Готовый перевод Professional Substitute (Quick Transmigration) / Профессиональный дублёр: План по спасению от любви: Глава 9

Хотя выглядело это крайне ненадежно, Бай Му действительно был добросовестным исполнителем заданий.

Он с усердием и ответственностью изображал рухнувший мир человека, который внезапно осознал, что в глазах своего возлюбленного он всего лишь замена, и одновременно мысленно анализировал допущенные промахи.

Бай Му внезапно осенило:

— Система, братец, я понял!

— Ох... Всё потому, что твой старший брат слишком много повидал в этом мире...

— Излишняя талантливость — это тоже своего рода головная боль.

Система: «...»

Хоть она и не понимала, что именно «понял» её подопечный, но толщину этой наглости оценила по достоинству.

Тем временем Бай Му мысленно перебирал все ошибки, совершенные им по пути сюда.

Он держался слишком невозмутимо.

Неважно, увидел ли он лимитированную Мазерати прекрасной мисс Ду или вошел в этот фешенебельный ресторан, куда явно пускали далеко не каждого.

Бай Му вел себя чересчур спокойно — ему следовало бы выглядеть более скованным и испуганным.

Только тогда красавица Ду осознала бы, что они совершенно из разных кругов, и с нескрываемым раздражением попыталась бы отделаться от него с помощью денег.

И правда, нельзя давать себе «отпуск» на столь долгое время: подобных элементарных ошибок он не совершал уже очень давно.

...

Отыскивать ошибки нужно для того, чтобы впредь их не повторять, а не для того, чтобы погружаться в уныние от мысли: «Я оплошал».

Поэтому, найдя причину, Бай Му быстро взбодрился и попытался всё исправить.

...Например, правила поведения за столом.

Цю Байму наверняка не стал бы обращать на это внимания.

Стук суповой ложки о край фарфоровой чаши прозвучал хоть и всего пару раз и не резал слух, но в ушах старшей мадемуазель Ду это, должно быть, выглядело верхом невоспитанности.

— Таковы были мысли Бай Му.

Однако человеческие впечатления порой столь странны: поскольку первое впечатление о юноше было вполне неплохим, Ду Даньи теперь видела в его манерах лишь наивную и трогательную простоту.

Бай Му: «...»

Провалилась она сквозь землю, эта наивная простота!

Бай Му даже захотелось прямо на месте продемонстрировать прекрасной мисс Ду, как ловко он умеет голыми руками разделывать крабов и чистить креветки... Но, вспомнив, что у этого тела аллергия на морепродукты, причем довольно тяжелая, он немного поколебался и всё же отказался от этой затеи.

В конце концов, это всего лишь побочный сюжет, и рисковать ради него жизнью не стоило.

В атмосфере странной, но дружелюбной неловкости Бай Му и Ду Даньи завершили трапезу, причем Бай Му даже разжился визитной карточкой прекрасной мадемуазель и уверениями: «Если что-то понадобится, можешь обратиться ко мне».

Бай Му: «...Мне всё же кажется, что здесь что-то не так».

Когда они уже собирались уходить, им случайно встретился старый знакомый.

С улыбкой на персиковых глазах, а под руку — хорошенькая девица.

Завидев этого человека, Бай Му инстинктивно захотел спрятаться, но, воочию убедившись, что тот бросил спутницу и направляется прямо к ним, ему пришлось скрепя сердце поздороваться:

— Старший товарищ Ду.

Собеседник удивился куда сильнее:

— Бай Му?! Ты что здесь делаешь?

Задав вопрос, Ду Цинцзи перевел взгляд на стоявшую рядом девушку и озадаченно протянул:

— Сестра? Вы...

— С чего это эти двое вместе?

Ду Цинцзи мгновенно догадался в чем дело: его сестрица еще пару дней назад расспрашивала его о Му Цюбае и Гу Сы, а теперь вот разыскала Бай Му — причину не нужно было даже гадать.

Лицо его вмиг помрачнело, он бесцеремонно шагнул вперед, заслонив собой Бай Му:

— Сестра, те дела с ним никак не связаны! Зачем ты к нему пристаешь?!

Ду Даньи изначально испытывала перед Бай Му некое чувство вины, но теперь, после нападок этого горе-братца, ее внезапно разобрал сердитый смех.

Скрестив руки на груди, она вздернула подбородок:

— Ну-ка, объясни мне, что я такого сделала?

Ду Цинцзи не удостоил сестру ответом — уставившись в упор на их столик, он резко повернулся к Бай Му:

— Ты что, ел?!

У Бай Му появилось нехоро предчувствие:

— ...Только кашу пил.

На вкус каша была вполне ничего, неужели...

Реакция Ду Цинцзи подтвердила это самое «неужели»: его лицо мгновенно сменило синеву на черный оттенок. Одним движением подхватив парня на плечо, он выволок его прямо к клумбе у входа и, засунув пальцы в рот, заставил его выблевать съеденное.

Бай Му отбивался, пытаясь его оттолкнуть: мать твою, я и сам бы смог! У этого мерзавца хватка просто зверская! Решил отомстить мне, да?! Черт, черт, неужели ему самому не противно?!

Тем временем Ду Даньи выбежала следом на своих шпильках. Глядя на эту сцену, она побледнела так, что даже плотный слой пудры не мог этого скрыть:

— Ду Цинцзи, какого чёрта ты творишь?! Думаешь, я бы стала его травить?!

Тон Ду Цинцзи был на удивление ледяным:

— У него аллергия на морепродукты. Сестра, вызывай скорую, и заодно спроси у официанта, есть ли здесь какие-нибудь лекарства.

Бай Му: «...»

Когда раздался заунывный вой «уи-уу, уи-уу» прибывающей машины скорой помощи, в голове у Бай Му образовалась абсолютная пустота.

— Можно ли пасть еще ниже?!

В этот ресторан... да он сюда ни за что в жизни больше не сунется!

Благодаря тому, что помощь подоспела вовремя, ничего страшного с Бай Му не случилось — разве что по всему телу высыпала мелкая красная сыпь, которая еще нескоро сойдет, придавая ему довольно жутковатый вид.

Впрочем, сам Бай Му смотрел на вещи философски.

Раз уж генеральный директор Гу всё равно отсутствует, это лицо ему сейчас без надобности.

...Если вдуматься, прозвучало несколько двусмысленно, но смысл именно таков.

Ду Даньи подошла, чтобы принести извинения, однако Бай Му считал, что в конечном счете виноват он сам, проявив невнимательность: на столе половина блюд состояла из морепродуктов, и перед тем, как заказывать кашу, ему следовало бы расспросить обо всем подробнее.

К тому же, развегожемовешиватьвсегрехинапрекраснуюдаму?

Бай Му, который считал себя человеком с хорошими манерами, мягким шепотом произнес несколько успокаивающих слов и быстро вернул улыбку на лицо собеседницы.

Наблюдая за этим фальшивым подопечным, Система холодно усмехнулась:

— Ха, мужики.

Бай Му:

— Системка, как у тебя вообще совести хватает подавать голос? Лучше на себя посмотри — займись-ка самоанализом!

Система: ??

Какое отношение она имеет к этому бардаку с баллами?

Проводив прекрасную мадемуазель, Бай Му с облегчением выдохнул и, немного поколебавшись, взял в руки телефон.

По сюжету здесь предполагался небольшой эпизод: пока генеральный директор Гу с возлюбленным изливают друг другу души, его ревнивый дублер настойчиво названивает ему.

Событие не то чтобы важное, но оно служит для того, чтобы подчеркнуть назойливость заместителя, а заодно лишний раз напомнить: сколько бы дублер ни старался, он всё равно останется лишь бледной тенью, не стоящей и единого волоса истинного избранника.

Бай Му сделал три звонка подряд, но во всех случаях шли длинные гудки, пока вызов не сбрасывался из-за отсутствия ответа.

Бай Му слегка утомился и завел с Системой торгоргацию:

— Системка, не могла бы ты настроить автодозвон? Дел-то на одну программку...

Система ответила, что оказывает помощь исключительно на платной основе.

Бай Му: «...»

Эх, эта послушная Системка, которую можно было расколоть любой шуткой, тоже испортилась.

Бай Му тихонько пробормотал себе под нос:

— Жадина.

И послушно продолжил набирать номер вручную.

...

— Хватит.

Сверху внезапно раздался низкий, хриплый голос. Бай Му от неожиданности подпрыгнул так, что чуть не выронил телефон, который от испуга едва не улетел куда-то в сторону.

Другая рука, с отчетливо выступающими суставами пальцев, перехватила аппарат в воздухе и решительным движением нажала кнопку сброса.

Бай Му поднял голову и пару раз медленно моргнул:

— Старший товарищ Ду?

Ду Цинцзи поиграл телефоном, подбрасывая его в руке, заставив сердце Бай Му замереть от страха.

Брат ты мой хороший, ты хоть поймай его как следует.

После расходов на болезнь и недавнего угощения он только что потратился, и если этот телефон разобьется, у него попросту не останется денег на покупку нового.

— Вскоре его выметут отсюда пинком под зад, так что ему нужно поберечь деньги хотя бы на арендную плату.

Заметив, как взгляд Бай Му неотступно следует за траекторией полета телефона, Ду Цинцзи издал короткий смешок.

У него был необычный тембр голоса, и когда он так смеялся, приглушая звук в самом горле, у окружавших мурашки бежали по коже.

— Стар-ший... тов-арищ... Ду? — с расстановкой произнес он.

Бай Му поджал губы и молча отвлекся.

Ду Цинцзи снова качнул старенький аппарат в руке и с издевкой в голосе протянул:

— Прошло уже три года, а ты всё еще помнишь ту дурацкую историю? Неужели до сих пор не отпустило?

Под «дурацкой историей» он имел в виду то признание в любви, которое Ду Цинцзи когда-то сделал ему.

Бай Му блуждал взглядом по сторонам, делая вид, что избегает смотреть на собеседника.

В своем море сознания он в это время вещал:

— Системка, ты только погляди на этого непостоянного мерзавца! Три года назад клялся в вечной любви, а что теперь? ...Ха, мужики...

А Ду Цинцзи продолжал гнуть свое:

— Сколько времени уже утекло, я успел завести не один роман...

Эти слова звучали более чем убедительно: Ду Цинцзи выглядел человеком, у которого никогда не было недостатка в поклонниках и поклонницах.

Каждая клеточка его тела, вплоть до кончиков волос, буквально кричала: «Я неотразим», «Не хочешь ли попробовать?».

Насчет романтических чувств сказать трудно, но вот партнеров по постели у него наверняка предостаточно.

В былые времена Бай Му и впрямь принимал этого человека за «приличного старшекурсника» — видать, тогда его глаза здорово подвели.

— Или... ты всё это время не мог меня забыть? И теперь... наконец разглядел мои достоинства?

Бай Му мысленно сплюнул.

Ду Цинцзи неожиданно подался вперед, заставив Бай Му едва ли не рефлекторно залепить ему пощечину.

— Чего это он вдруг перестал притворяться?!

У Бай Му и впрямь слегка заболела голова: столкнись он с подобным типом раньше, давно бы уже привел его в чувство самыми жесткими методами.

Но у характера Цю Байму действительно имелась своя ахиллесова пята.

Когда с этим ходячим источником феромонов было наконец покончено, морально истощенный Бай Му рухнул на больничную койку, потеряв всякое желание даже прикасаться к телефону.

— Главное — баллы за задание уже поступили на счет.

Как только Ду Цинцзи вышел из палаты, улыбка мгновенно исчезла с его лица. Выражение стало непроницаемым и даже приобрело некий мрачноватый оттенок.

Он некоторое время постоял у двери палаты и, убедившись, что Бай Му больше не совершает никаких активных действий, лишь тогда слегка разгладил напряженно сдвинутые брови.

В этот момент его настроение странным образом совпало с настроением его сестры.

— Этот подонок Гу Сы пусть лучше катится к своему Му Цюбаю и сидит с ним в обнимку.

#ДуДаньи: Нет, я не при чем, это всё не я!

В то же самое время, в другой больнице.

Гу Синюй вышел из палаты, бесшумно притворив за собой дверь.

Му Цюбай тут же бросился к нему навстречу:

— Моя мама...

Гу Синюй понизил голос:

— Тетушка Му заснула.

Му Цюбай сдавленно всхлипнул и кивнул. Сделав несколько шагов по коридору, он вдруг будто опомнился:

— Брат Юй, твой телефон.

Протягивая аппарат, он сделал несколько неестественно зажатое движение.

Впрочем, мысли Гу Синюя были целиком поглощены состоянием тяжелобольного старшего родственника, поэтому он не обратил внимания на подобные мелочи.

Поблагодарив, Гу Синюй между делом поинтересовался:

— Кто-то звонил?

Пальцы Му Цюбая, только что убравшие руку, резко дрогнули, однако на лице не дрогнул ни единый мускул. Тихим и ровным голосом он ответил:

— Никто.

Гу Синюй и сам не понимал, зачем задал этот вопрос; быть может... в глубине души он чего-то ждал?

Отогнав эти мысли, он с тревожным сердцем взглянул на дверь палаты, а затем перевел взгляд на бледного юношу рядом с ним.

Поколебавшись, Гу Синюй протянул руку и мягко хлопнул Му Цюбая по плечу:

— Завтра приезжает доктор Юй Чжэнфан из провинции Юй, он специалист в этой области, так что... с тетушкой Му всё будет хорошо...

Му Цюбай опустил ресницы, тихо прошептал — «угу», а затем подался вперед, намереваясь обнять Гу Синюя...

Но тот уперся ладонью ему в плечо, удерживая на расстоянии.

Му Цюбай замер:

— Брат Юй?

Гу Синюй: «...»

Помолчав мгновение, он произнес: «Я пойду расспрошу врача», — и, поднявшись, направился прочь.

В это мгновение в его памяти внезапно всплыло лицо того мальчика, который смотрел на него снизу вверх, и в темных глазах отражался весь его облик.

Инстинктивно он попытался загородиться от этого образа.

...

Позади Му Цюбай стоял с посиневшим лицом, а его сжатые в кулаки руки слегка подрагивали.

http://bllate.org/book/26261/3145695