Внутри и снаружи класса обе группы людей пребывали в полнейшем недоумении, не понимая, что здесь происходит.
Дыхание Тун Туна становилось всё тяжелее и прерывистее, он до смерти боялся, что прямо сейчас Чжоу Ю навалится на него и полезет целоваться.
В панике он вскинул ногу и со всей силы наступил тому на ступню.
Чжоу Ю отпрянул на пару шагов, охнув от боли, и посмотрел на него с недоверием, однако умудрился не выронить из рук булку.
— Это что ещё такое? — завуч Ли нахмурился и подошёл к ним. — Тун Тун, ты что, пропустил мои слова мимо ушей? Я только секунду назад сказал не обижать нового ученика, а ты в следующую же секунду наступил ему на ногу? Я ещё не разобрался с тобой за то, что ты в прошлом семестре устроил драку прямо на трибуне!
Услышав упоминание об этом инциденте, Тун Тун тут же притих.
Завуч Ли сердито сверкнул на него глазами:
— Сейчас я даю тебе шанс искупить вину.
Тун Тун вытянулся в струнку:
— Я готов!
— Значит так: будешь сидеть за одной партой с Чжоу Ю, помогай ему освоиться, береги его и заботься о нём! — выпалил завуч Ли, словно зачитывал присягу.
Тун Тун: «…………»
Да чтоб вас.
Завуч Ли махнул рукой:
— Всё, рассаживайтесь, не хватало ещё, чтобы в первый же день занятий пролилась кровь.
Класс был новый, после распределения, и все сидели вперемешку.
Чжоу Ю присмотрел место на заднем ряду и, решив оставить прошлые обиды в прошлом, с улыбкой поманил его к себе.
Тун Тун медлил, не зная, что и думать. Он никогда не верил в сверхъестественное, а уж в суеверия — тем более.
Но содержание того сна раз за разом всплывало у него в голове, да к тому же сбывалось в точности до мелочей.
Появился настоящий переводной ученик, который, по совершенно немыслимому совпадению, держал в руках булку и спрашивал, не хочет ли он её.
— Ты знаком с этим парнем? — нахмурился Чжуан Цянь.
— Сосед, — буркнул Тун Тун, тоже нахмурившись. Он никак не мог поверить, что это просто случайность. Всего лишь сон.
— А по мне, так он бросает тебе вызов… — Чжуан Цянь присмотрелся к его лицу. — У вас что, старые счёты?
— Вы чего там застыли? Скучаете по мне, что ли? — рявкнул завуч Ли. — Может, хотите подойти и каждый чмокнет меня в щёку перед тем, как сесть?
У Тун Туна при упоминании поцелуев всё внутри сжалось, и он поспешно подошёл к парте и сел.
Не прошло и минуты, как весь класс затих, выпрямившись на своих местах. Завуч Ли кашлянул и начал свою дежурную вступительную речь.
Тун Тун украдкой скосил взгляд на сидевшего рядом Чжоу Ю.
Тот сидел, слегка задрав голову, и внимательно слушал нотации завуча Ли.
У Чжоу Ю был прямой, чётко очерченный нос, из-за чего его профиль казался холодным и суровым, а стрижка под машинку лишь добавляла крутости.
Тун Тун не знал почему, но ему казалось, что Чжоу Ю без улыбки — это совсем другой человек.
В этот момент Чжоу Ю внезапно повернул голову, открыл рот и расплылся в улыбке, продемонстрировав идеальные восемь белых зубов. Весь его грозный вид мигом улетучился.
Тун Тун: «…»
Тун Тун закатил глаза и отвернулся.
Закончив наставления, завуч Ли удалился, велев временному старосте раздать учебники.
В классе, до этого сохранявшем тишину, наконец послышались голоса.
Чжоу Ю, не став попрекать Тун Туна тем, что тот снова наступил ему на ногу, с оживлением повернулся к нему:
— Почему ты тоже здесь?
Тун Тун скривился:
— Это я должен спрашивать.
Чжоу Ю улыбнулся:
— Мама заставила прийти. Сказала, что сначала нужно закончить учёбу.
Тун Тун лишился дара речи:
— Ты же в прошлый раз говорил моей маме, что папа отправляет тебя на стройку, чтобы ты не учился. Как же так, мама вдруг решила, что тебе надо учиться?
— Так родители развелись, — Чжоу Ю невинно захлопал глазами. — Отец больше не лезет в мои дела, теперь мной занимается мама.
Тун Тун опешил, смущённо отвёл взгляд и лишь спустя долгое время тихо ответил.
— Не смущайся, это же тебя не касается, — Чжоу Ю счёл себя очень понимающим.
— Кто сказал, что я смущаюсь? — Тун Тун почувствовал, что теряет лицо оттого, что его раскусили, и отвернулся, не желая больше с ним разговаривать.
Чжоу Ю сказал ещё пару фраз, но Тун Тун молчал — было очевидно, что общаться он не настроен.
— Слушай, подруга, ну и переменчивый у тебя характер, — увидев, что его игнорируют, Чжоу Ю вздохнул и тоже замолчал.
Как только староста закончил раздачу учебников, прозвенел звонок.
Тун Тун тут же сорвался с места и направился к своей компании друзей.
Он одновременно корил себя за излишнюю подозрительность и боялся, что сон станет явью, поэтому ни капли не хотел контактировать с Чжоу Ю.
Чжоу Ю сидел один за партой, с надеждой глядя в ту сторону.
— Слушай, этот пёс что, положил на тебя глаз? — Чжуан Цянь, не желая уступать, сердито зыркнул в ответ.
Чжоу Ю, заметив, что на него смотрят, тут же одарил компанию улыбкой, от которой его зубы блеснули на свету.
— Да ты гонишь? — опешил Чжуан Цянь. — Совсем страх потерял? Он что, не понял, каково его место?
Тун Тун на мгновение завис:
— Какое место?
— Место новенького, у которого нет никого за спиной и которого можно безнаказанно третировать, — Чжуан Цянь разгрыз леденец, зажал палочку в зубах и демонстративно показал Чжоу Ю кулак.
Чжоу Ю, впрочем, этот сигнал не считал, зато прекрасно расслышал перешёптывание группы девушек за своей спиной.
— Какой высокий, и такой суровый, с виду не из приятных.
— Смотри, у него рука в бинте, жуть какая. Наверное, такой же, как те хулиганы из двенадцатой школы, которые только и знают, что драться.
— Спорим, его перевели сюда за то, что он либо учителя побил, либо кого-то из одноклассников?
— Разве наша школа принимает переводных учеников?
— Может, в этом семестре правила изменили?
— Нам лучше с ним не связываться, а то ещё прилетит.
Чжоу Ю внезапно встал и обернулся.
Кучка болтливых девчонок тут же умолкла, испугавшись так, что даже дышать боялись.
Чжоу Ю решил, что пришло время сменить имидж. Он прочистил горло и снова продемонстрировал восемь зубов:
— Я не бил учителей и не бил одноклассников. Я — человек, который категорически против насилия, особенно школьного.Лицо Чжоу Ю снова стало суровым: Мне не нравится и я не считаю правильным так называемое подавление с помощью насилия. Мне также очень неприятны сцены насилия, в которых льется кровь, ломаются руки и ноги — вы наверняка такого не видели, но уверяю, вы и не захотели бы увидеть. Потому что возненавидите это точно так же, как и я.
Девушки уловили сигнал опасности, сочтя, что он кружным путем угрожает им, и мгновенно все затихли.
Одна девочка даже всхлипнула, чуть не расплакавшись от страха.
Чжоу Ю: — ...
Он не смел больше ничего говорить.
Он не помнил, от кого слышал, будто южанки готовы заплакать от любого дуновения ветерка.
— Вот черт! Я его уделаю! — Чжуан Цянь не мог стерпеть. Он ведь выбрал гуманитарное направление во многом из-за того, что там было больше девчонок.
Стоило Чжуан Цяню шевельнуться, как окружающие парни тут же бросились его удерживать.
Только тогда Чжоу Ю заметил происходящее и, нахмурившись, посмотрел на Чжуан Цяня.
Он понимал, что, переведясь в совершенно незнакомое место, может задеть чьи-то интересы, похожие на территориальные претензии.
Но эту школу нашла его мать, а он не хотел неприятностей, о которых донесут ей.
Чжоу Ю подумал и произнес: — Ты...
— Здравствуйте, дорогие ученики, с началом учебного года! — сияя улыбкой, в класс неожиданно вошла пожилая учительница с прической «взрыв на макаронной фабрике».
Чжуан Цянь замер на месте.
Прозвенел звонок.
Тун Тун со сложным выражением лица вернулся на свое место и едва успел сесть.
— Ты, случайно, не злишься на меня за то, что я утром наврал тебе про стройку? — осторожно подсел к нему Чжоу Ю.
Тун Тун, глядя на него, снова почувствовал некоторое раскаяние.
Чжоу Ю в новом месте никого не знал, кроме него, в классе. А только что, во время перемены, тот нарочно ушел в другой конец, оставив Чжоу Ю сидеть здесь в одиночестве.
И вот теперь Чжоу Ю спрашивал, не сердится ли он.
Тун Тун устыдился и, редкостно для себя смирив гордыню, ответил: — Нет.
Заметив, как на его лице сменяются несколько выражений, Чжоу Ю догадался, о чем тот думает, и тихо улыбнулся: — Я ведь не обманывал тебя утром, просто чуть позже мне позвонила мама и велела приехать сюда.
Тун Тун неестественно кашлянул: — Понятно.
Увидев, что у того в какой-то момент покраснели уши, Чжоу Ю больше ничего не стал говорить.
И с радостью принялся внимательно слушать урок.
Стоило той самой пожилой учительнице с пышной прической начать декламировать древние стихи, как Чжоу Ю опешил.
Его внезапно осенила крайне важная мысль: в этой школе гуманитарное и естественнонаучное отделения разделили еще в первом семестре старшей школы.
Сам он тогда выбрал точные науки именно потому, что его познания в литературе и истории были на нуле.
— Э-э... это гуманитарный класс или естественнонаучный? — у Чжоу Ю даже руки задрожали.
Тун Тун бросил на него взгляд: — Гуманитарный.
Чжоу Ю: — ...
Он так и знал, что матушка не отпустит его так просто. Оказывается, ловушка поджидала его именно здесь.
— У тебя что, проблемы с математикой? — понизив голос и согнувшись в три погибели, Чжоу Ю приподнял учебник.
— У меня отличная математика, — Тун Тун тоже невольно заговорил тише.
— Тогда какого черта ты пошел в гуманитарии?
Тун Тун потерял терпение: — Разве ты не знаешь главного правила распределения? У кого лучше гуманитарные предметы — идут на естественные, а у кого математика — на гуманитарные.
Чжоу Ю: — …………
— ...Серьезно? — Чжоу Ю начал сомневаться в годах учебы за своей спиной.
Тун Тун решительно не желал вступать с ним в визуальный контакт или разговаривать, но и сделать что-то во вред соседу ему не позволяла совесть.
Поэтому он просто притворился спящим, опустив голову на скрещенные руки.
У пожилой учительницы было сильное дальнозоркость, к тому же она вечно забывала надеть очки.
В прошлом семестре какой-то ученик пол-урока танцевал на задней парте ча-ча-ча, и того поймал только заглянувший с проверкой директор.
Погруженный в сумбурные мысли, Тун Тун незаметно для себя задремал под ласковым ветерком, тянувшим из приоткрытой створки окна.
И снова приснился этот сон.
Словно в ускоренном кино, начало, где его кормили паровыми булочками, промелькнуло мгновенно, причем в этот раз лица некоторых людей в сновидении проступили отчетливо.
Сон показывал сцену: Чжоу Ю с улыбкой держит его за руку, и они вместе делают домашнее задание.
Тун Тун ошеломленно замер и выругался.
— Малыш, что такое, тебе больше не хочется писать? — Чжоу Ю чуть нахмурил брови. — Малыш, хочешь мороженое? Я сбегаю куплю.
От этого тошнотворного «малыш» Тун Туна едва не выверну наизнанку.
Только он собрался обругать наглеца, как окружающая обстановка вновь смазалась, ускорив темп в бесчисленное множество раз.
— Давай расстанемся, — Чжоу Ю стоял к нему спиной. — Мне просто было скучно, я все это время шутил над тобой.
Тун Тун до смерти разозлился на этот сон, но поделать со своими сновидениями ничего не мог.
Стоявший перед ним Чжоу Ю словно заело: он снова и снова повторял фразу: давай расстанемся.
Тун Тун изо всех сил ущипнул себя за бедро, отчаянно желая вырваться из этой проклятой каверзы.
В этот момент стоявший к нему спиной Чжоу Ю вдруг начал смеяться.
Причем хихикал жутко: хи-хи-хи-хи.
Перепуганный этим странным, то женским, то мужским смехом, Тун Тун содрогнулся всем телом и резко сел.
Шла перемена, и никто не обратил на него внимания.
Заметив, что тот очнулся от кошмара, Чжоу Ю успокаивающе произнес: — Все в порядке, сейчас перемена.
Тун Тун таращился перед собой широко раскрытыми глазами, не в силах прийти в себя.
Увидев, что друг наконец проснулся, Чжоу Ю воспользовался моментом и с покрасневшим лицом подался вперед: — Ты наконец проснулся, я на уроке совсем не расслышал...
Внезапно прозвенел звонок на урок.
Тун Тун только теперь отошел от страха, навеянного сном.
Заметив вошедшего преподавателя, Чжоу Ю понизил голос и, придвинувшись вплотную к его уху, заговорил: — Помоги сообразить, как решается эта задачка...
Получалось, что Тун Тун только-только открыл глаза, а Чжоу Ю все ближе и ближе придвигался к нему.
Смотря на то, как тот подбирается всё ближе, Тун Тун чувствовал, как внутри закипает глухое раздражение, и со всего маху врезал ладонью по парте: — Дрянь... дрянной мальчишка!
Чжоу Ю: — ???
http://bllate.org/book/26150/3131515
Готово:
