Цзян Хуай подпер голову рукой и зевнул.
Вэй Хэпин примчался с первых рядов и резко затормозил у парты Цзян Хуая: — Братец Хуай, ты в школу в столовую пойдешь или домой на обед?
Цзян Хуай потерел глаза и неторопливо произнес: — В столовую.
— Ладно... тогда я пойду скажу Сюй Вэньяну и остальным, что не буду с ними, — сказал Вэй Хэпин. — Подожди меня немного.
У Цзян Хуая было мало друзей, и заводить новых он не любил.
Если бы у Цзян Хуая было много друзей... Вэй Хэпин полагал, что и репутация Цзян Хуая во Второй средней школе не была бы столь «греховной».
Во Второй средней школе имелось две столовые: одна называлась Восточным парком, другая — Западным.
Однако они еще не успели спуститься из учебного корпуса, как Цзян Хуай бросил взгляд в окно и увидел внизу гигантскую толпу учеников, которые, словно дикие вепри и бешеные волки, неслись кто куда, разбегаясь в двух разных направлениях. Казалось, отрасти они крылья — и взлетели бы, так сильно все боялись остаться без еды из-за опоздания.
Цзян Хуай приостановился: — Проехали... Пойдем поедим за территорией, я угощаю.
Цзян Хуай и Вэй Хэпин отправились перелезать через стену.
Эту стену Цзян Хуай мог преодолеть одним прыжком, едва зацепившись краем обуви, а вот Вэй Хэпин застрял, расставив ноги: стена впивалась ему в живот, а промежность застряла на самом гребне, так что перемахнуть на другую сторону никак не получалось. — Черт... я сейчас порвусь пополам. Цзян Хуай, ты что, мать твою, мартышка?
Цзян Хуай присел на корточки на верхушке стены и хмыкнул: — Ты слишком слаб.
— ...Ладно-ладно, сильный человек, не мог бы ты меня подтянуть?
Цзян Хуай символически протянул руку.
Но стоило Вэй Хэпину ухватиться за нее, как его на удивление уверенно и легко втащили наверх.
Наконец-то, мать твою, забрался. Вэй Хэпин выровнял дыхание: — Братец Хуай... ты до сих пор каждое утро тренируешься?
— Угу.
— Все так же, как раньше? — снова спросил Вэй Хэпин.
— Примерно. — Цзян Хуай не стал вдаваться в подробности и просто спрыгнул со стены.
Вэй Хэпин посмотрел на высоту под ногами и снова со свистом втянул воздух.
Все, кто близко знал Цзян Хуая, были в курсе его привычки заниматься утренней зарядкой. Вэй Хэпин знал, что эта привычка появилась у него еще в средней школе, но, если верить Цинь Юэхе, Цзян Хуай тренировался по утрам даже в начальной школе.
Поначалу Вэй Хэпин думал, что эта утренняя зарядка сводится к бегу, прыжкам через скакалку и разминке на общественных тренажерах, и даже подумывал заняться укреплением здоровья и присоединиться к Цзян Хуаю... но позже, сходив с ним разок, Вэй Хэпин обнаружил, что утренняя тренировка Цзян Хуая начинается с прыжка вниз с верхнего этажа, и сразу же отбросил эту мысль.
Он был еще молод, он всего лишь самый обыкновенный бета, у него еще не было девушки.
Вэй Хэпин глубоко вздохнул и, трясясь, как больной паркинсонизмом, по сантиметру стал сползать вниз.
Наконец его ноги коснулись земли. Вэй Хэпин отряхнул школьную форму, а затем стряхнул пыль с рук: — Честно говоря, по-моему, твоя утренняя разминка — это слишком опасно. Вдруг ты бы... — Вэй Хэпин внезапно замолк и не стал продолжать.
Он вздохнул: — Как там А-Цай?
— Я перевел ее в другую школу. — Цзян Хуай с бесстрастным выражением лица зашагал вперед. — На данный момент все в порядке.
Вэй Хэпин последовал за ним и снова вздохнул: — Эх, но смена школы... это лечение симптомов, а не болезни. Что, если ученики в новой школе тоже будут обижать А-Цай?
Этим летом Цзян Хуай как раз занимался переводом А-Цай в новое учебное заведение.
Все потому, что в прошлой школе ее обижали одноклассники. Обзывали хромоножкой, дурочкой... Цзян Хуай лично столкнулся с этим, когда пришел забирать А-Цай. У А-Цай с рождения были слабые ноги, да и училась она медленнее обычных детей; даже когда ее оскорбляли или били, она не догадывалась прийти домой и пожаловаться Цзян Хуаю.
