— Хозяин, продолжаешь учиться? — с трудом переводя тему, произнесла Система.
Линь Ся посмотрел на тестовые задания и на интерфейс Системы: наконец-то ноль превратился в два балла. На сердце зародилось странное чувство выполненного долга. Подняв учебный лист, он с трудом произнес:
— Система, неужели нет ничего, что помогло бы улучшить концентрацию внимания?
Система взглянула на его жалкие крохи баллов, скрипнула зубами и крайне жалостливо протянула:
— Я могу заранее открыть режим самостоятельной работы, где скорость течения времени по сравнению с внешним миром составит два к одному, но за каждый час будет списываться один балл.
В душе Линь Ся обрадовался:
— Нельзя ли уменьшить стоимость в баллах?
— Хозяин, нельзя же быть таким ненасытным! Этот учебный зал расходует большую часть энергии Системы на предварительное открытие, один балл — это уже предел.
— Самое прекрасное качество человечества — это ненасытность, а пределы существуют для того, чтобы их нарушать. Подумай, ведь это взаимовыгодная ситуация: продаем больше по меньшей цене. Если будет дешево, я наверняка стану чаще приходить в учебный зал, а значит, и учиться буду гораздо больше, верно?
Система постыдно поддалась искушению и уныло произнесла:
— Хозяин, с твоим красноречием прямая дорога в дискуссионный клуб, пропадаешь ведь. Ноль целых шесть десятых балла — и ни капли меньше.
— Благодарю за похвалу. Доделаю упражнения из параграфа — и засяду.
Задания, оставленные Ли Жонань, варьировались от простых к умеренно сложным, создавая ощущение вызова. Большинство вопросов не отличались особой трудностью, и незаметно пролетело еще полчаса. Система молча отключила звуковое оповещение: пожалуй, ей стоило умолчать о том, что по внутренней шкале Системы эти задачки тянули едва ли на половину балла. Редко когда удавалось увидеть, как хозяин с таким давним удовольствием погружается в учебу.
Линь Ся отложил ручку и потер затекшую шею:
— Система, почему ты не подсказала, что я занимаюсь уже столько времени?
— Динь~ Включение автоматического оповещения Системы: абонемент на месяц — десять баллов, одно напоминание — ноль целых пять десятых балла. Хозяин, подтверждаете активацию?
— Пожалуй, не надо, дорого.
— Сяо Ся, не переутомляйся так сильно. Врач сказал, если процесс заживления пойдет хорошо, уже совсем скоро сможешь выписаться. Посмотри, что это?
Линь Хэнго говорил мягким тоном и извлек из файла ярко-красное уведомление о зачислении, бумага выглядела невероятно солидно.
Это была знаменитая здешняя экспериментальная школа, куда, разумеется, все стремились прорваться изо всех сил. Хотя оценки прежнего владельца тела были неплохими, до поступления туда ему все же не хватало уровня. Оставалось лишь гадать, сколько сил потратил дядя прежнего владельца ради этого извещения.
В сердце Линь Ся поднялась волна вины, и Система, словно заметив его мысли, произнесла:
— Хозяин, если ты расскажешь ему, возможны лишь два исхода: первый — он не поверит, решит, что у тебя проблемы с головой и ты снова несешь бред; второй — он поверит и будет вечно жить с чувством вины перед старшим братом и племянником.
— Не нравится? — Увидев, что мягкий, похожий на пушинку ребенок едва ли не плачет, мужчина средних лет помрачнел и растерялся, чувствуя, как уведомление в его руках обжигает пальцы. Но он не умел подбирать трогательные слова и лишь повторял одну бессильную фразу:
— Не плачь.
Ли Цуйпин, наблюдавшая за всем со стороны, не выдержала, вошла внутрь и бросила взгляд на мужа, а затем, смягчив свой обычно грубый голос, ласково произнесла:
— Сяо Ся, не бери в голову, тетя знает, как ты любишь учиться. Мы давно уже договорились с людьми насчет этого. То, что случилось с тобой и Сяочжоу — вина Сяочжоу. Тетя не скажет, что совсем беспристрастна, но кое-что соображает. Простишь ты его или нет — твое личное дело, но добро, которое мы тебе делаем, никак не связано с Сяочжоу. Считай это запоздалым подарком на день рождения.
С этими словами она украдкой ущипнула Линь Хэнго, и тот торопливо закивал:
— Да-да, Сяо Ся, тебе нужно хорошенько восстановиться, а потом со спокойной душой и радостью идти на учебу.
Линь Ся чувствовал, что бумага о зачислении невероятно тяжела, и впервые сам завел разговор о той автомобильной аварии:
— Денег на медицинские расходы еще хватает?
Они обрадовались и поспешно ответили:
— Не переживай насчет больничных расходов. Запись с камер железобетонная, эти люди гарантированно сядут на несколько лет, компенсации на лечение хватит. Просто в последнее время было хлопотно, ничего страшного.
— Да, Сяо Ся, не бойся, ведь рядом тетя и твой дядя!
Оба старались преуменьшить масштаб проблем и обошли тему стороной, на их лицах не было заметно никаких тревожных признаков.
Линь Ся знал, что они лгут. Незадолго до этого Система передала ему обстановку в семье Линь, и положение дел было мягко говоря скверным. Во-первых, адвокат, с которым заранее договорились о защите, в самый последний момент изменил решение. Дяде Ли уже перевалило за сорок, он всю жизнь горбатился на стройках, но его уволили, а в таком возрасте найти работу крайне трудно. Магазинчик с закусками, который с таким трудом содержала тетя Ли, конфисковали, запретив продолжать торговлю. Дошло даже до угроз отчислить Линь Чэньчжоу из учебного заведения — и все это лишь потому, что они стояли на своем, требуя через суд наказать подонков, погубивших прежнего владельца тела.
Линь Ся невольно вспомнил собственных родителей: они тяготились обществом друг друга, их брак носил чисто политический характер — лишь вывеска без содержания, а родственники вечно плели интриги. На самом деле Линь Ся давно уже ничего от них не ждал. Даже если бы дядя Ли сдался и пошел на примирение, парень не стал бы осуждать его, ведь для них подобное уже было огромным шагом.
Линь Ся вздохнул, и на его лице появилась легкая, отрешенная улыбка:
— Нет, я просто слишком рад. Я очень счастлив, спасибо, дядя Ли.
— Вот и хорошо. Если что-то гложет, не держи в себе, скажи тете. Тетя всегда на твоей стороне, мы же одна семья, верно?
— Да, одна семья. — Линь Ся серьезно кивнул и впервые прервал затянувшееся молчание вопросом: — Как дела дома? Дяде и тете тоже нужно беречь себя.
Они обрадовались еще сильнее: больше всего на свете они боялись, что из-за истории с Сяочжоу Сяо Ся затаит на них обиду. Они понимали, что трещина неизбежна, и не требовали слишком многого, но это был прекрасный знак.
Тетя Ли без умолку обо всем рассказывала. Она умела вести беседу: самое простое происшествие в ее устах оживало, обретая яркие краски, и время от времени дядя Ли вставлял короткие одобрительные реплики. Хотя говорила в основном она одна, слушать было совсем не скучно.
Даже зашедшая сменить повязку медсестра прониклась царившей здесь атмосферой тепла и с улыбкой вставила пару слов.
— Сяо Ся, отсыпайся, мы зайвестим тебя в другой раз. — Тетя Ли подоткнула за него край одеяла и не преминула напомнить: — Горячая вода в тумбочке, пей понемногу, не спеши.
— Угу. — Дождавшись, пока они уйдут, он обратился к Системе: — Система, включи видеонаблюдение со звуком.
— Требуются баллы...
Система еще не успела договорить, как Линь Ся оборвал ее:
— Списывай напрямую.
— Хорошо, один балл успешно списан.
Линь Ся проводил их взглядом до закрывшейся двери. Линь Хэнго и его жена направились не сразу домой, а к лечащему врачу. На больничной коридоре они тихо переговаривались:
— Что же делать с оплатой лечения Сяо Ся? Боюсь, те люди не захотят платить, станут тянуть время. К тому же за нас расплатилась молодая девушка, совесть не на месте. Они добиваются нашего согласия на примирение, только тогда обещают внести деньги, я боюсь...
— Что бы ни случилось, сбережения, что мой брат оставил Сяо Ся, трогать нельзя ни в коем случае!
— Это я и сама понимаю, ведь твой брат с женой столько нам помогали, я не опущусь до того, чтобы тратить эти деньги. Просто боюсь, как бы те люди не сотворили какую-нибудь подлость, что тогда делать Сяо Ся и Сяочжоу?
— Завтра я снова пойду к ним. Даже если придется унижаться и просить, я соберу деньги на лечение Сяо Ся... У моего брата остался единственный сын, он был для них дороже всего на свете. Глядя на Сяо Ся, мне все время кажется, будто тот ребенок в автокатастрофе...
— Что за бред ты несешь, тьфу-тьфу-тьфу, дурные слова! Иди выбивай деньги, но будь осторожен, кто знает, на что они способны. Нет, я пойду с тобой.
— Не переживай, я же мужчина, что со мной случится? Лучше присмотри за Сяо Ся.
Они завернули за угол и тихо постучали в дверь, больше не возвращаясь к прежней теме.
— Хозяин, продолжаешь смотреть? — поинтересовалась Система.
— Выключай. — Линь Ся прислонился к подушкам и рассеянно водил кончиком ручки по странице, оставляя цепочку точек.
— Хозяин, и что ты намерен делать?
— Подать жалобу на уклонение от уплаты налогов? Или сообщить о бандах вымогателей?
— Хозяин, для начала тебе понадобятся компьютер, деньги и знакомый хакер.
Линь Ся перевел взгляд на Систему.
— Ни за что! Хозяин, даже не думай об этом! — Система настороженно сменила форму прямоугольника на круг.
— Система~ — Юноша, чей голос еще не до конца сломался из-за позднего взросления, понизил тон, придав ему максимально невинное звучание. — Ты же у меня самая лучшая, Тун-тун.
— Во-первых, меня зовут не Тун-тун, а 886. Во-вторых, нашей Системе запрещено напрямую вмешиваться в мир хозяина: стоит только обнаружить нарушение, как и Система, и хозяин будут уничтожены. Существа и творения из высших измерений подчиняются мириадам законов, и важнейший из них гласит: запрещена культурная экспансия в миры низших измерений. Исключение составляют лишь технологии, которые хозяин осваивает посредством самой Системы, поэтому мы всячески поощряем самостоятельное овладение технологиями, превосходящими уровень этого мира. Так что, хозяин, тут я бессильна.
— Система, какая же ты бесполезная, от тебя толком никакого проку.
— Хозяин, ты и сам ни на что не годен, худший из всех хозяев, с кем мне доводилось работать! Впрочем, Система поддерживает функцию обмена баллов на реальные юани, не хочешь обдумать предложение?
— Не хочу. — Линь Ся отвернулся. — Вот если бы деньги можно было менять на баллы, я бы еще подумал.
— Не мечтай, ложись-ка спать лучше.
http://bllate.org/book/26290/3148687
Готово:
