Готовый перевод My Idol Persona Broke in a Web Novel / Я сломал сюжет: как не стать одержимым в мире BL-романа: Глава 14

Среди пяти человек Ли Чжу первым потерял самообладание. Он несколько раз посмотрел на Сюэ Даньжуна, а затем попытался заглянуть из-за Ли Ие на стоявшего позади Фан Чаочжоу. Разумеется, ничего разглядеть ему не удалось, поэтому, помучившись немного, он не выдержал и спросил Ли Ие:

— Отец, кто это у тебя за спиной?

Теперь, когда здесь присутствовал настоящий Сюэ Даньжун, Ли Чжу естественным образом понял, насколько странным был тот «Сюэ Даньжун», за которого он принял Фан Чаочжоу.

Не успел Ли Ие открыть рот, как почувствовал, что сзади кто-то ухватил его за одежду.

Это был тот самый малыш у него за спиной.

По его меркам, возраст Фан Чаочжоу вполне позволял назвать того малышом.

Фан Чаочжоу вцепился в одежду на спине Ли Ие и, опасаясь, что тот заговорит, принялся выводить пальцем послание прямо на спине мужчины. Он написал:

— Прояви хоть капля милосердия и справедливости.

Раз уж он и так согласился побыть для Ли Ие живым щитом, пусть тот хотя бы не выдает его личность, хорошо?

Только вот он не знал, что Ли Ие — человек чрезвычайно чувствительный. С самого первого штриха, проведенного Фан Чаочжоу, брови Ли Ие нахмурились, а выражение его лица становилось все более странным. К тому моменту, как Фан Чаочжоу закончил последний штрих, мужчина окончательно потерял терпение, резко развернулся и схватил Фан Чаочжоу за руку:

— Хватит, хочешь построить из себя распутника — не обязательно делать это сию же секунду.

Ли Ие уже решил про себя, что Фан Чаочжоу — человек крайне легкомысленный. Обычный заклинатель, подвергнись он публичному унижению, испытал бы жгучий стыд и, скорее всего, возненавидел обидчика до глубины души. Этот же малыш не только ни капли не стыдился и не питал к нему ненависти, но и мало того, что сам спрятался у него за спиной, так еще и пытался соблазнить его на глазах у стольких людей.

Вот же бл*дская шлюха.

Фан Чаочжоу: ???

Остальные трое не видели, что именно вытворял Фан Чаочжоу, но они расслышали слова Ли Ие, и на их лицах мгновенно отразились самые разные эмоции.

Услышав это и вспомнив, как он сам только что отбил этого человека с коленей своего отца, Ли Чжу тут же решил, что отец завел себе какую-то подстилку, а он по ошибке принял ее за Сюэ Даньжуна, из-за чего и разгорелся такой грандиозный скандал.

Ему мгновенно расхотелось оставаться здесь, но он все еще помнил о другом человеке.

— Отец, а где тот заклинатель, которого ты схватил? Где он? — Ли Чжу до сих пор не знал имени Фан Чаочжоу. — Раз уж я теперь здесь, ты должен его отпустить.

Услышав это, Ли Ие зло усмехнулся:

— Верно, раз уж ты вернулся, я должен отпустить его прямо сейчас.

В тот же миг в голове Фан Чаочжоу прозвучал еще один голос Ли Ие:

— Как думаешь, стоит ли мне отпустить тебя прямо сейчас?

Отпустить-то следовало, но явно не сейчас.

Фан Чаочжоу тут же замотал головой.

Однако Ли Ие расплылся в двусмысленной улыбке и толкнул Фан Чаочжоу в сторону Ли Чжу.

Ли Чжу, совершенно не ожитавший такого подарка, сначала остолбенел, а затем рассердился. Он решил, что отец намеренно издевается над ним, высмеивая за недавнюю ошибку:

— Зачем ты мне его суешь? — с этими словами он украдкой покосился на стоявшего рядом Сюэ Даньжуна и, заметив, что тот хмурит брови, тут же испугался новых недомолвок, а потому со злости оттолкнул Фан Чаочжоу обратно.

Фан Чаочжоу отлетел на середину, но не успел он выровнять равновесие, как чья-то рука неожиданно вцепилась ему в запястье и рывком притянула к себе.

Это был Сюэ Даньжун.

Сейчас Сюэ Даньжун находился так близко, что Фан Чаочжоу мог разглядеть в его глазах собственное отражение. Пара этих фениксовых глаз неотрывно буравила его, источая чистейшее любопытство.

От такого взгляда у Фан Чаочжоу затылок покрылся мурашками, и он уже был готов сломаться и во всем признаться, как вдруг подал голос стоявший рядом Ли Ие.

— Почему маленький друг Сюэ держит моего питомца? Неужели маленький друг Сюэ отыскивает между нами сходства?

Сюэ Даньжун перевел взгляд на Ли Ие:

— Сколько?

М?

Фан Чаочжоу не понял, к чему клонит Сюэ Даньжун.

Зато все остальные присутствующие прекрасно его поняли.

Сун Ляньи легко усмехнулся:

— Неужели заклинатель Сюэ видит, что этот человек носит то же лицо, что и он сам, и теперь хочет выкупить его, чтобы убить и тем самым спасти собственную репутацию?

Сюэ Даньжун проигнорировал слова Сун Ляньи и лишь смотрел на Ли Ие.

Не успел Ли Ие ответить, как Сун Ляньи заговорил снова:

— Если глава секты Ли готов расстаться с ним, мой Монастырь Фэнъюэ тоже хотел бы поинтересоваться ценой.

Эти слова звучали уже иначе, чем фраза Сюэ Даньжуна. Сюэ Даньжун предлагал цену от своего личного имени, тогда как Сун Ляньи приплел Монастырь Фэнъюэ. Разницу в масштабах Ли Ие, разумеется, прекрасно понимал.

Услышав, что Сун Ляньи собирается его купить, Фан Чаочжоу мгновенно вспомнил бесчисленные изощренные пытки, которыми тот славился в оригинальном романе. Нет, ни в коем случае нельзя идти за Сун Ляньи.

Фан Чаочжоу в ту же секунду решил отбросить стыд и намертво вцепился в стоявшего перед ним младшего соученика. Этот поступок всколыхнул осиное гнездо — и далеко не одно.

Длинный хлыст Ли Чжу мгновенно опутался вокруг талии Фан Чаочжоу, пытаясь вытянуть его наружу. Поскольку он считал этого человека отцовским питомцем, убивать его было нельзя, но и позволять ему так лапать своего драгоценного Дан Жуна он тоже не собирался. Ли Ие действовал куда прямее: он выпустил мощный сгусток ци, нацеленный прямо в Фан Чаочжоу. Сюэ Даньжун собирался оттолкнуть прильнувшего к нему человека, но, заметив атаку Ли Ие, тут же перехватил Меч Разделения Воды для защиты.

Куда этой жалкой лодчонке было выдерживать такие удары! От одного только столкновения энергий деревянное суденышко издало зловещий хруст.

Лодочка разваливалась.

Сюэ Даньжун хотел утащить Фан Чаочжоу с собой, но талию того все еще опутывал хлыст Ли Чжу. Он попытался заклинанием рассечь путы, как вдруг новая атака Ли Ие обрушилась на них сверху.

Трое заклинателей схлестнулись в жестокой схватке, и лодка с грохотом взорвалась. Когда рассеялась пыль и каждый завис в воздухе на мечах, Фан Чаочжоу след простыл. Вместе с ним исчез и Сун Ляньи, который до этого молча наблюдавшего за битвой со стороны.

Фан Чаочжоу опустил взгляд на обвивавшую его талию шелковую ленту, затем посмотрел на до ужаса близкого ему великого извращенца, а после — вниз, где земля казалась едва различимой точкой. Его уровень культивации все еще был запечатан, и если он сейчас вздумает сопротивляться, а Сун Ляньи чуть ослабит хватку, он рухнет вниз и превратится в лепешку.

Перед лицом собственной смерти — подумаешь, связали.

И тогда Фан Чаочжоу послушно смирился с ролью пленника.

Сун Ляньи, казалось, слегка удивился такой покорности со стороны Фан Чаочжоу. Он скосил на него глаза, но не произнес ни слова. Когда они наконец приземлились, Фан Чаочжоу огляделся и понял, что это место кажется ему до боли знакомым — будто бы он уже бывал здесь раньше.

— Знакомо? — раздался чей-то вопрос.

Фан Чаочжоу невольно кивнул.

— Раз знакомо, значит, так и есть. Это Пещера Люцзинь, бывал здесь? — снова спросил тот же голос.

Фан Чаочжоу снова кивнул.

В голосе собеседника промелькнула улыбка:

— Ну конечно, это ты, Фан Чаочжоу.

Фан Чаочжоу резко замер. Он уставился на говорившего, не веря собственным глазам.

С чего вдруг Сун Ляньи знает его?

Погодите-ка, Сун Ляньи сказал, что они в Пещере Люцзинь?

Пещера Люцзинь, Сун Ляньи…

Глаза Фан Чаочжоу округлились. Неужели та самая девица Ии и была этим самым Сун Ляньи? Неужели на этот раз ему окончательно и бесповоротно крышка?

— Вспомнил? Не такой уж ты и тупой, хотя умом тоже не блещешь. — Сун Ляньи с усилием дернул за шелковую ленту, обернутую вокруг талии Фан Чаочжоу, и зашагал вперед, вынуждая того тащиться следом. Судя по всему, они направлялись в задние покои Пещеры Люцзинь — по сравнению с парадным входом здесь стояла абсолютная тишина.

Всю дорогу Фан Чаочжоу слышал лишь шаги — свои собственные и Сун Ляньи.

Сун Ляньи остановился перед одной из дверей, повернулся к Фан Чаочжоу и усмехнулся:

— Толкай дверь и входи.

В надежде, что за послушание его ждет снисхождение, Фан Чаочжоу шагнул вперед, толкнул створку и переступил порог, но тут же испуганно отдернул ногу назад.

— Чего не заходишь? — голос Сун Ляньи раздался совсем близко — казалось, он шепчет прямо на ухо, хотя на деле между ними было расстояние в два шага.

Внутри комнаты валялось множество странных предметов. Бросив лишь беглый взгляд, Фан Чаочжоу заметил кандалы, хлысты, свечи… Это помещение до жути напоминало ту самую «комнату сюрпризов», которую Сун Ляньи в оригинале приготовил для Сюэ Даньжуна.

Правда, у Сюэ Даньжуна так и не представилось шанса оценить этот сюрприз, потому что Сун Ляньи каждый раз подсыпал ему снадобье, но так и не решался притащить связанным.

Но какое, черт побери, отношение этот сюрприз имел к нему?!

Ленивая рыба запаниковала.

Пожалуй, явная паника на лице Фан Чаочжоу позабавила Сун Ляньи. Этот великий извращенец тихонько рассмеялся и уже девичьим голосом произнес:

— В прошлый раз ты заставил меня битый час читать тебе книжонки с преданиями, а теперь я хочу послушать твой собственный голос — голос, рожденный от боли.

В этот самый момент с Фан Чаочжоу наконец спало Заклинание Молчания, и он, не теряя ни секунды, затараторил:

— Голос от боли? Насколько сильной? Я могу прямо сейчас завыть тебе на радость!

С этими словами он со злости пребольно ущипнул себя за руку, и комнату огласил вопль, в точности напоминающий визг резаного поросенка.

Сун Ляньи:……

У Сун Ляньи дернулся тик на лице, а в голосе прорезался скрежет зубовный:

— Хватит корчить такие странные рожи с лицом Сюэ Даньжуна.

Фан Чаочжоу резко захлопнул рот. Поразмыслив секунду, он прислонился спиной к дверному косяку и изобразил затуманенный, манящий взгляд.

— Ах… больно… как же больно… о-ой-ой, не надо… остановись…

Состроив самую сладострастную физиономию, он еще и взметнул вверх обе руки, прижав их к стене так, будто его ладони действительно были намертво связаны.

— …Ах… а-а… а-а-а… а-а-а-а… Ляньи, слиш… ком больно… а-а…

— Бам! —

Грохот оглушительной силы оборвал перформанс Фан Чаочжоу.

Одним взмахом руки Сун Ляньи разнес в щепки дверную панель прямо рядом с Фан Чаочжоу. Его лицо окончательно почернело от бешенства:

— Вякнешь еще хоть один звук — прикончу на месте.

Фан Чаочжоу виновато улыбнулся, захлопал ресницами и максимально елейным тоном произнес:

— Не нравится «а»? Ну хорошо, давай я заменю на «я», как тебе?

Он уже собирался издать это самое «я», но стоило ему приоткрыть рот, как Фан Чаочжоу понял: на него снова наложили Заклинание Молчания. Нежная, смазливая личико Сун Ляньи сейчас излучало такую злобу, что от одного ее взгляда веяло леденящим смертельным холодом:

— Ни звука больше! Пикнешь хоть ползвука — сегодня же сгною в могиле!

Фан Чаочжоу мгновенно сжал губы в ниточку, молча кивнул в знак того, что все понял.

Сун Ляньи сузил глаза и резко развернулся, но не успел он сделать и пары шагов, как с досадой зажал уши руками и взревел:

— Твою мать! У меня в голове эхо звенит!

Сун Ляньи, годами искусно прикидывавшийся хрупкой девицей, впервые в жизни выругался матом.

http://bllate.org/book/26161/3132547