Готовый перевод Transmigrated as the Disabled Villain's Cannon Fodder Partner / Сбежавший супруг злодея: от пушечного мяса до любимчика всей страны: Глава 15

В комнате воцарилась напряженная тишина, все трое присутствующих уставились на Юнь Яня.

Тот с невозмутимым видом вошел внутрь и мягко прикрыл за собой дверь.

— Прошу прощения, дверь закрылась резковато, — вежливо извинился Юнь Янь, слегка поклонившись троим ошеломленным людям.

…

Тем временем Шэнь Шухэн, получив внезапный отчет от ассистента, нахмурился и молча забрал наушники.

…

— Зачем ты пришел? — режиссер, напуганный тем, как эффектно тот ворвался в кабинет, попытался скрыть растерянность, но, заметив присутствие спонсора, вынужден был подать голос.

— Слышал, вы тут обсуждаете изменение сценария, — Юнь Янь притянул стул от стены, сел и, скрестив руки на груди, оглядел присутствующих. — Как один из инвесторов, я тоже хочу быть в курсе.

— Пф, — Жань Сяоцин одарила его высокомерным взглядом. — Что такое пять миллионов? Режиссер просто оказал любезность вашей семье Бай.

Юнь Янь проигнорировал её и перевел взгляд на полноватого мужчину рядом с ней, улыбнувшись:

— Снова встретились.

Выражение лица мужчины мгновенно изменилось.

Юнь Янь запомнил человека, о котором упоминала Гу Сяосяо, и, войдя, сразу понял, что не ошибся — они действительно пересекались. Только сейчас он до конца осознал, зачем мать Юнь таскала его на такое количество встреч: вот где пригодился полученный опыт!

Этот человек запомнился ему особенно ярко: на свадьбе Юнь Янь заметил, как тот не сводил с него глаз. Непонятно было, считал ли он, что останется незамеченным, или же полагал, что Шэнь Шухэн не осмелится предъявить ему претензии.

Сначала Юнь Янь решил, что этот человек весьма влиятелен, но, увидев, с каким пренебрежением вела себя с ним мать Юнь, сразу понял его истинный вес.

Этот тип смотрел на Шэнь Шухэна свысока, но перед Старшим господином Шэнем сразу становился подобострастным. В конечном счете, как и многие другие, он ни во что не ставил Шэнь Шухэна — внука, который только недавно вернулся в семью Шэнь. В их глазах заслуживали внимания лишь прямые наследники семьи Шэнь, а на свадьбе они присутствовали лишь из уважения к Старшему господину Шэню.

— Вы знакомы? — режиссер радостно хлопнул в ладоши. — Это всё упрощает!

Жань Сяоцин бросила на него такой взгляд, что тот поспешно спрятал руки и уставился в пол.

Юнь Янь, глядя на жалкое поведение режиссера, мысленно вздохнул и спросил Жань Сяоцин:

— Сколько вы собираетесь инвестировать?

— Десять миллионов, — Жань Сяоцин вызывающе посмотрела на него.

Юнь Янь усмехнулся:

— Всего десять миллионов, а столько требований? Еще и хотите, чтобы я покинул проект?

Жань Сяоцин взвизгнула:

— У тебя еще хватает наглости говорить, что десять миллионов — это мало? Да у тебя сейчас, небось, и миллиона в кармане нет!

Юнь Янь с полуулыбкой посмотрел на неё:

— С чего ты взяла, что у меня их нет?

— Хватит упрямиться. Думаешь, я не знаю, в каком состоянии сейчас ваша семья Юнь? Лучше расторгни контракт, забери свои пять миллионов, хоть немного прикроешь свои долги!

Юнь Янь тихо рассмеялся, не став спорить, и прямо обратился к режиссеру:

— Я вложу еще десять миллионов, итого пятнадцать — пусть она катится отсюда.

— Ты! — Жань Сяоцин, видя его презрительное выражение лица, просто взорвалась. — Не болтай ерундой! Откуда у тебя столько денег?!

— Как ты думаешь? — Юнь Янь был абсолютно невозмутим.

Жань Сяоцин глубоко вздохнула:

— Не верю! Даже если у тебя есть эти деньги, ты что, рискнешь вложить их все сюда? Если фильм провалится, ты останешься ни с чем!

Юнь Янь вздохнул:

— Ничего не поделаешь, я фанат первоисточника. У меня скопились кое-какие личные сбережения, и я с радостью инвестирую в то, что люблю.

Жань Сяоцин не нашлась что ответить, но, поразмыслив, пришла к выводу, что это возможно. Дыру в бюджете семьи Юнь не залатать и сотнями миллионов, но теперь, когда за их спиной стоит семья Шэнь, нет нужды пускать в ход все накопления сына… Может, у Юнь Яня действительно остались деньги.

Она растерянно посмотрела на своего спонсора и вдруг обнаружила, что Ли Шуо смотрит не на неё, а жадным взглядом пожирает Юнь Яня!

Она широко раскрыла глаза и, стиснув зубы, выпалила:

— Я даю двадцать миллионов!

— Что? — мужчина рядом с ней очнулся, отвел взгляд и в неверии посмотрел на неё — удвоить бюджет, это уже не шутки!

Он хотел было что-то сказать, но Жань Сяоцин внезапно зацепилась за его палец, и, глядя на него жалостливыми, влажными глазами, заворковала:

— Милый~~~

Ли Шуо хоть и оценил красоту Юнь Яня, но тот был уже женат, к тому же с характером, так что это было лишь мимолетное любопытство. А вот перед нежностями новой пассии он устоять не мог. Он беспомощно кивнул:

— Хорошо, хорошо…

Видя, что он по-прежнему балует её, Жань Сяоцин торжествующе посмотрела на Юнь Яня:

— Ну что? Будешь повышать ставку?

Юнь Янь не спеша достал телефон и вздохнул:

— Похоже, мне действительно придется спросить.

Жань Сяоцин фыркнула:

— Спрашивай не спрашивай — Шэнь Шухэн, этот никчемный калека, и гроша тебе не даст!

Взгляд Юнь Яня стал ледяным, но он лишь ответил:

— Сейчас узнаем, не так ли?

Сказав это, он отошел в угол и начал набирать номер.

…

Шэнь Шухэн, услышав, что тот собирается звонить, невольно вытащил свой телефон. Он ждал долго, но его аппарат молчал, да и в наушниках не было слышно гудков.

Однако спустя несколько секунд из динамика донесся ленивый, кокетливый голос, звучащий так близко, словно шепот у самого уха:

— Милый~~~ Меня тут обижают, ты заступишься?

Рука Шэнь Шухэна дрогнула, тело пронзило разрядом, и он едва не выронил телефон.

…

Юнь Янь продолжал передразнивать манеру Жань Сяоцин, добавив в голос еще больше притворного страдания:

— Тут хотят влезть со своими деньгами, изменить сценарий, еще и вытеснить меня… Ты же знаешь, как мне нравится этот проект~

— Сколько еще вложить? — Юнь Янь, казалось, задумался. — Наверное, тридцать миллионов~

Спустя пару секунд в его голосе прорезался восторг:

— Пятьдесят миллионов?! Милый, ты серьезно?!

Еще через несколько секунд он снова ахнул:

— Тратить сколько угодно, в пределах ста миллионов?

Затем он, кажется, услышал еще что-то и сладко рассмеялся:

— Спасибо, милый~ чмок~

С этими словами он «повесил трубку».

…

Тот крошечный поцелуй, прозвучавший влажным чмоканьем в микрофон телефона, прошел через сигнал и отозвался где-то в сумрачном пространстве, заставляя уши Шэнь Шухэна гореть.

Шэнь Шухэн почувствовал внезапный прилив злости… Как он может быть таким распутным!

…

Юнь Янь закончил разговор и невозмутимо вернулся на свое место, оглядывая ошеломленную троицу.

— Откуда у Шэнь Шухэна такие деньги?! Как Старший господин Шэнь мог позволить ему… — потрясенно спросил спонсор Ли Шуо.

— Тебя это касается? — Юнь Янь перебил его. Закинув ногу на ногу, он бросил на Ли Шуо косой взгляд: — Он вернулся в семью Шэнь из-за искренней привязанности, дедушка скучал по нему, вот он и вернулся. В отличие от некоторых, кто может существовать только благодаря покровительству предков.

Сказав это, он смерил Ли Шуо взглядом с головы до пят и холодно усмехнулся.

Лицо Ли Шуо моментально стало цвета пережаренной печени — разве Юнь Янь не намекал прямо на его никчемность?!

Шэнь Шухэн явно уступал ему во всем… Откуда у Юнь Яня такая уверенность? Неужели у Шэнь Шухэна и правда есть таланты, о которых он не знает?

— Чему ты радуешься! — Жань Сяоцин не собиралась сдаваться. — И что, что есть деньги? С твоей игрой ты даже в эпизодической роли выглядишь убого, а хочешь играть главного героя! Смотри, чтобы все вложенные деньги не пошли прахом!

— Взаимно, — Юнь Янь встал и улыбнулся ей. — Твое актерское мастерство тоже недалеко ушло.

— Ах ты! — Жань Сяоцин пришла в бешенство, но, видя, что спонсор больше не намерен вкладывать деньги, а режиссер трусливо молчит, она в ярости схватила сумку и на высоких каблуках зацокала к выходу.

Дверь распахнулась, и она столкнулась с Гу Сяосяо.

Гу Сяосяо, подслушивавшая под дверью, невозмутимо поклонилась:

— Всего доброго, мисс Жань!

Жань Сяоцин едва не ударила её, но, вспомнив, сколько людей вокруг, сдержалась и поспешно ушла. Её спонсор Ли Шуо с недовольным видом последовал за ней.

Гу Сяосяо, проводив их взглядом, заглянула в комнату и показала Юнь Яню большой палец.

Режиссер, заметив её, жестом подозвал к себе.

Дверь снова закрылась. Гу Сяосяо, сев между режиссером и Юнь Янем, вдруг ощутила недоброе предчувствие.

Режиссер посмотрел на неё, сложил руки на столе и с улыбкой сказал Юнь Яню:

— Сяо Янь, раз уж ты готов вложить тридцать миллионов, можешь смело обсудить с Сяосяо изменения в сюжете.

Гу Сяосяо: «…»

Все вороны одинаково черны. Она мрачно посмотрела на Юнь Яня, но тот лишь нежно улыбнулся режиссеру:

— Какие тридцать миллионов?

Режиссер опешил:

— Ты же только что сказал…

Юнь Янь придвинул стул ближе, похлопал режиссера по руке, лежащей на столе, и с улыбкой произвел:

— Режиссер, у человека обязательно должна быть мечта…

Целое утро Юнь Янь и Гу Сяосяо совместными усилиями «обрабатывали» режиссера, пока тот наконец не поверил, что до сих пор остается третьесортным режиссером только потому, что его разум был ослеплен деньгами.

В этот раз он решил не прогибаться перед капиталом! Он должен уважать оригинальное произведение, стремиться к точности и улучшению сюжета, вложить всю свою душу и страсть в эту работу, позволить каждому актеру раскрыть свой потенциал и создать по-настоящему честный детективный сериал!

После обеда режиссер наконец оправился от боли из-за потерянных миллионов, воспрял духом и приступил к съемкам первой сцены с Юнь Янем.

К вечеру, когда съемки завершились, режиссер подошел к нему с похвалой:

— Сяо Янь, твое мастерство значительно выросло! Ты специально тренировался для этой роли? Я не верил, когда ты говорил, что фанат оригинала, но теперь убедился. Ты был прав, вот она — сила страсти и мечты!!!

Юнь Янь: «…»

Он еще сдерживался, играл вполсилы, ведь новичку не стоит слишком сильно высовываться.

Он как раз собирался уходить, когда к нему в панике подбежала Гу Сяосяо:

— Беда, беда! Юнь Янь, скорее посмотри Вэйбо! Жань Сяоцин воспользовалась моментом и оклеветала тебя! Удар в спину! Совсем стыд потеряла!

Юнь Янь взглянул на пост на её телефоне:

— Жань Сяоцин: «Ушла сегодня со съемочной площадки в ярости. Теперь понятно, как важно иметь покровителя — вот что значит деньги!»

Юнь Янь: «???»

Гу Сяосяо в гневе открыла аудиозапись, прикрепленную к посту. Она была короткой, всего семь секунд, и сразу стало ясно, что это голос Юнь Яня:

— Милый~~~ вложи в меня еще тридцать миллионов~~ я хочу поменять сценарий~~

Юнь Янь впервые узнал, как кокетливо звучит его голос со стороны, отчего у него по коже побежали мурашки. К тому же, эта женщина пришла на переговоры о внесении средств, и в конце концов контракт все равно пришлось бы подписывать — зачем было записывать этот разговор!

— Она разрезала запись и склеила её заново! — голос Гу Сяосяо дрожал от возмущения. — Никогда не видела такой бесстыдной подтасовки фактов!

Да, подумал Юнь Янь. Так она из агрессора превратилась в жертву. Словам веры нет, нужны доказательства… Теперь, когда она предоставила «доказательства», если только он не добудет оригинал, оправдаться будет почти невозможно…

Тысячи мыслей пронеслись в голове, и он выдавил лишь одно слово:

— …Черт.

Теперь вся семья Шэнь это слышала…

Хотя Шэнь Шухэн знает, что он ему такого не звонил, но…

Этот кокетливый тон… как же стыдно!!!

Как он вообще должен это объяснять?!

http://bllate.org/book/26246/3144090