Готовый перевод Painful Kiss / Болезненный поцелуй: Оковы преданности: Глава 11

Вэнь Шуянь положил пачку тестов, что держал в руке, на стол Вэнь Хэси:

— Помоги мне сделать домашку, к полудню вернешь.

— Ты еще кто такой, с чего ради он должен за тебя уроки делать? — оборачиваясь, произнес Чэнь Чжао.

Он злобно зыркнул на Вэнь Шуяня, а затем перевел взгляд на Вэнь Хэси:

— Это он тебя избил? Я помогу тебе отомстить!

У Вэнь Хэси отродясь не было друзей, а тут внезапно появился Вэнь Шуянь да еще и с таким видом, будто они давние знакомые. Чэнь Чжао по ошибке принял Вэнь Шуяня за главного виновника всех синяков и ссадин Вэнь Хэси — других вариантов, с кем еще мог сойтись Вэнь Хэси, он просто не видел.

— Ты кто такой? Из какого склепа вылез? Какое твое собачье дело? — взревел Вэнь Шуянь.

Подростки в таком возрасте импульсивны и заносчивы, им хватает одной искры, чтобы вспыхнуть пламенем.

Чэнь Чжао резким движением вскочил на ноги и вцепился в воротник Вэнь Шуяня:

— Это ты из склепа вылез! А мне есть дело, теперь он под моей защитой!

— Твою мать, еще и под твоей! Герой хренов, хочешь выйти размяться? — Вэнь Шуяня аж перекосило от смеха.

Что за придурок на его голову? Он сам — гроза школы, а какой-то сопливый мажор вздумал отбить у него кореша.

— Выйти так выйти.

Чэнь Чжао толкнул Вэнь Шуяня, затем похлопал Вэнь Хэси по плечу и сказал:

— Жди меня здесь, с этой минуты никто не смеет тебя обижать.

Детский сад!

Вэнь Хэси закатил глаза.

Он со стороны наблюдал за мальчишеской дуростью и импульсивностью — за тем, что в нем самом едва успевало прорасти, как тут же было безжалостно растоптано, в то время как эти двое росли на солнце, ни в чем себя не ограничивая.

А он барахтался в грязи, его жизнь превратилась в руины, и существовал он получеловеком-полупризраком.

Вэнь Хэси горько ухмыльнулся про себя и, не обращая внимания на двух разминающих кулаки пацанов, взял ручку и молча принялся заполнять тесты Вэнь Шуяня.

Раз уж они собрались выйти размяться, то, скорее всего, полезут через забор на задворки школы, чтобы подраться. Драться Вэнь Шуянь умел неплохо, и любые школьные хулиганы, сколь бы наглыми ни были, при виде него обязаны были звать его старшим братом. Чэнь Чжао же был новеньким, рослым, крепким с виду, да и в драке наверняка не сплоховал бы.

Хотя могла быть и ничья, либо Вэнь Шуянь одержал бы победу с большим трудом — если, конечно, не стал бы жульничать.

Ближе к концу большой перемены Чэнь Чжао приковылял обратно: чумазый, с растрепанным воротом школьной формы и порванной на левом колене штаниной.

Вэнь Хэси бросил на него взгляд и слегка приподнял одну бровь:

— Проиграл?

— Ничего я не проиграл! — лицо Чэнь Чжао покраснело, и, опасаясь, что Вэнь Хэси ему не поверит, он поспешно добавил: — Ничья!

— О-о-о… — многозначительно протянул Вэнь Хэси, вложив в этот звук неприкрытую насмешку.

— Это он смухлевал, когда мы через забор лезли, подножку мне подстроил. Я полетел вниз, колено разбил, только поэтому и уступил ему на мгновение, — принялся оправдываться Чэнь Чжао. — Поверь мне!

— Верю-верю, — предельно равнодушным тоном отозвался Вэнь Хэси.

Да ты ни капли не веришь!

Чэнь Чжао обиженно закусил губу и дернул Вэнь Хэси за рукав:

— Проводи меня в медпункт.

Вэнь Хэси отказался:

— Сам дотопаешь, ноги не отвалились.

Чэнь Чжао возмущенно выпрямился:

— Я ведь пострадал, защищая тебя!

Вэнь Хэси отбрил его в ответ:

— От чего ты меня защищал? Бил-то меня вовсе не он.

— Не он?! — на секунду Чэнь Чжао опешил.

А затем решил включить дурака: он уселся прямо на пол и намертво вцепился в ногу Вэнь Хэси:

— Мне плевать! Пойдешь со мной, я все равно из-за тебя покалечился.

Вэнь Хэси потерял дар речи:

— Ты что, привязался ко мне банным листом?

Чэнь Чжао нагло заявил:

— Именно так, привязался.

Вэнь Хэси рявкнул:

— Отпусти!

Чэнь Чжао не только не отпустил, но и сжал руки еще крепче.

Вэнь Хэси вздохнул:

— Ладно, пошли.

Добравшись до медпункта, они обнаружили, что школьного врача на месте нет.

Вэнь Хэси усадил Чэнь Чжао на стул и принялся сам обрабатывать ему раны. Делал он это куда аккуратнее и нежнее, чем когда обрабатывал собственные, но Чэнь Чжао все равно верещал от боли и голосил:

— Полегче! Больно же!

Вэнь Хэси презрительно фыркнул:

— Ты можешь не вести себя как кисейная барышня?

Чэнь Чжао обиженно надулся:

— Больно, мне теперь и пикнуть нельзя?

Вэнь Хэси съязвил:

— Ты что, маленький ребенок? Может, тебе еще и подуть?

— Давай, — с надеждой во взгляде Чэнь Чжао подался вперед.

Все остальные ссадины были обработаны, осталась лишь разбитая губа.

Он слегка задрал подбородок, ожидая действий от Вэнь Хэси.

Физиономия у этого Чэнь Чжао была до того наглая, что прямо напрашивалась на кулак — даже почище, чем у Линь Юаньчжи. Вэнь Хэси сжал кулаки, потом разжал их, тяжело вздохнул и, смирившись, принялся дезинфицировать рассеченную губу Чэнь Чжао, попутно легонько на нее подул.

Дыхание Вэнь Хэси было прохладным, но Чэнь Чжао от этого тепла бросило в жар, а его кадык заходился в непрерывных судорогах.

Закончив с обработкой, Вэнь Хэси поднял взгляд и столкнулся с полным жгучего желания взором Чэнь Чжао. Испытав инстинктивное отвращение, он отступил на два шага назад.

— Готово, возвращайся в класс, — бросил Вэнь Хэси.

Он вернул медикаменты на место и зашагал к выходу, даже не думая ждать Чэнь Чжао.

После ухода Вэнь Хэси Чэнь Чжао еще какое-то время стоял столбом, тупо глядя перед собой, а затем медленно прижал ладонь к груди.

Сердце колотилось как безумное, дико и неистово.

Он всегда порхал по жизни словно бабочка над цветком, не позволяя ни единому лепестку застрять в волосах, и еще ни одна душа не заставляла его сердце трепетать — лишь Вэнь Хэси мог одним движением взволновать всю его кровь.

Пропал! Он влип по уши!

Он и впрямь без памяти влюбился в Вэнь Хэси.

Вэнь Хэси понятия не имел, что успел потревожить юношеское сердце. Вернувшись в класс, он застал третий урок в самом разгаре — у доски распинался учитель истории.

Словно невидимка, он боком протиснулся через весь класс на свое место. Чэнь Чжао вернулся вскоре после него и до самого приземления на стул не сводил с него жгучего, палящего взгляда.

Вэнь Хэси лишь равнодушно скользнул по нему взглядом и проигнорировал, возвращаясь к тестам Вэнь Шуяня. Всего их было три: один по истории и два по обществознанию. Вопросы в этих предметах были несложными, но писанины требовалось столько, что от напряжения ныли пальцы.

Наконец остался последний лист. Уткнувшись носом в тетрадь по обществознанию, он так увлекся письмом, что даже не заметил подошедшего к его парте учителя истории.

Педагог резким движением вырвал у него тесты, занес чернильную ручку и жирно перечеркнул страницу.

Побагровев от гнева, учитель истории тряс исписанными листами в воздухе:

— На уроке истории делаешь обществознание! Не хочешь слушать — вали из класса в коридор, стой и любуйся стеной!

Вэнь Хэси молча поднялся со стула и направился к выходу.

Действовал он настолько решительно и дерзко, что разъяренный учитель истории швырнул тетрадь прямо на стол Вэнь Хэси. Повернув голову в сторону, он тут же увидел Чэнь Чжао, который размахивал у него перед носом учебником по обществознанию и бесстыдно подмигивал.

http://bllate.org/book/25997/3112303