Готовый перевод The Demon Lord Is So Arrogant / Владыка демонов и его несносный ученик: Глава 7

Ци Бай огляделся: это место находилось уже очень далеко от того участка, где в тот день Бай Сюци преодолевал бедствие. К тому же, поскольку Бай Сюци тогда установил вокруг себя защитный барьер, окружающая природа не пострадала. Точка, где они сейчас стояли, выглядела совершенно обычно: высокие деревья, буйные цветы и трава, пение птиц и стрекотание насекомых — ничто не выдавало того, что здесь спрятано нечто ценное.

Пока он размышлял об этом, Шэнь Моянь вдруг что-то зажал в руке. Предмет показался Ци Байю смутно знакомым — это был тот самый кинжал, который он подарил накануне. Теперь он стал для Шэнь Мояня именным артефактом, и егостоический наставник назвал его белым ледяным клинком Чуньцзюнь. Как и говорил Шэнь Моянь, он действительно прекрасно понимал, что́ из себя представляет этот кинжал.

Глядя на белые ледяные клинки Чуньцзюнь, зажатые между бледными кончиками пальцев, Ци Бай внезапно почувствовал, как у него заныли ноги. Поговорка о том, что поднимаешь камень, чтобы уронить его себе на ногу, сейчас как нельзя лучше подходила к его ситуации.

Шэнь Моянь, впрочем, совершенно не интересовался тем, о чём думает стоящий за спиной глупый ученик. Раз уж кинжал признал хозяина, пусть он и закалялся в море энергии Даньтяня всего сутки и ещё не до конца слился с владельцем, для нынешней задачи этого было вполне достаточно. Слегка шевельнув пальцем и сложив печать, он выпустил кинжал наружу.

Белый ледяной клинок Чуньцзюнь полностью оправдывал имя Бессмертного Преподобного Чуньцзюня: сколь бы мал он ни был, подобающее бессмертному артефакту сияние при нём сохранялось. Стоило выпустить его на волю, как он развил невероятную скорость. Из-за миниатюрных размеров Ци Бай моргнуть не успел, как белоснежный ледяной клинок уже скрылся из виду.

Хотя это место уже не принадлежало территории Цанхай Сянь, находилось оно неподалёку, а учитывая близость к точке недавнего вознесения Бай Сюци, наверняка входило в зону наблюдения секты. Если бы адепты Цанхай Сянь заметили посторонних и начали поиски, его наставник, конечно, ничего бы не боялся, но лишние хлопоты были ни к чему.

Сердце Ци Байя ёкнуло, и он уже собирался сделать предупреждение, но Шэнь Моянь подумал о том же самом. В тот же миг мастер взмахнул рукавом, устанавливая барьер в радиусе нескольких ли. Методы Демонического Владыки Ледяного Очарования заставили бы испытать трепет даже прежнего Главу Бессмертных Бай Сюци. Стоило появиться этой преграде, как Ци Бай успокоился и перевёл пристальный взгляд на собственного наставника.

Шэнь Моянь складывал пальцами печати — судя по всему, он направлял белый ледяной клинок Чуньцзюнь на поиски того, что ему требовалось. Создавая этот кинжал для наставника, Ци Бай и вправду поддался сиюминутному порыву: подумав о том, сколько всего наставник подарил ему, он захотел сделать ответный презент. Материалы он при Шэнь Мояне не обсуждал, но они действительно были редчайшими сокровищами в подлунном мире. Зная нрав Шэнь Мояня, он ещё и изрядно потрудился над внешним видом оружия. Было бы прекрасно, если бы тот, кому предназначался дар, принял его от чистого сердца, однако Ци Бай никак не ожидал, что Шэнь Моянь напрямую превратит его в свой именной артефакт.

Ци Бай знал, что у Шэнь Мояня изначально был именной артефакт.

То была угольно-чёрная кисть по имени Мошэнь. Демоническая кисть Мошэнь, выточенная из драконьего костяка чёрного дракона и вымощенная в не замерзающей ни на миг за десять тысяч лет чёрной родниковой воде Бездны Хэйя — донельзя холодная, но обладающая чудовищной разрушительной силой. Во всём облике Шэнь Мояня это была единственная вещь, лишённая как показной роскоши, так и изысканной красоты.

Однако, проведя рядом с Шэнь Моянем почти два месяца, Ци Бай ни разу не видел эту кисть Мошэнь. Теперь же надежды увидеть её и вовсе не осталось, ведь именным артефактом Шэнь Мояня стали белые ледяные клинки Чуньцзюнь. Сколь бы силен ни был практик, он не может владеть двумя именными артефактами одновременно. И потому Ци Бай терзался любопытством: куда же подевалась кисть Мошэнь? Уничтожена или Шэнь Моянь, не вынеся её внешнего вида, просто выбросил её?

Пока он предавался этим сумбурным мыслям, сердце Ци Байя встрепенулось, и он резко поднял голову, устремив взгляд вперёд. Он заметил, как рука Шэнь Мояня едва заметно дрогнула: свойственная ему в последнее время лёгкая ленивая дремота вмиг слетела с него, а пронизывающий до костей духовный натиск хлынул наружу, безжалостно выдергивая из глубин земли нечто отчаянно сопротивляющееся и прячущееся!

Эта штука попыталась продолжить сопротивление, но Шэнь Моянь тяжело опустил на неё ладонь. Удар нёс в себе леденящую стужу, способную заморозить сами небеса, и в одно мгновение превратил неведомый предмет в сплошной кусок льда. Застывший ледяной столб оказался на редкость упрямым: даже будучи в таком состоянии, он дважды подпрыгнул на земле, причём направление прыжков выглядело так, будто он пытался спрятаться за спину Шэнь Мояня. А позади Шэнь Мояня стоял его глупый ученик — Ци Бай.

Шэнь Моянь легко цыкнул, больше не обращая внимания на ледышку на земле, едва заметным движением пальца отозвал белый ледяной клинок Чуньцзюнь, повернулся, окинул ошеломлённого глупого ученика суровым взглядом и холодно бросил:

— Уходим. Захвати эту дурную вещь с собой.

Недовольство в его голосе не было скрыто ни капли. Ци Бай решил, что во всём виновата ледышка, а он сам совершенно невинно пострадал из-за неё, поэтому он опустил голову и выразительно зыркнул на ледяной столб.

Ледышка: «...» Обидно.

Ци Бай шагнул вперед, подхватил ледышку и в воспитательных целях легко постучал по ней пальцем, после чего поспешно повернулся и последовал за шагами наставника. То ли ледышка замёрзла напрочь, то ли от удара лишилась остатков ума, но, оказавшись на руках у Ци Байя, она вела себя смирно и больше не смела делать ни малейших движений.

Учитель с учеником уже собирались удалиться и ступили на борт летающего челнока, как вдруг кто-то на огромной скорости преградил им путь. Судя по украшениям на поясе, это были адепты Цанхай Сянь.

Шэнь Моянь не удостоил их и взглядом, шагнул прямо в челнок, прихватив с собой ледышку, а разбираться с непрошеными гостями оставил собственного ученика. Ци Бай беспомощно покачал головой, но на его губах играла мягкая улыбка:

— Наставник, отдохните немного, ученик мигом разберётся с ними и вернётся.

С этими словами он развернулся лицом к прибывшим.

Прибывших оказалось трое. Судя по ауре культивации, все они находились на поздней ступени Золотого Ядра — судя по всему, дозорные адепты, назначенные сектой патрулировать окрестности. Проходя мимо и заметив посторонних, они решили выяснить обстановку.

Завидев одного лишь Ци Байя, адепты Цанхай Сянь сложили руки в приветственном жесте:

— Этот товарищ по дао, мы — дозорные адепты Цанхай Сянь. Из-за недавнего преодоления бедствия нашим главой в этих местах всё еще таится немало опасностей. Не подскажете, по какой причине вы прибыли сюда?

Ци Бай слегка поклонился в ответ и с улыбкой произвел:

— Ничего особенного. Я с юных лет неравнодушен к цветам и травам. Проходя мимо давеча, я заметил, что эти кусты Снежной Сливовой Ограды распустились на славу, вот и остановился, чтобы срезать парочку для пересадки домой.

Услышав это, адепты Цанхай Сянь взглянули на то, что он держал в руках, и действительно увидели несколько прекрасно развитых побегов Снежной Сливовой Ограды, бережно уложенных в сосуд. Учитывая, что эти цветы любят холод, вокруг них даже разложили несколько ледышек. А заглянув в чащу неподалёку, они заметили, что в одном из кустов как раз недостает нескольких веток, после чего безоговорочно поверили ему. Все трое слегка кивнули:

— Раз уж вы собрали Снежную Сливовую Ограду, товарищ по дао, лучше вам поскорее покинуть это место во избежание неприятностей.

Ци Бай с улыбкой кивнул:

— Благодарю за предупреждение, уважаемые товарищи, я как раз собираюсь уходить.

Его облик благородного и открытого учена мужа не вызывал ни малейших подозрений. Увидев, как он неторопливо поднимается на борт летающего челнока, адепты Цанхай Сянь решили больше не тратить слов, привели в движение свои парящие мечи и отправились патрулировать другие участки.

Они успели отлететь на небольшое расстояние, когда один из адептов озадаченно произнёс:

— Эта Снежная Сливовая Ограда — далеко не редкий вид, она растет во многих лесах. С какой стати тому товарищу понадобилось тащиться сюда?

Если подумать, место, выбранное их главой для преодоления бедствия, было на редкость глухим, люди там почти не ходили, а тот человек еще и воспользовался летающим челноком.

Двое других замерли, запоздало сообразив, что в поведении незнакомца таился подвох. Они резко развернулись, намереваясь пуститься в погоню, но, сколько ни вглядывались вдаль, не увидели ни души — даже тень летающего челнока исчезла без следа.

Летающий челнок Демонического Владыки Ледяного Очарования славился не только внешней красотой. Вдобавок его внутренние формации питались исключительно камнями духа высшего качества, а чистейшая духовная энергия позволяла формациям работать максимально плавно и раскрывать весь заложенный потенциал. Стоило челноку тронуться с места, как разве могли те адепты Цанхай Сянь угнаться за ним? На самом деле, в тот самый миг, когда троица развернулась, челнок уже унёс Шэнь Мояня и Ци Байя за пределы этой зоны, мчась строго на юг.

Вскоре после того, как челнок тронулся в путь, Шэнь Моянь расколдовал ледышку. То ли из-за того, что её проморозили до костей, но вещица стала куда сговорчивее: после оттаивания она просто тихонько лежала на месте, не устраивая прежних безумств, что позволило наконец как следует её рассмотреть.

Это был меч. Ослепительно-белый целиком, не золото и не нефрит, ножны и рукоять лишены каких-либо украшений, но с первого же взгляда было ясно — перед глазами несравненное сокровище. Шэнь Моянь протянул руку, поднял меч и спросил Ци Байя:

— Знаешь ли ты, что это за меч?

Ци Бай уже собирался ответить, но Шэнь Моянь продолжил сам:

— Это личное оружие Главы Бессмертных Бай Сюци — бессмертный меч Чуньцзюнь.

Бледный палец легко скользнул по клинку, изучая каждую черту. Шэнь Моянь обнаружил у самого основания рукояти крошечный иероглиф «Бай», легонько щелкнул пальцем по лезвию и, повернувшись к Ци Байю, произнес:

— На этом мече как раз выбито слово «Бай», видать, судьба свела его с тобой.

Ци Бай чувствовал себя пренеприятно, и когда он уже хотел всё чистосердечно объяснить, Шэнь Моянь перебил его, не дав раскрыть рта:

— Меч этот редчайший, в нём уже даже зародился духовный дух меча. Даже при вознесении в будущем его можно будет взять с собой в Мир Бессмертных, так что береги его. Только вот вид у него слишком броский, я помогу тебе немного замаскировать его.

Не дожидаясь ответа Ци Байя, он тут же сложил пальцы в печать.

Бессмертный меч Чуньцзюнь считал себя на редкость скромным и сдержанным. Прекрасная особа перед ним, конечно, была хороша собой до безобразия, но несла какую-то бессовестную чушь. Меч взбунтовался, отказываясь менять облик, и попытался затрепыхаться, но не успел сделать и полдвижения, как его придавили на месте.

Бессмертный меч Чуньцзюнь: «???» Эй ты, и зачем это ты меня вот так прижимаешь!

Ци Бай:

— Ученик придержит его, наставник может творить всё, что пожелает.

Шэнь Моянь слегка приподнял брови в удивлении и переспросил:

— Ты действительно согласен позволить мне изменить внешний вид этого меча?

Ци Бай кивнул:

— Ученик всецело доверяет вкусу наставника.

Шэнь Моянь:

— Хорошо.

Уголки его губ изогнулись, выдавая прекрасное настроение.

Бессмертный меч Чуньцзюнь: Внезапно пасть до уровня игрушки для ублажения чужих капризов... обидно.

Шэнь Моянь повидал слишком много прекрасных вещей, и его эстетический вкус был безупречен. Раз уж он взялся за дело, то ни за что не создал бы уродства. Спустя несколько часов бессмертный меч Чуньцзюнь преобразился до неузнаваемости. Впрочем, сам клинок остался прежним — Шэнь Моянь не стал покушаться на внутреннюю суть оружия, ограничив изменения рукоятью и ножнами. На рукояти, подобно белому ледяному клинку Чуньцзюнь, вырезали мелкие кристаллики льда для украшения, а на ножны нанесли узоры из застывшего за десять тысяч лет чёрного льда в виде сосулек разной длины и толщины, густо усыпавших их по всему периметру. Это полностью стёрло первоначальный вид бессмертного меча Чуньцзюнь.

Шэнь Моянь бросил видоизменённый бессмертный меч Чуньцзюнь в объятия Ци Байя и щелчком пустил внутрь клинка капельку духовной энергии:

— Эта искра энергии скроет подлинное дыхание духа самого меча Чуньцзюнь. Проследи, чтобы он сидел тихо.

Ци Бай тихо рассмеялся:

— Несомненно, буду свято чтить наставления наставника.

Он легонько щелкнул по бессмертному мечу Чуньцзюнь, после чего аура самого бессмертного меча изменилась: в чистую волну ци меча вплелась едва заметная леденящая стужа. Теперь посторонним стало бы куда сложнее распознать в этом оружии бессмертный меч.

Бессмертный меч Чуньцзюнь: Красавец есть красавец, вкусы у него куда лучше, чем у собственного хозяина.

http://bllate.org/book/26255/3144960