Готовый перевод After Breaking Character, I Became a Fan Favorite / Разрыв шаблонов: Как стать любимцем всех: Глава 10

Практика показала, что никакие прекрасные условия не способны спасти от бессонницы.

Особенно после столь причудливого опыта попадания в роман, уснуть стало ещё труднее.

Прошлой ночью, поужинав среди ночи, Сян Нинчэн взял инициативу в свои руки и велел Ци Сяньюй сначала идти отдыхать, а все его дела отложить на утро.

Ци Сяньюй действительно немного устал, да и посчитал, что обсудить всё завтра — тоже неплохой вариант. Кто знает, может, за ночь сумма на чеке снова подрастет!

После этого он наугад выбрал комнату и отправился спать. Однако стоило ему лечь в постель, как его мозг заработал с невероятной активностью. Он размышлял: параллельный ли это мир, двумерное пространство или же нечто вроде виртуальной реальности голографической онлайн-игры? Неужели ему придётся выполнять какие-то «задания», и что будет, если он станет их игнорировать — его принудительно «выбросит из системы» или произойдет что-то ещё?

Хотя внезапное появление Сян Нинчэна выглядело так, будто кто-то или что-то им манипулирует, до сих пор Ци Сяньюй не чувствовал на себе никаких «оков» или признаков насильственного вмешательства. Впрочем, Ци Сяньюй всегда плыл по течению, а столь внезапное попадание в книгу лишь укрепило в нём стремление жить одним днём. Даже если в следующую секунду его телом начнут управлять, он по крайней мере сделает так, чтобы прошлая секунда принесла ему радость. Поэтому во второй половине ночи он преспокойно занялся размышлениями о том, чем займётся, когда получит деньги.

Вспомнив реальный город Цзин, он понял, что на самом деле есть множество мест, где ему так и не довелось побывать. До дебюта у него не было денег, чтобы как следует развлечься, после дебюта — времени, а когда он прославился, у него появилась огромная армия фанатов, вооружённых глазами-алмазами и прокачавших навык «узнаю тебя, даже если тебя сожгут и превратят в пепел». Чтобы не провоцировать столпотворения, он и вовсе не мог позволить себе ходить по многолюдным и шумным достопримечательностям.

Ци Сяньюй решил, что сейчас как раз представился отличный шанс, отчего мысли в его голове стали крутиться ещё быстрее.

В конце концов, он смертельно устал, и когда в полудрёме наконец провалился в сон, уже почти рассвело.

На следующий день, едва выйдя из комнаты, Ци Сяньюй увидел у обеденного стола Сян Нинчэна, у которого под глазами красовались точно такие же тёмные круги.

После бессонной и полной метаний ночи волосы Ци Сяньюй вернулись в унылое состояние первоисточника, закрывая большую часть лица, а сам он переоделся в черный спортивный костюм. И тем не менее, стоило душе в этом теле смениться, как вся его аура кардинально отличалась от прошлого. Он выглядел непринуждённым и расслабленным, и пусть лица толком не было видно, казалось, будто он излучает свет, заставляя взгляды невольно следовать за ним.

Сян Нинчэн на мгновение замер, смутно ощутив в Ци Сяньюй некий темперамент, свойственный самым топовым суперзвездам шоу-бизнеса — каждое его движение невольно приковывало к себе внимание.

Пока Сян Нинчэн пребывал в задумчивости, Ци Сяньюй первый поприветствовал его, легко взмахнув рукой:

— Доброе утро, генеральный директор Сян.

Прошлой ночью Сян Нинчэн тоже не сомкнул глаз, его мозг бодрствовал до самого рассвета, но думал он совсем о другом. В его голове неотступно всплывали следы побоев на теле Ци Сяньюя. И хотя пока что тот был цел, без рук и ног, и стоял перед ним целый и невредимый, что будет дальше? Дать Ци Сяньюй денег и решить сегодняшние проблемы — это капля в море. Для игрока в долги сколько ни дай, снова увязнуть в долгах — лишь вопрос времени. Конечный результат окажется неизбежным: Ци Сяньюй снова столкнётся с нынешней безысходностью, но сможет ли он сам в тот момент прийти на помощь вовремя?

Сян Нинчэн передумал о многом: начиная с того, с какими трудностями Ци Сяньюй может столкнуться в будущем, и заканчивая тем, не стоит ли ему самому вмешаться и полностью всё уладить. Он не считал себя человеком с избытком сострадания, и его забота о Ци Сяньюй вполне могла оказаться лишь минутным порывом, однако оставлять всё на самотёк на душе было неспокойно. Так, убеждая себя и одновременно обдумывая контрмеры, он и провёл время до самого рассвета.

Впрочем, ещё до того, как ранним утром ассистент принёс сменную одежду, Сян Нинчэн уже принял окончательное решение.

Приподняв веки, он посмотрел на Ци Сяньюя и, оставшись недоволен тем, как тот его назвал, поправил:

— Не зови меня генеральным директором Сяном. Впредь запомни: называй меня братом.

Ци Сяньюй: «?»

Почему стоило пройти всего одной ночи, как у него появилось ощущение, будто он упустил какой-то сюжетный виток?

Поглядев на Сян Нинчэна какое-то время и заметив на его лице абсолютную серьёзность, он легко пошёл навстречу и послушно бросил:

— Брат.

С точки зрения возраста Сян Нинчэну было двадцать восемь лет. Мало того, что он был старше этого тела на девять лет, так он даже превосходил Ци Сяньюя на два года в его жизни до попадания в книгу. Раз уж сам Сян Нинчэн не видел в этом ничего неловкого, назвать его братом труда не составляло.

Однако следующая фраза Сян Нинчэна заставила Ци Сяньюй отчаянно пожалеть о только что произнесённом слове.

Сян Нинчэн кивнул, после чего торжественно заявил:

— Я всё обдумал. Я не буду давать тебе денег, для тебя от них всё равно нет никакой пользы. Не переживай, о твоём будущем я позабочусь сам.

Таков был итог ночных размышлений Сян Нинчэна. Раз уж он велел звать себя братом, значит, был готов взять на себя старшего брата ответственность. Этот его младший братец с детства рос без поддержки и опоры, и даже дай ему денег, им просто станут манипулировать. Его мать, усмотрев выгоду, пожалуй, примется выжимать из него соки ещё сильнее, и что ему тогда делать? Уж лучше воспользоваться случаем и найти способ оградить его от матери, да так, чтобы та наконец хлебнула лиха.

Что же касается Ци Сяньюя… Раз уж в таком возрасте он бросил учёбу и пошёл в трейни, значит, с успеваемостью у него явно было туго, и возвращение к учёбе вряд ли откроет ему большие перспективы. Раз он хочет быть звездой, он может проложить для него дорогу. Если воспитать его так, чтобы он обзавёлся полезным ремеслом и смог самостоятельно закрепиться в обществе, это принесёт куда больше смысла, чем просто отвалить круглую сумму — в конце концов, дать человеку удочку куда лучше, чем дать рыбу.

Иначе, даже если он напрямую обеспечит Ци Сяньюй безбедную жизнь до конца дней, неужели тот в столь юном возрасте собирается вести праздный образ жизни пенсионера? Какая тогда радость от такого существования?

Сверхтрудоголик Сян Нинчэн искренне полагал, что лишь работа способна приносить счастье. Ещё во время учёбы за границей, стремясь сделать свою жизнь более насыщенной, он сам занимался бизнесом: создавал сайты, открывал туристические компании и бюро переводов. Вернувшись на родину, он взял под своё крыло несколько семейных предприятий, включая Тяньюй. И пусть жизнь его была полна хлопот, он находил в этом искреннюю радость. Наверняка и его младший брат устроен точно так же — ему просто необходимо найти занятие по душе, чтобы его дни были наполнены смыслом и ощущением собственных достижений.

Ци Сяньюй: «‽‽‽»

Среди ясного неба грянул гром!

Что вообще происходит?!

С чего это Сян Нинчэн отказывается от своих слов! Он ведь уже продумал, как потратит эти чёртовы деньги! А тот заявляет — не! Дам!

Неужели его замысел «растратить казённые деньги» на развлечения и кутежи, вместо того чтобы пустить их на исправление сюжета, был раскрыт? Неужели при отклонении от амплуа персонажа неизбежно обнищание?

Решив добиться ясности, Ци Сяньюй прямо спросил:

— Генеральный директор Сян… что я сделал не так?

Сян Нинчэн нахмурился и поправил:

— Ты снова ошибся. Тебе следует звать меня братом.

Помолчав и решив, что младший просто ещё не привык, он не стал придавать этому особого значения:

— Впредь будь внимательнее. Ты не сделал ничего дурного, в дальнейшем просто расслабься и ни о чём больше не беспокойся, я во всём разберусь.

Ци Сяньюй:

— Но…

Сян Нинчэн:

— Никаких «но». Быстро умывайся, позавтракаешь — и поедем со мной в компанию.

Ци Сяньюй:

— …

Если бы Сян Нинчэн не напомнил, Ци Сяньюй и вовсе забыл бы, что по своему статусу до сих пор числится трейни в Тяньюй и ему положено ездить в офис.

К слову, с прошлго вечера и до сих пор его телефон буквально разрывался от звонков, но Ци Сяньюй пребывал в состоянии итальянской забастовки: перевёл аппарат в беззвучный режим и полностью игнорировал происходящее.

Завтрак выдался роскошным, но кусок застрял у Ци Сяньюя в горле — он то и дело бросал на Сян Нинчэна косые взгляды, втайне надеясь, что тот передумает посреди трапезы. Однако лицо Сян Нинчэна оставалось непроницаемым, он неукоснительно соблюдал правило не говорить во время еды и питья, а в каждом его движении сквозила благородная сдержанность человека, выросшего в роскоши.

Лишь когда они закончили трапезу и вышли из комнаты, Ци Сяньюй заметил, что в коридоре царит оживление: там уже ждали четыре или пять человек. Завидев Сян Нинчэна, они дружно поприветствовали его:

— Генеральный директор Сян.

В следующее мгновение их взгляды синхронно упали на Ци Сяньюя, следовавшего по пятам за Сян Нинчэном. Среди них оказался и Сунь Чжиру, также проведший на ногах всю бессонную ночь.

Сунь Чжиру целую ночь обдумывал свою линию защиты и с самого утра караулил у дверей. Сейчас он поспешно шагнул вперёд:

— Генеральный директор Сян, позвольте узнать, это…

Заметив его, Сян Нинчэн невольно вспомнил о тех «славных делах», что натворил Сунь Чжиру. Выражение лица Сян Нинчэна мгновенно омрачилось, ледяной взгляд оборвал чужую речь на полуслове, а в голосе отчётливо зазвучало предупреждение:

— Он мой младший брат.

Сунь Чжиру остолбенел. Обладая тонким нюхом, он мгновенно уловил предостережение в словах Сян Нинчэна. Однако он никак не ожидал, что прошла всего ночь, а за этого парня уже так яростно впрягаются? Какой ещё к чёрту младший брат, любовничек он ему! Не зря говорят, что даже герои падат перед красотой — до чего же сладко должно быть, раз Сян Нинчэн так стремительно сменил лагерь?

Глядя на бледные тени под глазами Сян Нинчэна, Сунь Чжиру мысленно присвистнул: о небеса, с такими синяками под глазами он что, кувыркался всю ночь напролёт и глаз не сомкнул?

…Ну и молодёжь, выносливости не занимать.

Подумав об этом, Сунь Чжиру вновь украдкой покосился на Ци Сяньюя. И хотя сейчас тот вновь напустил на себя ту самую «маскировку», что в день их первой встречи, то мимолётное ослепительное видение из прошлых суток прочно засело у него в памяти. Присмотревшись внимательнее, он мысленно признал: первоклассный товар есть первоклассный товар. Пусть лица толком не разглядеть, но одна лишь эта фигура и этот темперамент способны свести с ума.

Больше всего Сунь Чжиру поражало другое: почему после ночных безумств в походке парня не было ни малейшей неестественности? То ли этот мелкий бес обладал невероятным природным даром, то ли сам Сян Нинчэн… в постели оказался слабак?

Другой мужчина средних лет, заметив, что Сунь Чжиру замер на месте и умолк, поспешил втиснуться в образовавшуюся брешь:

— Генеральный директор Сян, здравствуйте! Я Ли Минхо, генеральный директор этого отеля. Для нас огромная честь принимать вас здесь, это место буквально озарилось вашим присутствием! Скажите, остались ли вы довольны вчерашним отдыхом? Если у вас есть какие-либо замечания, смело высказывайте их, мы непременно прислушаемся к пожеланиям каждого клиента…

Ци Сяньюй, разумеется, тоже узнал Сунь Чжиру, но поначалу принял того за сотрудника отеля, пришедшего поприветствовать важных гостей вместе с директором. Однако когда генеральный директор отеля лично проводил их процессию до самого нижнего этажа и вернулся обратно, а Сунь Чжиру продолжал тащиться следом, Ци Сяньюй почуял неладное.

Прежде чем он успел о чём-либо расспросить, Сунь Чжиру попрощался с ними и стремительно направился к стоявшему неподалёку «Бентли».

Заметив, что Ци Сяньюй неотрывно смотрит вслед Сунь Чжиру, Сян Нинчэн решил, что тот всё еще держит обиду или испытывает тревогу. Протянув руку, он мягко потрепал его по волосам и успокоил:

— Не переживай. Пока я здесь, он больше тебя не обидит.

Ци Сяньюй: «?»

В этот момент он чувствовал себя так, будто бредет в густом тумане — какие ещё обиды?

Ему просто было любопытно: неужели у рядового персонала отелей нынче такие щедрые условия труда?

На «Бентли» разъезжают?

http://bllate.org/book/26251/3144583