Вэй Хэпин и сам не понимал, как Цзян Хуай умудрился выживать все эти годы.
Будь на его месте кто другой: мать за границей, работает там уже несколько лет и не возвращается, — собственной жизни едва хватает, так еще нужно растить младшую сестру, за которой нужен глаз да глаз... Вэй Хэпин был уверен, что на его месте давно бы сошел с ума.
Цзян Хуай приподнял веки: — Пойду в ее школу и отлуплю ту компашку детей.
Вэй Хэпин: — ...
Вэй Хэпин не знал, что и сказать, и пнул носок кроссовки о мелкий камешек на обочине: — Эх, ладно... пошли.
На улице, примыкающей к заднему входу Второй средней школы, располагалось немало мелких забегаловок, так что выходить обедать за пределы территории было очень удобно.
Проходя мимо заднего выхода, Вэй Хэпин, обладавший острым зрением, заметил припаркованный у школьных ворот черный представительский седан. Он был невероятно приметным — один взгляд на эмблему сразу давал понять, что машина импортная.
Из водительского кресла кто-то вышел и открыл заднюю дверцу.
Высокий парень в форме Второй средней школы привычно залез внутрь.
Вэй Хэпин широко раскрыл глаза: — Охренеть, председатель?
Цзян Хуай рефлекторно поднял глаза и встретился взглядом с Бо Цзянем, который как раз устроился на заднем сиденье, а водитель еще не успел захлопнуть дверцу.
Они с молчаливым взаимопониманием одновременно отвели взгляд.
Водитель закрыл дверь.
Машина сорвалась с места и умчалась, а Вэй Хэпин все еще стоял с потрясенным лицом: — Я и раньше слышал от других, что у председателя семья баснословно богата... Оказывается, и правда! Разве это не та... как ее там... ну, марка... Ай, не могу вспомнить, но разве она не безумно дорогая?
Цзян Хуай остался невозмутим: — Так ты будешь на обед малатлань или холодную лапшу в соусе?
Вэй Хэпин: — ...Ничего из этого не хочу, хочу жареную холодную лапшу.
Вэй Хэпин хотел жареной холодной лапши, но у той лавки даже постоянного помещения не было, так что обоим пришлось есть прямо на углу улицы.
Уплетая еду за обе щеки, Вэй Хэпин заговорил: — Эй, братец Хуай... сегодня днем физкультура, школа же собирается проводить баскетбольный матч? Говорят, в нашем классе до сих пор не набрали полный состав, ты будешь участвовать?
— Не пойду.
Вэй Хэпин поинтересовался: — Почему это?
Вэй Хэпин считал, что Цзян Хуай должен пойти... если Цзян Хуай откажется от участия в баскетбольном турнире, это будет просто ужасной потерей. Он собственными глазами видел: Цзян Хуай умел играть в баскетбол и отличался чертовски дикой ловкостью. Не зря же он целыми днями сигал с окон учебного корпуса. Среди тех парней, что гоняли мяч на баскетбольной площадке, включая даже спортивных профи, едва ли нашлось хотя бы несколько человек, способных превзойти Цзян Хуая в прыгучести и подвижности.
Однако со средней школы Цзян Хуай, не считая обязательных физкультурных нормативов, не участвовал ни в каких командных видах спорта.
Возможно, он не любил телесный контакт?
Вэй Хэпин спросил: — Подумаешь, баскетбол, там ведь не так уж много физических контактов, неужели ты не можешь перетерпеть?
— Дело не в телесном контакте, — Цзян Хуай небрежно бросил бумажную коробочку из-под лапши в урну, его лицо оставалось холодным. — Просто от любого пота мне становится невыносимо от запаха чужих феромонов.
Омеги практически никогда не участвовали в баскетбольных матчах, и по площадке бегали сплошные беты да альфы.
Вэй Хэпин знал, что альфы крайне негативно реагируют на феромоны друг друга. Он немного замялся: — Разве не существуют блокаторы? К тому же баскетбольная площадка такая огромная, если не сцепляться друг с другом в объятиях, на самом деле запах феромонов почти не ощущается.
Цзян Хуай покосился на него: — Кто по-твоему станет брызгаться блокатором прямо во время игры?
— Э-э, тоже верно.
Цзян Хуай купил две бутылки минеральной воды, кинул одну Вэй Хэпину и бросил взгляд вниз: — К тому же блокаторы лишь временно заглушают запах феромонов... это же не значит, что стоит брызнуться блокатором, и выработка феромонов прекратится.
Вэй Хэпину слова Цзян Хуая показались несколько странными: — Ну это само собой. Блокатор — это же просто спрей, как он может подавить секрецию феромонов?
Чтобы подавлять выработку феромонов, нужны профессиональные ингибиторы, не иначе?
Подобные средства определенно существовали, но Вэй Хэпину еще ни разу не доводилось видеть ингибитор, способный остановить секрецию феромонов на корню. Ведь обычные успокоительные для альф в период гона и стандартные ингибиторы для омег во время течки обладали лишь эффектом «неврологического успокоения», и еще не было слышно о препаратах, способных подавить выработку феромонов фундаментально.
Если бы феромоны перестали выделяться, разве периоды гона и течки не исчезли бы вовсе?
Вэй Хэпин пустился в рассуждения: звучит потрясающе круто.
Вернувшись в школу, Цзян Хуай снова лег спать после обеда.
Вэй Хэпин наблюдал за ним добрую половину урока... и решил, что Цзян Хуай, скорее всего, просто страдает от безделья: уроки не слушает, домашку не пишет, из-за чего мается в школе от скуки и только и делает, что спит целыми днями.
Во второй половине дня предстояло сдвоенное занятие по физкультуре.
По заведенной во Второй средней школе традиции, первое внеаудиторное занятие в семестре начиналось со сдачи нормативов общей физической подготовки.
Поскольку проводилось тестирование физподготовки, занятия проходили не по отдельным классам. Всего в параллели второго года обучения насчитывалось двадцать шесть классов, их разделили на две группы: с первого по тринадцатый составляли первую группу, а с четырнадцатого по двадцать шестой — вторую.
Сегодня во второй половине дня сдавали нормативы ученики с первого по тринадцатый классы.
Тестирование физподготовки строилось по системе два плюс один.
«Два» означало обязательные дисциплины. Первой был бег на длинную дистанцию: альфы бежали 1500 метров, беты — 1000 метров, омеги — 800 метров. Второй дисциплиной были подтягивания для альф и бет, а омеги выполняли подъем туловища из положения лежа.
«Плюс один» представлял собой дисциплину по выбору: вне зависимости от вторичного пола — альфа, бета или омега, — каждый мог свободно выбрать одну из трех позиций: прыжки в длину, прыжки в высоту или лазание по канату/сетке.
Погода сегодня выдалась отличная, ни облачка на небе, даже травинки слегка поникли от палящего зноя.
На футбольном поле посреди беговой дорожки расставили несколько столов, физкультурники с блокнотами в руках принимали учеников с первого по тринадцатый классы, которые выстроились в очередь для заполнения заявок на спортивные дисциплины.
Вэй Хэпин обмахивал себя рукой от жары и оглядывался назад: — Эй, а вы что собираетесь брать на третий пункт?
Сюй Вэньян улыбнулся: — Обычно большинство выбирает прыжки в длину с места, прыжки в высоту и лазание — оба слишком сложные.
Ван Цзин приложила ладонь ко лбу, защищаясь от солнца: — Я тоже иду на прыжки в длину, — она украдкой покосилась на стоявшего рядом Цзян Хуая, похожего на ходячий кондиционер. — Омеги-то все наверняка выбирают прыжки в длину.
Ван Цзин была невысокой девушкой с двумя симпатичными ямочками на щеках, когда она улыбалась. Характером она обладала компанейским и прямолинейным, но при этом являлась омегой. Омег во втором классе водилось немного — помимо Ван Цзин, там учились всего две девчонки.
— А ты, братец Хуай? — Вэй Хэпин толкнул Цзян Хуая плечом. — С твоими-то данными ты пойдешь на лазание, верно? — Он прищурился, глядя сквозь слепящие солнечные лучи на тренировочную сетку для лазания в самом дальнем конце спортивной площадки. — Если выберешь лазание, точно возьмешь первое место по всей школе?
Сюй Вэньян слегка удивился и посмотрел на Цзян Хуая: — Цзян Хуай так силен в лазании?
— Ничего подобного. — Цзян Хуай опустил глаза и толкнул Вэй Хэпина в ответ, возвращая в прежнее положение. — Я беру прыжки в высоту.
От автора:
Цзян Хуай: Просто не хочу полностью демонстрировать свою силу.
http://bllate.org/book/26191/3135435
Готово:
