Готовый перевод The Scorned and the Star Ex-Husband on a Dating Show / Бывший муж — кинозвезда: скандальное реалити-шоу: Глава 11

Позже семья Сун пала, и прежние ласковые и милые одноклассники вмиг переменились в лицах, каждый норовил пнуть молодого господина Суна.

Сун Цинхуай тоже вспомнил прошлое и сбивчиво ответил:

— Разве это одно и то же?

Погода стояла холодная, туристов было мало, и Сун Цинхуай мог играть в своё удовольствие.

Оператор проявил профессионализм и последовал за ним, а Фу Шицзюнь с улыбкой в глазах пошёл следом.

Когда Сун Цинхуай уже собирался вбежать в живописную зону, Фу Шицзюнь принял звонок, и остатки тёплого оживления сдуло телефонным звонком.

— У меня дела, я сначала вернусь.

Морской ветер обжигал лицо, водородный шар сдулся и превратился в кусок рваного пластика.

— Очень срочно? — Сун Цинхуай засунул руки в карманы пуховика и пнул песок у обочины.

Ещё два шага, и они смогли бы увидеть море.

Фу Шицзюнь замер:

— М-м, или… я вернусь первым.

Сун Цинхуай смущённо поджал губы и ничего не ответил на это.

Все вернулись той же дорогой, северный ветер сломал дерево, а небо нависло так низко, будто собиралось рухнуть.

У Сун Цинцзэ на виске был наклеен пластырь. Увидев Фу Шицзюня, он скривил губы, и по его щекам медленно потекли слёзы:

— Зачем ты вернулся? Разве я не просил их не говорить тебе?

Фу Шицзюнь стоял перед ним, опустив взгляд, и выражение его лица было неразличимо. Любой, у кого есть глаза, смог бы разглядеть разыгранный Сун Цинцзэ спектакль с причинением себе вреда ради сочувствия, сущее «Чжоу Юй бьёт Хуан Гая».

Сун Цинхуай не хотел на это смотреть, обошёл их обоих и направился к себе в комнату.

— Брат Сун, прости, я не хотел мешать вашему свиданию. Во всём виновата моя неосторожность, а брат Шицзюнь просто слишком обо мне беспокоится. — Сун Цинцзэ закусил губу и сделал мелкий шажок, в его глазах мелькнула ненависть.

Он был уверен, что Сун Цинхуай прислал ему записку только ради показухи. Но как Фу Шицзюнь мог написать Сун Цинхуаю такое письмо? Между ними должна была остаться лишь кровная месть и непримиримая вражда! Он обязан заставить Фу Шицзюня сделать выбор.

— Не подходи ко мне, у меня мания преследования и клаустрофобия, я не могу находиться рядом с двуличными людьми. — Сун Цинхуай с тарелкой фруктов в руках поднялся наверх.

Нин Чжэн как раз выходил из своей комнаты и с размаху толкнул его.

Сун Цинхуай от злости даже усмехнулся. Кому он успел перейти дорогу? Все вокруг только и делали, что портили ему настроение, неужели они и вправду считают его мягкотелым, раз каждый норовит ущипнуть?

— Детский сад, — пробормотал Сун Цинхуай.

Нин Чжэн снял солнцезащитные очки и втащил его в кинозал:

— Ты меня вообще-то отверг!

Сун Цинхуай приподнял бровь и скрестил руки на груди:

— Что за бред! Это я ещё не говорил, что ты меня отверг.

Они уставились друг на друга во все глаза, сообразив, что никто из них не получал послания от другого.

Сун Цинхуай подумал про себя, что, должно быть, эта собака Фу Шицзюнь тайком уничтожил письмо — и впрямь играть не умеет проигрывать.

— Неужели она не помогла мне отправить письмо! — у Нин Чжэна с его широкими бровями и большими глазами совершенно не получалось решать столь сложные задачи. — Мы же сами ходили на свидание.

У Сун Цинхуая тут же зашевелились уши:

— Кто это она?

Нин Чжэн закатил глаза:

— Конечно же…

Он вдруг опомнился и с настороженным видом произнес:

— Я тебе не скажу.

— Я просто считаю тебя интересным человеком, поэтому и позвал погулять, ты только ничего не подумай, — пояснил Нин Чжэн.

Сун Цинхуай многозначительно кивнул:

— Сила личного обаяния, понимаю-понимаю.

Нин Чжэн закатил глаза донельзя, после чего они разбежались по своим комнатам.

Две пары гостей, отправившиеся на свидание, ещё не вернулись.

Сун Цинхуай засыпал всё крепче, у него даже пропал аппетит, и он собирался проспать до самого утра, но его разбудил стук в дверь.

— Брат Сун, давай поболтаем, — улыбнулся Сун Цинцзэ.

Сун Цинхуай с бесстрастным лицом потянулся закрыть дверь:

— Нам не о чем разговаривать.

— Это связано с семьей Сун.

Десятая глава. Его роза

— Ты думаешь, твой отец совершенно невиновен, а я дал лжесвидетельство? — голос Сун Цинцзэ сливался с завываниями холодного ветра, пробирая до самых костей.

Сун Цинхуай молчал, медленно выдыхая облачко пара; ветер был слишком сильным, и сигаретное кольцо рассеялось, не успев даже сформироваться.

Только благодаря этой сигарете он мог кое-как заставить себя вспомнить события тех дней. Родители Сун Цинцзэ погибли, когда тот был совсем маленьким, и семья Сун вырастила его, а отец с матерью относились к нему как к собственному сыну.

Пять лет назад в самый обычный погожий день отец с матерью собирались отпраздновать годовщину свадьбы. Сун Цинхуай пихнул ногой эту миску с собачьим кормом и сбежал по соседству к Фу Шицзюню.

Но именно в этот момент в дом ворвалась толпа полицейских, и его отца, чей костюм всегда сидел безупречно, со взъерошенными волосами затолкали в полицейскую машину.

Его мать стерла каблуки до основания, ее роскошное ципао покрылось пылью, она металась повсюду в поисках помощи, но никто не хотел мараться.

Кто бы поверил, что глава столь огромной Корпорации Сун замешан в контрабанде, да еще и в особо крупных размерах?

Но нашлись те, кто поверил, прибавив к этому, что неудивительно, будто семья Сун так долго держалась на плаву.

Хотя все их достижения были добыты тяжким трудом отца день за днем, никто не верил в это, будучи твердо уверенным, что он занимался грязными делами.

Бесчисленные репортеры обступили их виллу плотным кольцом, Сун Цинхуай не мог вернуться домой, а Сун Цинцзэ к тому времени уже увезли в безопасное место, и в день суда он дал показания, подтверждающие вину.

Папка за папкой улики ложились на стол, за считанные дни волосы его отца поседели, и от прежнего удалого и уверенного в себе человека не осталось и следа — он со слезами на глазах признал свою вину.

Сун Цинхуай обжегся догоревшей до пальцев сигаретой, опустил взгляд и затушил окурок:

— Что ты хочешь сказать?

Сун Цинцзэ посмотрел на бездонную гладь озера неподалеку, перевел взгляд и произнес:

— Твой отец вовсе не невиновен, он — абсолютное зло. Как ты думаешь, почему погибли мои папа и мама? Их погубил твой отец! Чтобы захватить акции нашей семьи… он вырастил меня как собаку, да еще и хотел, чтобы я испытывал благодарность! Мечтай!

Сун Цинхуай от гнева едва не разорвал его за воротник:

— Врешь! Мой отец всегда был великодушен к близким, как ты смеешь!

В детстве Сун Цинхуай завидовал Сун Цинцзэ, и об этом, кроме Фу Шицзюня, никто не знал.

Поскольку родители жалели Сун Цинцзэ, они постоянно осыпали его заботой. Сам же Сун Цинхуай, их родной сын, порой оказывался на положении забытого.

— Почему он так хорошо ко мне относился? Разве не из-за чувства вины? — Сун Цинцзэ рассмеялся, подавшись назад к озеру, и заодно сильно толкнул Сун Цинхуая. — Угадай, брат Шицзюнь поверит мне или тебе, сыну убийцы?

Этой ночью не было луны, и воды озера были тихими и темными, словно другой мир.

http://bllate.org/book/25963/3108929