Готовый перевод Interstellar Doctor's Revival / Я спасаю галактику медициной: Глава 10

Юань Хуай наконец получил статус звездного гражданина, а его возраст в мгновение ока сократился до жалкой доли от прежнего.

Он небрежно подбросил в руке энергоблок, и тот внезапно полетел вниз, так как никто не собирался его ловить.

Херл с громким воплем бросился вперед, поймал вещицу и прижал к груди, словно величайшее сокровище, принявшись изучать со всех сторон.

Арло предпочел сделать вид, что не замечает своего бестолкового младшего брата, и резко сменил тему, обращаясь к Юань Хуаю:

— Хотя этот энергоблок класса F и содержит больше энергии, чем блок класса D, в конце концов, материалы, необходимые для его создания, слишком дешевы. Качество не прыгнет выше головы, сколько ни проси. Раз уж у тебя есть подобная технология, почему бы сразу не заняться модификацией более высоких рангов? К чему тратить время на эту дешевку?

Юань Хуай внезапно умолк. Почему же он не использовал энергоблоки более высокого класса для модификации?

Конечно же, потому что они были бедны! Настолько бедны, что не могли позволить себе купить даже один помидор.

Впрочем, вслух Юань Хуай об этом говорить не собирался. Он лишь изогнул губы в идеальной улыбке:

— Хе-хе.

Арло вовремя прикусил язык. Проведя столько лет в рядах космических пиратов, он лучше всего научился тому, что знающий обстоятельства человек благоразумно отступает.

Юань Хуай неожиданно спросил Арло:

— Конфетка вкусная?

Арло слегка растерялся, но кивнул:

— Довольно вкусная. А что такое?

Юань Хуай загадочно улыбнулся и ничего не ответил. В следующее мгновение Арло испустил жуткий вопль, сгорбился, схватившись за живот, и осел на пол. Его лицо мгновенно побелело и исказилось от боли — было очевидно, что он терзается невыносимыми муками.

Херл так испугался, что бросил любимый энергоблок и тут же бросился к брату:

— Главарь!

Арло стоял на одном колене, с трудом поднимая голову и глядя на Юань Хуая:

— Ты…

Юань Хуай развернулся и непринужденно уселся в инвалидное кресло, которым обычно пользовался Хай Чэнь. С любопытством качнув кресло назад, он произнес:

— Ты же все-таки космический пират. Как я мог заключать с тобой сделку и не подстраховаться? Ты отведал моего яда, и отныне, стоит тебе только подумать о какой-нибудь каверзе, эта отрава заставит тебя испить чашу боли до дна. Каждый следующий день будет причинять тебе еще больше страданий, чем предыдущий, и я гарантирую, что ты будешь корчиться ровно семь суток, прежде чем испустишь дух.

Прошло всего мгновение, а лоб Арло уже покрылся холодным потом, губы посинели, и от боли у него не осталось сил даже на то, чтобы говорить.

Херл в отчаянии подбежал к Юань Хуаю, обхватил его за голень и захлебывался слезами:

— Умоляю вас, господин, спасите моего брата, пощадите его! Мы не причиним вам вреда, клянусь! Честное слово!

Юань Хуай опустил взгляд на Херла. Худенький, низкорослый подросток обнимал его за ногу, а его круглые синие глаза были полны слез — зрелище выглядело до жалости трогательным.

Однако, сколь бы жалким ни казался Херл, Юань Хуай продолжал улыбаться. Его темные глаза оставались спокойными, и в них не было ни малейшего намека на жалость.

Конфеты, которыми угостил Юань Хуай, ел не только Херл — Хай Чэнь, Кай Мо и остальные тоже их попробовали, но сейчас корчился от боли один лишь Арло.

Выслушав слова Юань Хуая, Чэн Си слегка нахмурилась: ей казалось, что Юань Хуай просто блефует и дело вовсе не в конфетах.

Кай Мо и Ини не слишком-то верили в происходящее и инстинктивно перевели взгляд на Хай Чэня. Тот сохранял полное спокойствие, а его взор был прикован к плачущему Херлу, обнимающему ноги Юань Хуая.

Как раз в тот момент, когда Херл зашелся в рыданиях, Юань Хуай неожиданно отстранил его рукой, крутанулся на месте и оказался у кровати. Одной рукой он зажал рот и нос Хай Чэню, а другой прикрыл собственное лицо длинным рукавом.

Губы Хай Чэня шевельнулись, а алые глаза уставились на Юань Хуая. Заметив, что в темных глазах Юань Хуая таится легкое веселье, а сам он подмигивает, словно призывая сидеть тихо и не рыпаться, Хай Чэнь замер.

В этот момент Арло, которого боль уже заставила распластаться на полу, испустил невероятно громкий и вонючий пук.

Мало того, что этот звук разнесся по всей комнате и сопровождался чудовищным амбре, так он еще и длился подозрительно долго.

Когда звуки стихли, Арло с трудом оперся на руки и приподнялся. Пот все еще блестел на его висках, но цвет лица уже вернулся в норму, губы перестали быть синюшными, разве что голос звучал несколько слабо:

— ...Боль прошла?

Мощность этого зловонного выброса оказалась таковой, что Ини стремглав метнулась к окну и ее тут же вывернуло от тошноты. Лица Кай Мо и Чэн Си тоже перекосило.

Херл же, которому было плевать на запахи, бросился назад, в объятия старшего брата:

— Главарь! Ты в порядке? Главарь?

Откашлявшись, Ини вернулась и распахнула дверь настежь. Лишь когда воздух в комнате немного освежился, Юань Хуай убрал руку с лица Хай Чэня, хотя по-прежнему не спешил отстраняться, прислонившись плечом к его плечу.

— В твоем теле скопилось слишком много токсинов. Раз уж мы стали торговыми партнерами, я просто сделал тебе небольшой подарок. Твоя невыносимая боль была вызвана лишь очищением организма от скверны.

Будучи главарем пиратской шайки, Арло прошел через бесчисленное множество крупных и мелких стычек. Хотя внешне он выглядел здоровым, за долгие годы у него накопилось немало скрытых травм.

Он поднялся на ноги, размял конечности и с удивлением обнаружил, что во всем теле появилась необычайная легкость, а дышать стало намного свободнее.

Он бросил на Юань Хуая сложный взгляд:

— То, что ты сказал только что…

Юань Хуай лениво откинулся назад, используя Хай Чэня в качестве спинки кресла.

Рука Хай Чэня, свисавшая с подлокотника, шевельнулась. Его кончики пальцев коснулись ткани одежды Юань Хуая, но тут же отдернулись на безопасное расстояние.

На глазах у Арло Юань Хуай распаковал еще одну конфету.

Словно что-то вспомнив, он сначала сунул одну конфету в рот Хай Чэню, а затем развернул вторую для себя.

— Конечно, я соврал. Просто пошутил.

Видя, что Юань Хуай уплетает эти конфеты за обе щеки как обычное лакомство, Арло все еще испытывал сомнения:

— Почему тогда остальные поели, и им хоть бы хны?

Юань Хуай презрительно усмехнулся:

— С чего бы в них накопилось столько токсинов, чтобы очищаться подобным образом? Мои люди изначально кристально чисты.

В глубине души Арло оставался недоверчив, но расспрашивать дальше не стал и снова принял серьезный вид, вернувшись к обсуждению сделки с энергоблоками.

— За модифицированные блоки такого рода можно выручить нормальные деньги только в том случае, если они класса D и выше. Но сможешь ли ты улучшить блоки до класса D и выше?

Юань Хуай отклонился назад, и его длинные волосы рассыпались по коленям Хай Чэня. Голос его звучал небрежно:

— Разумеется.

Арло продолжил допытываться:

— Сколько ты сможешь поставлять? Еженедельно? Ежемесячно? Или раз в год?

Юань Хуай чуть выпрямился, прижавшись щекой к плечу Хай Чэня, и посмотрел на Арло. В его темных глазах блеснула пронзительность, совершенно не вяжущаяся с его расслабленной позой:

— Это зависит от того, сколько исходных энергоблоков класса D ты мне предоставишь.

Окладистая борода Арло задрожала — то ли от усмешки, то ли от скрытой издевки.

Он поманил Херла:

— Пошли со мной на корабль, заберем энергоблоки.

В конце концов Арло передал Юань Хуаю контейнер, в котором хранилось почти полтораста энергоблоков класса D.

По сравнению с самыми дешевыми блоками класса F, эти были в несколько раз крупнее и имели форму ромба.

Арло не стал спрашивать, сколько времени потребуется Юань Хуаю на переделку, лишь условился вернуться за товаром через месяц, после чего улетел на своем боевом корабле, в центре которого красовалось пробитое Юань Хуаем насквозь громадное отверстие.

Его младший брат Херл остался позади, превратившись в самого юного члена Академии Пустошей.

Херл до смерти перепугался из-за шуточки Юань Хуая, поэтому Ини взялась провести для него экскурсию по Академии Пустошей, чтобы мальчишка немного успокоился и пришел в себя.

Хотя сам Юань Хуай не находил в этой пустой и полуразрушенной Академии Пустошей ничего интересного, он был искренне рад избавиться от постоянно ревущего Херла.

Комната Хай Чэня быстро опустела, и в ней остались только они вдвоем.

Юань Хуай взмахнул рукавом, и порыв ветра захлопнул дверь. Покинув кровать, он лениво опустился в глубокое удобное кресло.

В помещении больше никого не было, и Хай Чэнь наконец задал вопрос:

— То, что было недавно… ты ведь не шутил?

Улыбка на лице Юань Хуая слегка померкла. Он долго молча вглядывался в Хай Чэня своими темными глазами и лишь потом произнес:

— А ты у нас смышленый.

Хай Чэнь не понял, рад Юань Хуай этому или рассержен, поэтому предпочел пока промолчать.

Юань Хуай оперся локтем о подлокотник, подпер подбородок рукой и в упор уставился на Хай Чэня немигающим взглядом:

— Такой сообразительный… Точно стоишь звания моего личного пилюльщика.

Хай Чэню стало не по себе под этим взглядом, он слегка отвел глаза, но уже через мгновение не выдержал и снова посмотрел на Юань Хуая.

Поскольку посторонних не было, Юань Хуай расслабился донельзя. Эта расслабленность отличалась от прежней: теперь он выглядел куда более безмятежным — то ли потому, что начал доверять Хай Чэню, то ли потому, что считал его безобидным, а может, и по обеим причинам сразу.

— Впрочем… с конфетами и правда всё было в порядке, — внезапно произнес Юань Хуай.

В голове Хай Чэня промелькнули детали недавней сцены, и он выпалил:

— Руки Кай Мо?

Конфеты действительно были чисты, потому что Юань Хуай нанес яд на руки Кай Мо.

Юань Хуай изогнул губы, не подтверждая и не опровергая догадку:

— Хай Чэнь.

Юань Хуай редко называл его по имени вот так серьезно, из-за чего Хай Чэнь невольно выпрямил спину.

Но стоило Юань Хуаю заговорить снова, как его тон вновь стал несерьезным:

— Ты же мой пилюльщик, нельзя же тебе целыми днями сидеть без дела. Когда выздоровеешь, будешь день и ночь ходить за мной по пятам и угождать мне, чтобы я был доволен, иначе я останусь в большом убытке.

Спина Хай Чэня на мгновение напряглась, он тут же отвернулся, и под распущенными белыми прядями на его ушах проступил легкий румянец.

Юань Хуай продолжал рассуждать сам с собой:

— Днем будешь подавать мне чай и воду, стирать одежду и готовить еду, а ночью — делать массаж, разминать спину и разгонять застоявшуюся ци. Справишься?

Спустя полминуты Хай Чэнь снова посмотрел на него. Его длинные белые пряди падали на лоб, скрывая глаза, так что выражение его лица было трудно разобрать.

— Справлюсь.

http://bllate.org/book/26190/3135362