Готовый перевод My Medical Skills Make Me Supreme in Ancient Times / Искусство исцеления: Как я стал выше всех при дворе: Глава 11

Матушки и служанки поспешно бросились вниз: одни кинулись спасать вторую госпожу, другие — молодого господина Кана, наступила страшная суматоха.

Услышав окрик матери, Се Юйцзяо наконец пришла в себя. Открыв глаза, она обомлела: почему это братец Вэнькан?

А где же Наследный принц?

Взглянув на берег, она и вовсе вздрогнула всем телом.

Се Минцзэ всё казалось мало:

— Сестрица Юйцзяо, отпусти же руки, ты… ты как можешь так цепляться за приёмного брата Вэнькана? Эт-это же совершенно неприлично… И смотреть не на что, вы же всего лишь приёмные брат и сестра, между вами нет кровного родства, ух!

Государыня-старушка, канцлер Се, госпожа Сунь и остальные домашние в поместье прекрасно знали об истинной связи Се Вэнькана и Се Юйцзяо, но посторонние-то об этом не ведали!

Эту пьесу в исполнении Се Юйцзяо было легко разыграть, да вот только трудно закончить.

Как только Се Минцзэ произнес эти слова, Се Юйцзяо кое-что осознала, в мгновение ока разжала руки и перестала цепляться за Се Вэнькана.

Лишь тогда Се Вэнькан отчаянно закинул голову, жадно глотая воздух. От его прежнего вида учтивого молодого господина не осталось и следа — до чего же жалким он выглядел!

Когда обоих вытащили на сушу, лицо Се Юйцзяо побелело как мел, её тело била крупная дрожь, охваченная невыразимым ужасом, она быстрым взглядом посмотрела на госпожу Сунь, у той лицо тоже было свинцово-мрачным.

У Се Вэнькана вид тоже был не лучше. Он-то просто полез спасать человека — ну вытащил и вытащил, но Се Юйцзяо повела себя как безумная, вцепившись в него мертвой хваткой. В тот момент он думал лишь о том, как бы вырваться, и ни о чём больше не размышлял, но теперь и сам побелел от страха.

Он знал о своём происхождении сколько себя помнил: хотя номинально он числился приёмным сыном, обращение с ним было точь-в-точь как со старшим законным сыном. К тому же, чтобы придать ему более высокий статус, отец объявил всем, будто он — сирота какого-то старого друга, который некогда спас отцу жизнь.

Благодаря этому его положение в поместье было особым: он не просто молодой господин Кан, он ещё и сын человека, спасшего жизнь первому министру, и статус его стоял куда выше, чем у любого из побочных сыновей поместья.

Поскольку в глубине души они знали, что приходятся друг другу кровными братом и сестрой, особой осторожности они не соблюдали.

Но стоило Се Минцзэ напомнить об этом, как лица всех присутствующих помрачнели.

Заметив, что госпожа Сунь накинула на Се Юйцзяо одежду и украдкой успокаивающе похлопала её по тыльной стороне ладони, призывая не суетиться и сохранять спокойствие, — в конце концов, все сопровождающие состояли в их поместье, а их контракты о продаже в рабство находились у неё в руках, стоило лишь приказать им замолчать, и у этого дела ещё оставался простор для манёвра.

Вот только теперь, когда Наследный принц видел всё собственными глазами, о том, чтобы Се Юйцзяо стала женой наследного принца, не могло быть и речи.

Когда Ли Сы подкатил Чу Ли ближе, они увидели царившую здесь тишину. Особенно новая жена Ли-вана: нахмурившись, она выглядела крайне встревоженной. Ли Сы нахмурился:

— Что здесь происходит?

Госпожа Сунь никак не ожидала, что Ли-ван тоже явится сюда. Она уже собралась было замять дело, ведь чем меньше людей знают…

— Супруг мой! — не успела она раскрыть рта, как раздался испуганный и тревожный голос.

Заметив, что кто-то бросился прямо к Ли-вану, госпожа Сунь мысленно выругалась.

Не успела она помешать, как Се Минцзэ уже робко приблизился к инвалидному креслу. На его лице запечатлелись беспокойство и печаль, изображая глубокую тревогу за сестру, а голос звучал в самый раз — не громко и не тихо, так, чтобы все присутствующие снова услышали его слова:

— Супруг мой, боюсь, стряслась беда. Сестрица Юйцзяо только что неизвестно почему вдруг упала в пруд, а приёмный брат Вэнькан бросился её спасать. В итоге она… она, должно быть, так испугалась, что всё время… Теперь всё пропало, неужели сестрице Юйцзяо придётся выйти замуж за приёмного брата Вэнькана? Но ведь сестрица Юйцзяо всегда видела в приёмном брате Вэнькане лишь старшего брата!

— Се Минцзэ! — лицо Се Юйцзяо побелело от злости. В день собственной свадьбы она уже сорвала маски с Се Минцзэ, и хотя этот человек внешне печется о ней, но все здесь — сплошь белые лотосы, кто же кого не понимает?

Се Минцзэ вздрогнул и с тревогой взглянул на него:

— Сестрица Юйцзяо, ты не переживай. Супруг мой очень умён, я попрошу его помочь тебе что-нибудь придумать. На худой конец, можно попросить Его Высочество наследного принца найти выход. Как раз в тот момент подоспел Его Высочество, он ведь тоже всё видел. Кстати говоря, принц, а почему вы не пришли вместе с супругом моим? Вы разве не были до этого вместе?

Умный маленький белый лотос должен вовремя напомнить о том, что ускользнуло от всеобщего внимания.

Когда Наследный принц только что появился здесь, было очевидно, что кто-то намеренно ввел его в заблуждение, заставив поверить, будто он попал в беду, и он примчался в одиночку, даже не взяв с собой стражу.

И действительно, Наследный принц нахмурился. Он вспомнил, как Се Юйцзяо упала в пруд и как вовремя госпожа Сунь привела людей, а главное — зять был цел и невредим, хотя кто-то уверял принца, что произошла беда. Он вовсе не был глупцом, просто прежде тревога затуманила его разум.

Сопоставив всё воедино, он помрачнел:

— Если подумать, это странно. Слуги поместья Се только что отыскали моего евнуха и передали, будто у зятя стряслась беда, но когда я пришёл сюда, то обнаружил его в полном здравии. Что здесь происходит? Кто-нибудь объяснит мне это?

Госпожа Сунь окаменела. Изначально, если бы всё удалось и принц из-за спасения утопающей оказался в близком телесном контакте с Юйцзяо, внимание сосредоточили бы именно на этом, и при должном усилии никто бы и не вспомнил, по какой причине Наследный принц вообще сюда пожаловал.

Тем более что Юйцзяо была законной дочерью первого министра, и по своему происхождению вполне заслуживала стать женой наследного принца.

Но кто же знал, что всё пойдет наперекосяк? Теперь скрыть это происшествие вряд ли удастся. Каков был статус Наследного принца? Если он вздумает во всём разобраться, вряд ли найдется смельчак, способный… одурачить его.

Госпожа Сунь горько пожалела, что согласилась на эту авантюру: хотела поймать курицу, а лишилась приманки в корзине. Но сейчас отступать было некуда, и, быстро переведя взгляд, она уже собралась заявить, будто Се Юйцзяо упала в пруд и продрогла, а потому ей нужно срочно вернуться в покои, чтобы потянуть время и отправить за главой семьи.

Разве позволил бы Се Минцзэ ей упустить эту возможность? С того самого момента, как он узнал о планах Се Юйцзяо подстроить ловушку для Наследного принца и столкнулся с Се Вэньканом, он уже проложил эту дорогу самым тщательным образом.

И Се Вэнькан в этом спектакле вовсе не был невинной жертвой.

Рожденный вне брака, без официального заключения союза, Се Вэнькан походил на законного старшего сына куда больше самого первоначального хозяина этого тела. К тому же канцлер Се поначалу вовсе не испытывал особой ненависти к настоящему Се Минцзэ — как-никак, тот был его первенцем по имени.

Питая некоторую вину перед покойной первой женой, он даже испытывал к мальчику толику отеческой нежности.

В детстве, когда на настоящего Се Минцзэ все смотрели свысока, Се Вэнькан притворно сближался с ним, но каждый раз дело неизменно заканчивалось тем, что Се Минцзэ «случайно» попадался на глаза канцлеру Се с какой-нибудь неприглядной стороны. Со временем канцлер не только возненавидел сына всей душой, но даже выгнал его наставников.

Разъяренный канцлер Се и вовсе махнул рукой на воспитание юноши.

В результате законный старший сын, не имевший никаких изъяров в здоровье, остался без учителей: он кое-как умел разбирать несколько иероглифов, не говоря уже о том, чтобы целенаправленно заниматься науками в академии, подобно Се Вэнькану.

С возрастом Се Вэнькан становился всё изощреннее: внешне учтивый и изысканный, он, в то время как остальные брезговали настоящим Се Минцзэ, при встрече неизменно улыбался и даже то и дело дарил ему какие-то вещицы.

В памяти истинного хозяина тела этот приёмный брат оставил глубокую благодарность. Но если отбросить его точку зрения и взглянуть на всё глазами главной героини Се Юйцзяо, оба они просто-напросто считали несчастного ходячей шуткой.

Один играл роль доброго, другой — злого.

Цель же у них была одна: загнать этого номинального старшего законного сына в ловушку, сломать ему жизнь и превратить в ничтожного отброса.

Не дожидаясь, пока госпожа Сунь снова заговорит, Се Минцзэ тихонько ахнул:

— Супруг мой, неужели кто-то умышленно замыслил причинить вред Его Высочеству наследному принцу? Иначе с чего бы вдруг понадобилось заманивать принца в такую глушь в полном одиночестве? Это же ужасно! Выходит, и сестрица Юйцзяо упала в воду потому, что хотела подставить Его Высочество, столкнув сестру вниз, чтобы потом принц бросился её спасать…

На этих словах Се Минцзэ испуганно прикрыл рот ладонью.

Госпожу Сунь от боли в голове чуть не стошнило. Что творит этот Се Минцзэ?! На словах он вроде бы заступается за Юйцзяо, но стоит заикнуться об измене против Наследного принца, как замять это дело уже не удастся ни за что.

Наследный принц же уловил в этих словах скрытый смысл. Он не верил, что кто-то посмеет совершить покушение на его жизнь прямо в поместье Се — если бы убийцы действительно замышляли недоброе, они не стали бы вести себя тихо на протяжении всего пути. Скорее наоборот…

Наследный принц прищурился, глядя на закутанную с ног до головы, но насквозь промокшую Се Юйцзяо, и его взгляд холодел.

Наследный принц произнес:

— Зять прав. Это дело… требует тщательного расследования!

Перед глазами госпожи Сунь и Се Юйцзяо всё потемнело.

Спустя полчаса канцлер Се со свинцовым лицом глядел на стоявших на коленях в кабинете Се Юйцзяо и госпожу Сунь. Сдерживая кипящую ярость, он с натянутой улыбкой обратился к восседающему во главе Наследному принцу:

— Сие происшествие — целиком вина моей недостойной дочери, прошу Ваше Высочество унять гнев. Но как бы ни была смела Юйцзяо, она ни за что не посмела бы замышлять зло против Вашего Высочества, здесь наверняка какое-то недоразумение. Негодная девчонка! Долго ты еще будешь молчать? Объясни толком, что здесь стряслось! Зачем ты велела обманом заманить Его Высочество к пруду?

Се Юйцзяо ни за что на свете не призналась бы, что планировала броситься в пруд, чтобы соблазнить Наследного принца. Они с госпожой Сунь заранее продумали безупречный план: пусть это и был худший из возможных вариантов, но он сулил куда меньшее преступление, чем прямой заговор против принца.

Не успев заговорить, Се Юйцзяо залилась слезами:

— Это ваша покорная служанка… виновна, я и сама не ожидала, что всё так обернется. Я издавна преисполнена глубокого восхищения Его Высочеством и страстно желала открыть своё сердце. Но между нами, мужчиной и женщиной, существуют приличия, и встречаться наедине было некстати, поэтому я… была вынуждена прибегнуть к этой крайней мере. Однако я никак не ожидала, что, завидя приближение Его Высочества, растеряюсь от избытка чувств и оступлюсь в воду. Я… виновна! Пусть Ваше Высочество покарает меня по всей строгости.

Этот инцидент мог оказаться как большим, так и малым — всё зависело от решения Наследного принца.

К тому же едва ли найдется мужчина, способный проявить безразличие к рыдающей от любви к нему женщине. Тем более что сейчас Се Юйцзяо плакала горькими слезами, растрёпанные пряди обрамляли её заплаканное личико, а необычная красота придавала ей особую, мятежную прелесть.

Её покрасневшие глаза лани источали трепет, неуверенность и отчаяние, когда она опустила взгляд. Наследный принц нахмурился, но гнев его и впрямь заметно утих.

Се Минцзэ едва удержался, чтобы не закатить глаза: неудивительно, что Се Юйцзяо суждено было стать главной героиней книги, этот Наследный принц и впрямь падок на такие штучки.

Хотя Се Юйцзяо и сделала верную ставку, но… её жгло горькое разочарование.

Принц, конечно, не станет преследовать её по закону — хотя бы из уважения к канцлеру Се. И хотя ему льстило женское обожание, но когда какая-то девица сначала крутит шашни с другими, а потом заглядывается на него самого, да еще и пускает в ход столь грязные уловки, он испытывал отвращение.

Если в будущем эта Се Юйцзяо ради своей безумной страсти к нему выкинет еще какой-нибудь фокус…

Наследный принц прищурился:

— Вторая госпожа Се, знайте же цену собственной чести. К вам у меня нет ни малейших любовных чувств. Что же до сегодняшнего падения в воду — пусть оно и вышло случайным, но ваш приёмный брат вас спас, да и ваше поведение тогда… поистине было лишено скромности. Ради сохранения вашей же репутации вам лучше поскорее обручиться с молодым господином Каном.

Стоило Наследному принцу произнести эти слова, как все присутствующие остолбенели.

Госпожа Сунь окостенела всем телом: она-то могла заставить замолчать тех бабок и служанок, но заткнуть рот Наследному принцу ей было не по силам.

— Нельзя! — позабыв о всяком почтении к чинам, госпожа Сунь отчаянно затрясла головой. — Ваше Высочество, этого никак нельзя допустить! Умоляю Вас взять свои слова обратно!

Канцлер Се тоже замер. Он никак не ожидал, что простое возвращение в родительский дом навестить семью обернется столь ужасным исходом. Он разинул рот, в голове гудело, ему хотелось выругаться, но он не знал какими словами.

Стоявший до сих пор молча в стороне Се Вэнькан едва не сошел с ума: «??»

— Отец! — позабыв обо всём остальном, отчаянно завопил он.

Канцлер Се пришел в себя, его лицо окаменело:

— Ваше… Ваше Высочество… Это дело и вправду неуместно.

Наследный принц нахмурился:

— Почему же неуместно?

Наблюдая за перекошенными лицами присутствующих, Се Минцзэ едва сдерживал смех: разве канцлер Се не кичился своей верностью долгу и преданностью чувствам? Разве не заявлял во всеуслышание, что своего поста добился вовсе не благодаря поддержке клана покойной жены? Разве не уверял всех в чистоте своей совести?

Ему не терпелось посмотреть, какой же выбор сделает почтенный канцлер!

Если он откроет происхождение Се Вэнькана, то выставит себя, великого первого министра, человеком, зачавшим ребенка на стороне до официального брака. Это ведь совсем не вяжется с тем образом глубокой скорби и преданности, который он являл миру, женившись на матери настоящего Се Минцзэ. Как только правда всплывет наружу, его моральный облик будет запятнан, и он публично потеряет лицо;

А если не скажет правду — разве сможет госпожа Сунь спокойно смотреть, как всё катится в пропасть?

Исключено.

Голова канцлера Се трещала по швам. Стиснув зубы, он перевел взгляд на умоляюще глядящую на него госпожу Сунь, а затем на побелевшего как полотно Се Вэнькана.

Заметив колебания отца, Се Вэнькан опешил и выпалил:

— Отец, я же в этом году сдаю осенний экзамен! — Стоило ему получить ученую степень, как перед ним открывалось блестящее будущее, и он мог жениться на знатной девице из именитого рода, что стало бы для него мощной поддержкой.

Канцлер Се не ожидал, что ситуация зайдёт так далеко. Напоследок бросив взгляд на мрачнеющего с каждой секундой Наследного принца, он с трудом выдавил из себя:

— Ваше Высочество… сие дело действительно не подходит. Вэнькан спас Юйцзяо из братской любви, и пусть во время спасения они повели себя неосмотрительно, в этом нет ничего страшного, ибо они… брат и сестра.

Произнеся два последних слова, канцлер Се понял, что с его лица содрали последний лоскут кожи.

Наследный принц выказал недовольство:

— Я знаю, что они приёмные брат и сестра, но кровного родства между ними ведь нет… — на середине фразы принц внезапно что-то осознал и резко уставился на канцлера Се.

Канцлер Се опустил глаза и глубоко вздохнул:

— Се Вэнькан был рожден мной много лет назад… от женщины, с которой я состоял в тайной связи вне брака. Его мать уже скончалась, так что по сути он — мой старший сын от наложницы.

Канцлер Се никак не мог заявить, что Се Вэнькан родился от госпожи Сунь до заключения законного брака и без официального сватовства, а уж тем более выдать её впоследствии за главную жену — тогда от его доброго имени вовсе ничего не оставалось.

Потому оставалось лишь объявить Се Вэнькана сыном от наложницы.

Се Вэнькан, уже было вздохнувший с облегчением, когда отец заговорил, вдруг услышал это… и рухнул в статусе до простого сына наложницы?!

У него перехватило дыхание, тело качнуло, и госпожа Сунь в испуге бросилась поддержать его, но разъяренный Се Вэнькан грубо оттолкнул её.

Глядя на бушующую в глазах Се Вэнькана ненависть, Се Минцзэ чуть было не захлопал в ладоши: «Ого, братья и сестры, матери и дети грызутся насмерть, какое зрелище!»

В тот же миг в его голове раздался глухой звон:

[Поздравляем хозяина! Прогресс выполнения предсмертного желания истинного владельца тела достиг 6%, получено 10 очков жизнеспособности.]

http://bllate.org/book/26167/3133263