Такой маленький, хрупкий на вид, а смогла пнуть его так, что он улетел прочь — силёнок у неё не занимать.
Прислушиваясь к шагам за дверью, евнух Ли страшился всё сильнее:
— Шестой принц...
Пэй Цзяо поднял ногу и наступил евнуху Ли на лицо:
— О чём ты только что думал, м?
— Раб ни о чём не думал, шестой принц, помилуйте раба, пощадите, вы же человек великий, не станете с мерзавцем возиться, это у раба глаза на лбу выросли, не признал гору Тай, ух...
Боль заставляла его судорожно вздрагивать, а Пэй Цзяо продолжал намертво втаптывать его лицо в пол:
— За жадность приходится платить, и на этот раз плата — твоя жизнь.
Голос Пэй Цзяо звучал очень мягко, на лице по-прежнему играла улыбка, но в глазах евнуха Ли он выглядел сущим демоном. Тот отчаянно бился, но вырваться не мог ни за что на свете.
— Если раб умрёт, шестому принцу всё равно не уйти от ответственности, седьмой принц вам этого не простит! — перед лицом смерти евнух Ли даже успокоился. Он не верил, что шестой принц действительно посмеет убить человека, думал, тот просто пугает его.
Пэй Цзяо покачал головой:
— Цц, так легко сдал своего хозяина.
Какая глупость.
Даже если бы евнух Ли ничего не сказал, он и сам догадался бы, чьих это рук дело: седьмой и восьмой принцы вечно шли против него, и всю эту историю с домогательствами к служанкам затеяли они.
— Видишь? Огонь уже разгорелся.
Лишь теперь евнух Ли заметил, что дворец охвачен пламенем. В глазах Пэй Цзяо отражались языки пламени, то затухая, то вспыхивая ярче и ярче.
— Тебя сожгут заживо, наслаждайся оставшимся временем.
— Нет, не убивайте меня, шестой принц, во всём виноват только раб, умоляю, пощадите, в будущем я стану верной собакой и буду служить вам верой и правдой... — На этот раз евнух Ли испугался по-настоящему: перед лицом смерти гордость и преданность не стоили ломаного гроша.
Пэй Цзяо сорвал кусок занавески и заткнул евнуху Ли рот:
— Слишком шумно.
— Ух, ух-ух... — евнух Ли изо всех сил пытался кричать, но издать ни звука больше не мог. Привязанный к столбу, он был лишён всякой возможности спастись.
Пока пламя ещё не подобралось ближе, Пэй Цзяо вышел из дворца. Прислонившись спиной к стене, он запрокинул голову и молча посмотрел на ночное небо, а когда кто-то заметил пожар, закричал вместе со всеми:
— Пожар! Горим!
Поскольку обнаружили возгорание поздно, огонь успел перекинуться на три дворца и бушевал целую ночь. Единственным утешением было то, что в резиденции людей оставалось мало и никто не пострадал — лишь в боковом флигеле, где жил Пэй Цзяо, нашли тело, обгоревшее до неузнаваемости. Стражники обошли всех с допросом и в конце концов подтвердили: погибший — евнух Ли.
Хотя обитель евнуха Ли находилась неподалёку, всё же это были покои шестого принца — что ему понадобилось посреди ночи в одиночку во дворе шестого принца?
Никаких внешних ран на его теле не обнаружилось, так что, скорее всего, он замышлял недоброе, за что и оказался заперт внутри, не успев вовремя выбежать.
Видя, как шестой принц перепуган до полусмерти, стражники не имели возможности продолжать допрос — толку от него всё равно не добились бы, — и им пришлось оставить это дело.
Два дня спустя из Шэнцзина пришёл приказ: вызвать шестого принца во дворце для допроса.
Пэй Цзяо закрыл книгу и посмотрел в сторону Шэнцзина. Эту дорогу он уже проходил однажды: как ни было трудно, он дошёл до самого конца и теперь не боялся пройти её снова.
Течёт ли в его жилах кровь семьи Пэй или нет, этот трон будет принадлежать ему, и он никому больше не позволит загребать жар его руками.
Дорога из резиденции в Шэнцзин требовала трое суток скачки наповал. Волю Императора никто не смел задерживать, поэтому на четвёртый день Пэй Цзяо уже предстал перед Императором.
Пожар в загородной резиденции — дело серьёзное, и помимо Императора присутствовал Наследный принц.
— Ваш подданный приветствует Отца-Императора и старшего брата, — Пэй Цзяо опустился на колени и долго не смел поднять голову.
Император Юнпин дочитал мемориал и окинул взглядом стоявшего на коленях Пэй Цзяо:
— Встань.
— Благодарю Отца-Императора. — Пэй Цзяо поднялся, испуганно бросил быстрый взгляд наверх и с зажатым видом остался стоять на месте.
Наследный принц Пэй Ци прищурился, молча разглядывая Пэй Цзяо.
Пэй Цзяо был одет в сине-серый халат, местами испачканный и в пыли, волосы слегка растрёпаны — сразу видно, что он провёл в дороге много дней и лишь перед входом в тронный зал кое-как привёл себя в порядок. От избытка чувств бледное личико побелело ещё сильнее, губы потрескались, а во взгляде читалась одна лишь тревога.
Одежда оказалась ему немного велика и сидела чужекупно, словно младший ребёнок в семье донашивал вещи старших. Во дворе консоррта Вань вечно не хватало средств, и неизвестно, где он раздобыл этот наряд — вполне возможно, это были обноски четвёртого.
Наследный принц отвёл взгляд и промолчал.
— Что ты делал, когда в резиденции начался пожар? — Император задал вопрос суровым голосом, в котором сквозило царственное величие.
Пэй Цзяо невольно вздрогнул и тихонько проговорил:
— Отвечая Отцу-Императору, ваш подданный уже заснул, как вдруг сквозь сон услышал... услышал, как кто-то кричит про пожар. Я в испуге выбежал наружу и увидел, что огонь уже подбирается близко. Опоздай я хоть на мгновение, и ваш подданный, боюсь, остался бы там...
— Наверно, лишь милость Отца-Императора спасла мне жизнь!
Император немного понаблюдал за Пэй Цзяо — в таком испуге не было фальши.
— А что за история с тем евнухом?
— Э-э, этого ваш подданный не знает. — Пэй Цзяо покачал головой и, заметив, как Император нахмурил брови, засуетился ещё сильнее, сбиваясь на бессвязные слова: — Наверное, из-за... из-за нюхательной табакерки?
— Какой еще табакерки? — Император перевёл взгляд на Наследного принца, явно недовольный ответом Пэй Цзяо.
Наследный принц сложил руки в приветственном жесте:
— В день пожара тот евнух-управляющий приходил к шестому брату на поиски пропавшей нюхательной табакерки. Насколько известно вашему покорному слуге, они обыскали только жилище шестого брата, больше никуда не заходили, при этом утверждая, будто табакерка была пожалована самим Отцем-Императором.
— Наглость какая! С каких это пор я жаловал ему что-либо? Какой-то ничтожный евнух-управляющий смеет молоть языком что попало, он, видно, жить надоело! — Император пришёл в ярость. Этот евнух под предлогом императорского дара устроил обыск во дворце Пэй Цзяо, совсем потеряв страх и выставив напоказ неуважение к императорскому достоинству. Сгореть заживо — для него еще легкая смерть, иначе он бы лично приказал четвертовать мерзавца.
Пэй Цзяо снова задрожал, опускаясь на колени и беспрестанно кланяясь:
— Прошу Отца-Императора гневаться меньше, во всём виноват только ваш подданный.
— По мнению вашего покорного слуги, это дело никак не связано с шестым братом. Тот евнух-управляющий днём ничего не нашёл, затаил обиду и тайком вернулся на поиски ночью, за что и сгинул в пламени. Такие люди заслуживают смерти от тысячи порезов, Отцу-Императору не стоит из-за них расстраиваться.
Наследный принц немного утешил Императора и бросил взгляд на Пэй Цзяо:
— Если подумать, шестой брат пострадал совершенно напрасно и за эти дни, должно быть, сильно испугался. Пусть Отец-Император позволит шестому брату ступать и отдохнуть.
http://bllate.org/book/26025/3116271
Готово:
