— Так ты называешь время, которое уделишь мне, чтобы поиграть, — всего лишь этот кусочек вечера? — Голос Юй Миня невольно повысился, а в глазах читалось полное неверие.
— Обстоятельства вынуждают, Юй Минь, почему ты такой жадный? — поддразнил его Лу Цзэянь.
Поскольку инициатива была в руках Лу Цзэяня, Юй Минь, как бы сильно ни был недоволен, не стал спорить, но, дойдя до двери комнаты, всё же не удержался и обернулся, чтобы подчеркнуть:
— Лу Цзэянь, смотри мне, обязательно разбуди меня, а не то я больше никогда с тобой не заговорю.
Сказав это, он еще и состроил свирепую физиономию.
Лу Цзэянь тут же рассмеялся и махнул рукой, мол, не переживай.
Но на самом деле Лу Цзэяню вовсе не нужно было его будить: Юй Минь сам волновался и еще не было пяти, когда отправился к Лу Цзэяню.
В тот момент Лу Цзэянь сидел за столом в очках и чертил план; услышав, как Юй Минь толкает дверь и входит, он даже оглянулся.
Юй Минь в два-три шага подошел и устроился на стуле рядом с Лу Цзэянем. Этот стул Лу Цзэянь специально приготовил для Юй Миня: раньше Юй Минь частенько засыпал в ожидании Лу Цзэяня, и ради этого Лу Цзэянь даже специально купил для него подушку для поддержки поясницы — точно такую же, как у него самого.
Юй Минь прильнул к столу Лу Цзэяня и во все глаза уставился на эскиз, который тот как раз рисовал. Карандашом были лишь намечены очертания одежды — перевернутая трапеция европейского костюма, широкие плечи, узкая талия.
Юй Минь поинтересовался рядом:
— Почему ты работаешь даже во время отпуска?
— Это не работа, просто мне самому скучно.
У Лу Цзэяня были очень изящные пальцы. Глядя на руку, державшую карандаш, Юй Минь заметил на суставе указательного пальца крошечную родинку — ее было видно, только когда палец сгибался.
Юй Минь немного подумал и вдруг заговорил:
— Лу Цзэянь, может, мне тоже устроиться на работу?
Рука Лу Цзэяня, державшая карандаш, замерла. Он повернул к нему голову и бесстрастно произнес:
— Даже и не думай.
— Почему?
— Несовершеннолетним не положено работать, вряд ли найдется место, готовое тебя взять, — равнодушно констатировал факт Лу Цзэянь.
Юй Минь надул губы и возразил:
— Ничего подобного, мне уже исполнилось шестнадцать.
Лу Цзэянь окончательно отложил ручку и спросил:
— Почему тебе вдруг захотелось работать?
Юй Минь тоже оторвался от стола и посмотрел на него:
— Все равно сидеть одному без дела... Не могу же я вечно жить за твой счет.
— Раз уж я решил забрать тебя домой, то всё это — моя обязанность, не забивай себе голову ерундой. — Лу Цзэянь чуть помедлил и добавил: — Я вовсе не работаю. Раньше, когда тебя здесь не было, я поступал точно так же, и для меня это вовсе не в тягость.
— Твоя главная задача сейчас — нормально есть и нормально спать. — Лу Цзэянь откинулся на спинку стула и, согнув палец, постучал им по столешнице.
Юй Минь призадумался: есть да спать, спать да есть — разве это не жизнь свиньи?
Сообразив, что Лу Цзэянь, возможно, обзывает его, Юй Минь с обидой в голосе спросил:
— Ты что, имеешь в виду, что я свинья?
Лу Цзэянь тут же рассмеялся, находя этот наивный вид Юй Миня невероятно милым. Он приподнял бровь и возразил:
— Не обязательно. Только и делают, что едят и спят, еще котята.
— ……
Перед самым выходом Юй Минь закутался с ног до головы — он никак не мог забыть те волдыри от укусов на руках, что появились после вечерней прогулки с Лу Цзэянем в прошлый раз. Посреди лета Юй Минь был укутан, как медведь.
Лу Цзэянь не выдержал, намазал открытые участки кожи Юй Миня бальзамом и наперебой уверял, что теперь комары к нему не приблизятся. Только после этого Юй Минь в сомнениях вышел вместе с Лу Цзэянем за дверь.
Лу Цзэянь перевел на WeChat Юй Миня некоторую сумму и велел самому расплачиваться за всё, что ему приглянется.
Спустившись вниз, Юй Минь как раз заметил дядю Яна, который сидел в тени дерева и с бамбуковым веером в руках играл в шахматы с кем-то из соседей — это была давняя привычка дяди Яна.
Уж сколько раз дядя Ян насильно затаскивал Юй Миня понаблюдать за их партиями.
Заметив спускающихся Лу Цзэяня и Юй Миня, дядя Ян прищурился и с улыбкой поприветствовал их:
— Сяо Лу, выводишь Сяо Миня прогуляться?
Лу Цзэянь с улыбкой кивнул:
— Да, этот малец слишком шумный.
Юй Минь поднял на него взгляд и в ту же секунду расплылся в улыбке, приветствуя старика:
— Здравствуйте, дядя Ян!
Заметив, что Юй Минь снова норовит пристроиться возле шахматной доски дяди Яна, Лу Цзэянь с улыбкой протянул руку, ухватил его за загривок и притянул к себе.
— Юй Минь, пошли.
Это была всего вторая поездка Юй Миня на автобусе вместе с Лу Цзэянем, но, в отличие от прошлого раза, в салоне было просторно — пассажиров оказалось совсем немного. Юй Минь очень обрадовался и потащил Лу Цзэяня на длинное сиденье в самом хвосте салона.
Лу Цзэянь лишь покачал головой: кому придет в голову рваться на задние места в автобусе?
Юй Минь устроился у окошка. Повернувшись к нему, он залюбовался ярко-алыми, словно огонь, цветами, усыпавшими улицы и придавшими всему вокруг необычайно живописный вид. Юй Минь спросил:
— В Сичэне и в августе гранаты цветут?
— Только в этом году, — ответил Лу Цзэянь.
— Понятно.
Юй Минь всё же находил это удивительным: не будь повсюду гранатовых деревьев, не окажись их так много как раз возле дома Лу Цзэяня, он бы никогда с ним не встретился.
— Лу Цзэянь, а Сяо Фу точно можно оставлять дома одного? Я намедни видел, как оно громит квартиру.
Лу Цзэянь с улыбкой поинтересовался:
— И что же разгромило?
— Диван. Оно же еще крошечное, а принимает диван за кошачий туалет и роет, — пожаловался Юй Минь.
— О? — протянул Лу Цзэянь, погрузившись в задумчивость. — Может, ты с ним не играешь?
Голос Юй Миня взлетел на октаву:
— Еще чего! Из-за того, что оно в последнее время так лютует, мне даже совестно тащить его к дяде Яну. Вдруг оно чужой дом разнесет?
Услышав это, Лу Цзэянь наконец улыбнулся и пояснил:
— Оно еще маленькое, у него режутся зубки, так что баловство вполне нормально. Если переживаешь, я куплю ему жевательные палочки.
— Лу Цзэянь, почему тебя вообще ничто не выводит из себя? — изумился Юй Минь.
— А из-за чего мне злиться?
— Из-за того, что Сяо Фу громит дом.
Лу Цзэянь усмехнулся:
— С чего бы мне воевать с кошкой? К тому же, кто из нас не был маленьким?
Поразмыслив еще немного, он привел Юй Миню пример:
— Совсем как ты, когда из кожи вон лезешь, лишь бы не пить молоко.
— Ничего подобного! — попытался запротестировать Юй Минь.
С видом человека, у которого рыльце в пушку, Юй Минь поспешил сменить тему:
— Я сам куплю Сяо Фу жевательные палочки.
Лу Цзэянь рассмеялся:
— На твои-то гроши?
Юй Минь: «……»
— Лу Цзэянь, с таким характером с тобой никто разговаривать не станет!
Сидевшая на соседнем сиденье сзади молодая парочка невольно хихикнула, услышав их перепалку. Звук долетел до ушей Юй Миня, и он тут же умолк. Парочка сзади, похоже, тоже сообразила, что повела себя бестактно, и принялась извиняться.
Лу Цзэянь похлопал Юй Миня по макушке и с улыбкой произнес:
— Ладно, прибереги свои деньги, тратиться на это тебе не нужно.
Юй Минь фыркнул, отвернулся к окну, и сквозь стекло смутно отражался профиль Лу Цзэяня.
Как выяснилось, Юй Минь зря переживал: проехав еще пару остановок, автобус заполнился множеством пассажиров, однако Лу Цзэянь так надежно прикрывал Юй Миня собой, что теснота почти не доставляла неудобств.
Юй Минь уже погрузился в свои мысли, как вдруг заметил, что сидевший рядом парень поднялся, уступая место пожилой женщине. Юй Минь обернулся.
Лу Цзэянь тоже встал и, согнувшись, помог опуститься на сиденье бабушке с тростью, приговаривая с улыбкой:
— Садитесь, пожалуйста, садитесь.
Старушка с трудом устроилась на месте и, с теплотой глядя на Лу Цзэяня, принялась его расхваливать:
— Спасибо, какой же хороший молодой человек...
Увидев рядом незнакомого человека, Юй Минь снова почувствовал себя не в своей тарелке. Он исподлобья бросил на Лу Цзэяня укоризненный взгляд и тут же перехватил его веселую улыбку.
Юй Минь тоже намеревался подняться и подойти к Лу Цзэяню, но тот сделал ему жест рукой, призывая сидеть смирно. Тогда Юй Минь снова замер в позе примерного ученика, с напряженным лицом, словно рядом с ним уселся какой-то дикий зверь.
Наблюдавший за этим Лу Цзэянь еле сдерживал смех. К счастью, им оставалось проехать всего две остановки. Приближаясь к нужной, Лу Цзэянь встал у дверей и тихо позвал:
— Юй Минь.
При этом его опущенная вдоль тела ладонь раскрылась тыльной стороной назад. Услышав это, Юй Минь согнулся, выбрался с сиденья и вложил свою руку в ладонь Лу Цзэяня.
Выйдя из автобуса, Юй Минь не стал размыкать руки и лишь с деланным гневом бросил:
— Предатель коллектива!
Лу Цзэянь со вздохом улыбнулся:
— Это с каких пор я предатель?
— Добрые дела — и без меня!
— Вот подрастешь еще немного, научишься не спотыкаться при торможении — тогда и буду брать тебя с собой творить добро, — поддразнил он.
— Подумаешь, — фыркнул Юй Минь.
Полуденное солнце уже не слепило глаза, но по-прежнему стояла духота. Лу Цзэянь старался вести Юй Миня в тени, позволяя тому идти со стороны тротуара, подальше от дороги.
На пути к Фурунъюаню они проходили мимо ожестерии, у входа в которую толпился народ. Взрослые вели по четыре-пять детей, и почти у каждого ребенка, выходившего из магазина, в руке красовался шарик мороженого.
Заметив это, Лу Цзэянь опустил взгляд на Юй Миня, слегка потянул за руку и спросил:
— Юй Минь, глянь-ка, что там такое?
Юй Минь проследил за его пальцем и, как и ожидал Лу Цзэянь, замер на месте. Лу Цзэянь усмехнулся:
— Юй Минь, тебе шестнадцать, а ведешь себя прямо как шестилетний.
— Ты что, не купишь мне? — Юй Минь пропустил его слова мимо ушей, лишь чуть запрокинул голову и заморгал. У Лу Цзэяня были все основания подозревать, что Юй Минь капризничает, но прямых доказательств не имелось.
— Ладно.
Постояв на солнцепеке минут десять в очереди, они наконец добрались до прилавка. В витрине пестрело мороженое разных цветов и вкусов, а на стекле красовался ценник: шестнадцать юаней за два шарика. Лу Цзэянь сказал:
— Выбирай два вкуса.
Юй Минь долго колебался, пока в самом углу не разглядел мороженое со вкусом зеленого чая и винограда. Заметив, что его взгляд прикован к виноградному, Лу Цзэянь напомнил:
— Выбирай два.
— Оба со вкусом винограда.
Лу Цзэянь с улыбкой кивнул и сказал стоявшему за прилавком продавцу:
— Одно полностью виноградное, а второе — со вкусом маття и маракуйи.
http://bllate.org/book/25862/3089756
Готово: