Медсестра приняла согласие, убедилась, что всё заполнено верно, и напомнила:
— Операция займет примерно два-три часа.
Ин Ли сидел на скамейке у операционной, когда Шэнь Лэ спросила:
— Время еще раннее, тут рядом торговый центр, не хочешь сходить купить одежды?
Край одежды Ин Ли всё еще капал дождевой водой вперемешку с кровью, ткань плотно прилегала к спине, отчего веяло холодом.
Но лампы над операционной горели красным, и Ин Ли, не отрывая глаз смотрел на эту закрытую дверь — мысль о том, что он не может уйти, заполнила всё его сознание.
Шэнь Лэ зашла с другой стороны:
— Какой у тебя размер одежды?
Ин Ли вмиг понял ее намерения и вежливо отказался:
— Не стоит утруждаться.
Шэнь Лэ указала на лужицу на полу:
— Ты стоишь мокрый и с тебя капает, хоть немного облегчи работу уборщику в зоомагазине.
Ин Ли помялся немного и наконец выдавил из себя два слова:
— XL.
Шэнь Лэ кивнула, больше ничего не говоря, подхватила сумочку и быстрым шагом направилась к выходу из больницы.
Ин Ли сидел на прежнем месте и думал о том, что происходящее можно назвать просто абсурдом. Позволить почти незнакомому человеку покупать ему одежду — такой уровень доверия казался ему чем-то невероятным.
Операционная находилась в самом дальнем углу ветеринарной клиники, в коридоре был только Ин Ли — вокруг царила такая тишина, что было слышно собственное сердцебиение.
Он достал телефон и принялся ждать, одновременно набрасывая линии наброска.
Через двадцать минут Шэнь Лэ вернулась с бумажным пакетом. На пакете красовался логотип спортивного бренда:
— Мой двоюродный брат твоего возраста, я смотрю, он носит только эту марку. Не знаю, понравится ли тебе.
Ин Ли взял пакет:
— Спасибо за хлопоты. Сколько с меня? Я переведу.
Шэнь Лэ достала телефон, открыла QR-код для добавления в друзья и кивнула на пакет:
— Чек внутри.
Ин Ли заглянул в чек, и его щеки порозовели. Не разбирая, где код для оплаты, а где для добавления в контакты, он добавил ее в друзья и быстренько перевел деньги.
Шэнь Лэ без всякого жеманства прямо при нем приняла перевод:
— Я пойду, мою дочку нужно укладывать спать. Если после окончания операции не сможешь поймать машину, позвони мне по голосовой связи, я за тобой приеду.
Ин Ли с чувством поблагодарил ее:
— Большое вам спасибо за сегодня.
Шэнь Лэ легко отмахнулась:
— Подумаешь, экая мелочь, не произошло же ничего страшного.
Когда она ушла, Ин Ли с бумажным пакетом направился в туалет. Покраснев до ушей, он достал футболку, брюки и нижнее белье.
Переодеваясь, Ин Ли думал об этой отзывчивой женщине. На вид ей было чуть за тридцать, взгляд мягкий, а в улыбке сквозила житейская мудрость и проницательность. У нее был прекрасно развит эмоциональный интеллект, и любому было бы приятно общаться с таким человеком.
Переодевшись, Ин Ли вернулся на скамейку и продолжил рисовать. Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем лампа над операционной внезапно погасла.
Ин Ли едва ли не подскочил, и его телефон со звоном упал на пол.
Врач вышел из-за двери, стянув маску на подбородок, а на лбу еще блестели мелкие капельки пота:
— Операция прошла успешно, перелом зафиксирован пластиной, все инфицированные ткани полностью зачищены, две трети хвоста удалось спасти. Следующие семь дней — критический период, потребуется стационарное наблюдение.
Ин Ли шумно выдохнул:
— Хорошо.
— Подойдите, оформите документы и оплатите.
Только тогда Ин Ли поднял телефон и последовал за врачом к стойке администратора.
Пальцы доктора застучали по клавиатуре:
— С учетом дальнейших расходов общая сумма составит пятьдесят пять тысяч. И еще, придумайте для него имя.
Взгляд Ин Ли упал на экран компьютера в карте пациента: графа с кличкой животного зияла пустотой. Он снова повернулся к дверям операционной: медсестра как раз вывозила инкубатор. Находящийся внутри волк с серо-зеленой шерстью сжался в комочек и, словно что-то почувствовав, сквозь остатки наркоза приоткрыл глаза и встретился с ним взглядом.
— Сяохэ. Назовите его Ин Сяохэ.
Глава 3
Сначала Ин Ли планировал использовать иероглиф «хэ» в качестве своего псевдонима, но просмотрел на этот иероглиф на экране полночи и в конце концов нажал клавишу удаления.
Ин Ли чувствовал, что в его мире существуют лишь мрачные сырые углы, толпы людей, от которых хочется держаться подальше, да вечная, неснимаемая броня. Какая уж тут гармония и мир — этот иероглиф был бы лишь осквернен.
В конце концов он выбрал для себя лишь одно слово: «Побег».
Сбежать от суетливой толпы, сбежать от мирского шума.
Вспомнив Сяохэ, укутанного бинтами, словно мумия, Ин Ли мысленно порадовался, что не стал использовать тот иероглиф — теперь он как раз идеально подходит для Сяохэ.
Стоя у стойки регистрации в ветеринарной клинике, Ин Ли невольно погрузился в мысли и принялся всерьез размышлять о хлопотах, связанных с содержанием собаки.
Помимо самого необходимого — корма и лежанки — что еще нужно подготовить?
Да, Ин Ли решил завести собаку сам. По его мнению, раз уж он даже имя животному дал, то должен нести ответственность до самого конца.
Врач неотрывно стучал по клавиатуре, заполняя карту, и его кончики пальцев издавали отчетливый сухой стук о клавиши, который в половине четвертого утра казался особенно громким в тишине ветклиники.
Заметив, что Ин Ли застыл на месте, он постучал пальцем по стеклянной столешнице стойки, напоминая:
— Теперь все в порядке. Отсканируйте этот QR-код на столе, чтобы добавить меня в друзья. Мы будем оперативно сообщать вам о любых изменениях в состоянии Ин Сяохэ.
Ин Ли только тогда пришел в себя, и в сердце тут же всколыхнулось раздражение: ну почему сегодня, уходя из дома, он не захватил с собой второй телефон? Собравшись с духом, он добавил доктора в контакты и, наблюдая, как тот прямо при нем принимает запрос в друзья и вносит в поле для заметки фразу: «Папа Ин Сяохэ», — почувствовал странное смущение.
От этой надписи Ин Ли вспыхнул с головы до ног. Он торопливо опустил голову, невнятно бросил «спасибо» и, почти сбежав, развернулся и спешно зашагал к выходу из клиники, едва ли не срываясь на бег.
Половина четвертого утра, дождь постепенно стих.
Ночной холодный ветер повел в лицо, принося с собой свойственную лишь ночи после дождя свежесть, отчего его пылающие щеки немного остыли.
Ин Ли поднял руку, потирая и сминая свои покрасневшие уши и щеки — температура там еще не до конца спала, а слова «папа Ин Сяохэ», казалось, все еще таили остатки тепла, без конца кружась в голове.
Вспоминая всё, что произошло этой ночью, Ин Ли все равно находил это донельзя… невероятным.
Его жизнь уж точно нельзя было назвать интересной, скорее даже скучной.
Последние три года Ин Ли жил по одному и тому же расписанию: каждый день он либо сидел за письменным столом, рисуя наброски, либо забирался с ногами на диван, придумывая сюжеты для новых работ, а временами включал телевизор посмотреть аниме или листал короткие видео с животными, чтобы немного развеяться.
За исключением редактора, он почти ни с кем не общался.
И вот теперь в его холодном жилище вот-вот появится новое живое существо!
То, о чем Ин Ли раньше даже не смел и мечтать, действительно происходило наяву!
Он и впрямь! Заводит собаку!
Это осознание вызывало у него легкую дрожь: заведение собаки было поистине грандиозным событием в жизни Ин Ли, и он испытывал одновременно трепетное предвкушение и страх.
Предаваясь этим сложным мыслям, он шел около двадцати минут, пока не добрался до входа в гостиницу.
Ин Ли попросил у администратора самый угловой номер на несколько часов. Открыв дверь ключом-картой, он не спешил включать свет, а в темноте тщательно обследовал всю комнату, и только убедившись, что в номере нет скрытых камер, со спокойной душой направился в ванную смыть с себя горячим душем накопившуюся за ночь усталость.
Горячая вода струилась по телу, а поднимающийся пар затуманил зеркало в ванной. Ин Ли закрыл глаза и запрокинул голову, позволяя потокам воды стекать по шее, пытаясь смыть усталость и напряжение этой ночи.
Помывшись, Ин Ли вернулся в жилой комплекс. Было четыре часа утра, электричество в районе еще не дали, и в темноте тускло горел лишь маленький желтый фонарек у будки охранника.
Ин Ли тихонько толкнул калитку жилого комплекса, ступая бесшумно, чтобы не потревожить отдыхающего Цзин Цзы.
Добравшись до седьмого корпуса, Ин Ли вошел в погруженный во тьму подъезд, достал купленный накануне фонарик и разом взбежал на шестнадцатый этаж, чувствуя, как на лбу выступают мелкие капельки пота.
Он достал ключ, вставил в замочную скважину и слегка повернул — замок издал едва слышный щелчок. Войдя, он закрыл за собой дверь и, прислонившись спиной к полотну, шумно выдохнул.
Ин Ли зажег свечу, взял планшет, но никак не мог заставить себя взяться за работу — в голове крутился только Ин Сяохэ. Поборов внутренние сомнения, он взял телефон и открыл «Дом любимца» в ленте друзей.
Там пестрели посты о содержании питомцев, примеры успешной реабилитации и фотографии врачей за работой. Глядя на то, как некогда унылые малыши возвращаются к жизни, уголки губ Ин Ли невольно чуть приподнялись.
Ин Ли принялся рыться в поисковике, выискивая полезные зоотовары и советы по уходу. Лишь когда сумма в корзине перевалила за четыре знака, он с опозданием сообразил, что просидел за покупками почти два часа.
За окном небо уже посветлело, и Ин Ли, закапав в глаза капли, взял планшет и принялся раскрашивать готовые лайн-арты.
Закончив последнюю иллюстрацию, он провалился в тяжелый сон.
Когда Ин Ли проснулся, был уже вечер, в жилом комплексе восстановили подачу электричества, и он машинально потянулся за телефоном, желая узнать время.
Но сколько бы он ни нажимал на кнопку включения, аппарат не подавал признаков жизни, и Ин Ли поспешил поставить его на зарядку.
Стоило устройству загрузиться, как на заблокированном экране всплыло несколько уведомлений — все из «Дома любимца».
Ин Ли с некоторым волнением разблокировал телефон.
[«Дом любимца»: Папа Сяохэ, Сяохэ очнулся, но, видимо, не видит тебя и немного нервничает: процедурам не подчиняется, есть тоже отказывается. Посмотри, когда сможешь заглянуть к нему.]
[«Дом любимца»: Видео. 15s]
Ин Ли открыл ролик: Сяохэ отвернул голову в сторону, стоило кому-то попытаться прикоснуться к нему, как он тут же оскалился, принимая угрожающую позу, а когда его не трогали — просто висел ушами и тихо сидел в инкубаторе.
Сообщение было отправлено в двенадцать часов дня, и Ин Ли ответил лишь сейчас:
[Ин Ли: Как он сейчас? Сделали процедуры? Поел??]
Пока собеседник не отвечал, Ин Ли пересматривал этот пятнадцатисекундный ролик снова и снова.
Странно: они ведь познакомились только вчера, но он уже привязался к нему.
[«Дом любимца»: Папа Сяохэ, Сяохэ у нас тот еще бунтарь, нам пришлось сделать скриншот с твоей камеры видеонаблюдения и распечатать его. Сяохэ согласился на лечение только глядя на твое фото, поел, но совсем немного.]
Прочитав это сообщение, Ин Ли не мог описать свои чувства — казалось, сердце кто-то мягко сжал, стало одновременно и тяжело, и немного щемяще-тоскливо.
Но ехать к нему сейчас — в ветклинике наверняка полно народу. Раз уж он кое-как соглашается на процедуры, глядя на фотографию, значит, ситуация под контролем, однако унылый вид Сяохэ с видео никак не шел у Ин Ли из головы.
http://bllate.org/book/25866/3090134
Готово:
