул, не став вдаваться в подробности.
Микроавтобус шел плавно. Помощник и секретарша Чжао Миня сидели на заднем сиденье, тихо сверяя порядок действий, а за окном стремительно проносились уличные пейзажи, становившиеся все более знакомыми. Еще немного вперед — и покажутся университеты Чунцзинский и Наньчжун.
А еще через девятьсот пятьдесят метров, свернув в небольшой переулок, окажется их… дом.
Но на самом развилке водитель без предупреждения крутанул руль.
Чжао Минь тихо спросил:
— Возвращался сюда за столько лет?
— Нет.
Цзян И закрыл глаза.
Пока не пересек таможню — значит, не считается.
После окончания магистратуры он подал документы на рабочую визу и устроился венчурным инвестором в инвестиционный банк на Уолл-стрит. Перебравшись из Филадельфии в Нью-Йорк, он купил квартиру в хорошем районе — лежа на кровати, можно было любоваться закатами над Нью-Йорком.
За эти годы он побывал во многих местах: видел северное сияние в Норвегии, обошел Лувр, нырял с аквалангом в Малайзии, вылавливая морских ежей, наблюдал за миграцией животных в Южной Африке, а еще… делал пересадку в Юньнани.
Мир велик, и он понятия не имел, где именно находится Чжао Минь.
Машина шла ровно. Спустя несколько часов Цзян И открыл глаза и ленивым, сонным голосом спросил:
— Куда приехали?
— Чжэньсюн, еще чуть больше часа — и на месте.
Цжан И не понимал, зачем Чжао Миню понадобилось ехать в этот маленький юньнаньский уездный городок. Он снова прислонился головой к сиденью, накатила прежняя усталость, а за окном моросил дождь — погода была идеальной для сна.
В полудреме ему показалось, будто он провалился в лавандовое поле.
Когда он проснулся снова, на плечах у него лежало добротное ветрозащитное пальто Чжао Миня, а чистый запах лаванды вперемешку с его теплом окутывал со всех сторон.
Он поднял глаза и неожиданно прямо встретился со взглядом Чжао Миня, который тот не успел отвести.
Машина уже остановилась у обочины улицы в уездном городке. По обеим сторонам тянулись невысокие жилые дома, на первых этажах которых работали разнообразные лавки — судя по всему, местный деловой центр. Ближе к вечеру на углу улицы собралась молодежь, оживленно переговаривавшаяся на юньнаньском диалекте, излучая юношескую энергию.
— Перекусим и остановимся здесь на ночь.
Чжао Минь толкнул дверь ресторана рисовой лапши по-гуйлиньски и заказал пять порций. Помощник и остальные с большим пониманием дела сели за другой столик.
Перед ними поставили кипящие каменные горшочки, по куриному бульону плавали свежие лепестки хризантем, и Чжао Минь привычно стал опускать в котелок лапшу и закуски — точно так же, как много лет назад, когда Цзян И оставалось лишь ждать, пока о нем позаботятся.
Глядя на пустую, водянистую на вид лапшу, он спросил:
— Зачем ты приехал в Юньнань?
Чжао Минь на секунду замер:
— Не хотел возвращаться в Чунцин.
Не хотел возвращаться в Чунцин? И потому уехал за несколько сотен километров в юньнаньский уездный городок открывать лавку всякой всячины? Даже если у него не было диплома, у Чжао Миня оставалось множество наград за победы в конкурсах и участие в научно-исследовательских проектах, так что крупные компании не стали бы придираться к корочкам, и до такого положения он бы точно не скатился.
Присутствие посторонних мешало, и Цзян И больше ничего не стал говорить.
Лапша оказалась очень вкусной, но порция была слишком маленькой — хватило буквально на пару палочек, чтобы дойти до дна.
Всю дорогу они ехали молча, пока не остановились перед дверью уездной гостиницы.
Цзян И немного проголодался и уже собирался заказать ночной перекус.
Но Чжао Минь встал прямо перед ним.
— Генеральный директор Чжао, что-то нужно?
— Проголодался? — Чжао Минь помедлил и тихо произнес: — Пойдем, я угощу тебя ночным перекусом.
Цзян И изучающе смотрел на него несколько секунд, а потом сказал:
— Не голоден, просто вышел воды купить.
На улицах городка было безлюдно, лишь изредка с ревом проносились крупные машины, поднимая клубы пыли. Он совершенно не представлял, какие магазины здесь еще могут быть открыты в такое время.
— Я знаю, где можно поесть, — сказал Чжао Минь.
Помолчав немного, Цзян И повернул голову:
— Ладно.
Чжао Минь провел его через несколько переулков, к фасаду жилого дома, где висела простая вывеска: Жареная рыба.
— …
Цзян И никогда в жизни не стал бы заходить в подобные заведения. Он не чурался уличной еды, но это мрачное место посреди темных переулков, с мигающей зловещим светом вывеской перед входом и наглухо закрытой дверью выглядело точь-в-точь как декорации к фильму ужасов, и приближаться к нему ближе чем на шаг он не собирался.
То, что ждало внутри, вполне могло оказаться не жареной рыбой, а местом преступления.
Цзян И уже собирался отказаться, но не успел произнести и слова, как Чжао Минь достал ключ и открыл замок на двери.
Ключ... ключ…
http://bllate.org/book/25813/3085173
Готово:
