Десять лет назад Бессмертный Владыка Мира Культиваторов пал в битве на Утесе Уван.
В ту ночь над Горой Уван бушевала гроза, и земля содрогалась. Говорили, что небеса проливали кровь, а земля стонала, и даже бесчисленные духовные звери в радиусе тысячи ли в страхе пали ниц, не смея поднять головы.
А все из-за того злодея, что вверг Мир Культиваторов в пучину хаоса и крови. Он не ведал ни жалости, ни совести, и на его руках была кровь стольких невинных, что ее не смыло бы ни одно озеро.
В ту ночь этот демон наконец встретил свой конец.
С тех пор прошло десять лет.
За это время Мир Культиваторов пережил немало потрясений: одни секты увядали, другие поднимались из пепла, новые таланты сменяли старых. Но о битве на Утесе Уван помнили все, и имя того демона по-прежнему внушало суеверный ужас.
Но никто не ведал, что человек, которого все считали погибшим, чье тело должно было развеять ветром над бездной, на самом деле открыл глаза в заброшенной лачуге на окраине какой-то богом забытой деревушки.
Он был беден, болен и не помнил абсолютно ничего.
Ни своего имени, ни того, кем он был, ни даже того, как здесь очутился.
Прошло еще немного времени, и этот самый демон, чье имя некогда заставляло плакать детей по всей Поднебесной, сидел на пороге покосившегося дома, озадаченно чесал затылок и размышлял, где бы раздобыть немного риса на ужин.
– Эй, Сянь Дэн, ты опять бездельничаешь? – раздался звонкий голос откуда-то со двора.
Парень, которого звали Сянь Дэн, вздрогнул и торопливо поднялся на ноги.
К нему быстрым шагом приближался молодой человек в синих одеждах — его случайный знакомый, которого он подобрал по дороге, или, скорее, который подобрал его, когда Сянь Дэн в одних лохмотьях блуждал по лесу, пытаясь понять, почему у него так странно гудит в голове.
Этот человек отрекомендовался как Тан Цилэ.
– И вовсе я не бездельничаю, – пробормотал Сянь Дэн, виновато улыбаясь. – Я… я просто размышляю о высоком.
– О высоком он размышляет, – фыркнул Тан Цилэ, подходя ближе и бросая на землю небольшой сверток. – Лучше бы подумал о том, как мы завтра будем расплачиваться за ночлег на постоялом дворе. Хозяин уже косо на нас смотрит. Думаешь, раз ты такой красивый, тебе все всё даром отдадут?
Сянь Дэн подхватил сверток, развернул его и с восторгом обнаружил внутри пару лепешек и немного вяленого мяса.
– О, Цилэ, ты просто ангел! – искренне восхитился он. – Клянусь, если разбогатею, куплю тебе целый мешок таких лепешек!
– Уж лучше помоги мне найти Е Юй и остальных, – закатил глаза Тан Цилэ. – Мы и так потеряли слишком много времени. Говорят, на севере снова неспокойно. Кто-то заявляет, что видел следы тех самых проклятых культиваторов из секты… в общем, неважно. Главное, нам нужно спешить.
Сянь Дэн послушно кивал, хотя в глубине души чувствовал странное, смутное беспокойство. Каждый раз, когда Тан Цилэ или кто-то еще говорил о культиваторах, у Сянь Дэна в груди начинало неприятно колоть, будто его сердце пыталось вспомнить что-то ужасное, от чего он предпочел бы навсегда избавиться.
Но память молчала. Пустота в голове была такой же гулкой и холодной, как та бездна на Утесе Уван, о которой шептались бродячие торговцы.
В то же время, за тысячи ли от этой бедной деревушки, в роскошных покоях, усыпанных драгоценными камнями и окутанных ароматным дымом редчайших благовоний, сидел молодой человек.
Его лицо было бледно, как фарфор, а черные волосы рассыпались по плечам тяжелым водопадом. В его глазах застыло выражение холодной, непреклонной ярости, смешанної с чем-то еще — темным, глубоким и болезненным.
Это был Лань Сюэхуай.
Перед ним на низком столике лежал старый, потрепанный меч со сколотым лезвием.
– До сих пор нет новостей? – тихо спросил Лань Сюэхуай. Стоявший неподалеку слуга тут же низко склонил голову.
– Молодой господин… Мы обыскали каждый дюйм у подножия Утеса Уван. Ни следов тела, ни следов души. Там… ничего не осталось. Но люди говорят, что видели кого-то похожего на…
– Чушь! – оборвал его Лань Сюэхуай, и голос его прозвучал так остро, что слуга судорожно втянул воздух. – Он не мог просто исчезнуть! Даже если от него осталась лишь горстка пепла, я найду каждую песчинку!
Лань Сюэхуай протянул руку и коснулся холодной рукояти меча. В памяти всплыл тот день, тот самый удар, та страшная сцена на краю обрыва, от которой сердце до сих пор сжималось в тиски.
– Ты думал, что сможешь просто так уйти от меня, умерев? – прошептал он в пустую тишину комнаты, и по его губам скользнула зловещая, полная горечи улыбка. – Не надейся. Даже если ты сбежишь на край света, я достану тебя из-под земли.
Где-то в этот самый момент Сянь Дэн за сотни ли оттуда громко чихнул, растерянно потирая нос.
– Ой, матушка… – пробормотал он, глядя в ночное небо, усыпанное равнодушными звездами. – Кто это меня вспоминает? Надеюсь, не кредиторы.
http://bllate.org/book/26264/3146000
Сказали спасибо 0 читателей