Готовый перевод The Whole Empire Begs Me to Revive / Вся империя молит меня о воскрешении: Глава 15

Клан Тао отличался от других знатных семей. Возможно, из-за их особого положения, к архитектуре здесь относились с особым вниманием, стараясь подчеркнуть атмосферу: парк был спроектирован в стиле классического сада, изящного, элегантного и наполненного искусными дизайнерскими решениями. Прогуливаясь здесь, чувствуешь себя так, будто переместился сквозь тысячи лет, и в какой-то момент кажется, что ты вернулся в ту древнюю и таинственную восточную страну.

Это место почти не изменилось с тех пор, как он был ребенком. Следы, оставленные им в детстве от баловства на столбах беседки, все еще были на месте, да и общая планировка дворов не претерпела особых перемен.

Миновав несколько тропинок, усыпанных опавшей желтой листвой, котик быстро направился к двору, где, по его воспоминаниям, проживала Тао Сяосяо.

Однако, когда маленькие лапки с розовыми подушечками ступили в крытую галерею, он странным образом замер на месте.

Хм? Кажется, впереди кто-то ссорится?

Котик вытянул свои пушистые ушки и начал открыто подслушивать чужой разговор.

— Потратить 300 тысяч на рисунок из интернет-магазина с сомнительным происхождением — надо же было до такого додуматься. Если ты купила какую-то подделку, что мы будем делать, если она навредит нашему господину Хаю?

— Господин Хай, сегодня ваш день рождения, да и повод такой торжественный. Мисс Сяо Мэн не привыкла к обстановке такого высокого уровня, может, лучше отправить её домой отдохнуть пораньше?

— Верно, верно! В конце концов, мы сами можем составить вам компанию!

После этого щебетания послышался низкий мужской голос:

— Мэн Мэн, если совсем никак... может, я велю кому-нибудь отвезти тебя домой?

Сяо Мэн сжала края подарочной коробки, глядя на лежащий внутри набросок груши, и её глаза мгновенно наполнились слезами.

Она происходила из небогатой семьи, но связала свою жизнь с юным господином из влиятельного клана. С огромным трудом преодолев препятствия, чтобы быть вместе с любимым человеком, она думала, что теперь-то жизнь станет счастливой, но кто же знал, что это не конец, а лишь начало трагедии.

Разные взгляды на жизнь, несовпадающие идеалы, разные представления о тратах и кругозоре, к тому же её парень был невероятно тщеславен и постоянно чувствовал, что она позорит его.

Подобные ситуации случались уже бесчисленное количество раз. Она покупала что-то или делала что-то, полная ожиданий, надеясь получить одобрение, но всё всегда выходило боком, превращая её в посмешище в глазах окружающих и обузу для него самого.

Сяо Мэн, выглядя совершенно сломленной, вытерла слезы и прошептала едва слышно:

— Этот эскиз я купила вчера, вы можете открыть и посмотреть. Отзывы в сети очень хорошие, даже Тао Сяосяо хвалил его.

...Почему у меня от этих слов такое дурное предчувствие? Неужели всё так совпало, что я встретил своего клиента?

Котик моргнул и с любопытством высунул голову.

Стоило ему высунуться всего на пару сантиметров, как в загривке что-то кольнуло, и его подняли прямо с земли.

Человек позади был в черной железной маске с золотым узором, облаченный в черно-красные одежды. Уже от одного его вида веяло такой властностью, что это совсем не походило на прежний образ Имперского Живописца, из-за чего Си Циньинь чуть было не принял его за незнакомца.

Жун Юньцзин с серьезным выражением лица приложил длинный указательный палец к губам, призывая к тишине.

Котик: «...?!»

Что, Его Высочество Наследный принц, этот мастер актерской игры, тоже неравнодушен к подслушиванию чужих секретов?

Отбросив эту мысль, котик устроился на сгибе локтя Жун Юньцзина и, пользуясь удобным положением, продолжил наблюдать за спором неподалеку.

В галерее собралось немало людей — и мужчины, и женщины, большинство из них были роскошно одеты и держались свысока. Сяо Мэн стояла в окружении толпы, опустив голову и прижимая к себе коробку с подарком. В скромной одежде среди этих богатых и влиятельных отпрысков знатных семей она выглядела как гадкий утенок, совершенно не вписываясь в их круг.

Она с мольбой посмотрела на господина Хая, о котором все говорили, но тот лишь поджал губы и, проявив жестокость, отвел взгляд. Девушка сжала коробку ещё крепче, и свет в её глазах начал медленно гаснуть.

Девушка из знатного рода, одетая в платье в стиле лолита, насмешливо фыркнула:

— Ха, не смеши меня Тао Сяосяо. Даже мы, чьи семьи стоят ниже его, знаем, что покупать рисунки в сети — дело ненадежное. Чтобы получить картину с целебным эффектом, нужно идти в Ассоциацию Императорских Живописцев или на аукцион. Как Тао Сяосяо мог купить рисунок в интернете? Фотографии, которые ты видела, наверняка подделаны в Фотошопе.

Сяо Мэн опустила голову ещё ниже и всхлипнула:

— Но он выкладывал видео, где хвалил их...

Другая девушка перебила её, выкрикнув резким голосом:

— Люди из низов всегда такие невежественные! Даже видео можно подделать!

Над головой послышалось легкое фырканье, лоб ощутил тепло и легкое щекотание, а одновременно с этим раздался холодный насмешливый голос:

— Когда по Звездной Сети гуляют разного рода скандальные видео, вы никогда не сомневаетесь, что это подделка, а сейчас вдруг вспомнили, что видео можно редактировать? Поберегите силы. Вы ведь просто хотите унизить человека, к чему искать столько оправданий?

Котик замер, кончики его ушей дрогнули.

Эти слова... должно быть, речь о том самом видео, где его оклеветали, обвинив в использовании наемного художника.

Десятка полтора человек, стоявших в галерее, разом обернулись. Господин Хай нахмурился и настороженно спросил:

— Кто ты такой?

— Неважно, кто я. Важно — этот рисунок.

Голос Жун Юньцзина, должно быть, прошел через электронную обработку, звуча иначе, чем обычно: гораздо ниже и, конечно, куда опаснее.

Что значит этот рисунок?

Отпрыски знатных семей переглянулись, и их взгляды дружно устремились на Сяо Мэн — точнее, на коробку, которую она держала в руках.

Из-за всех этих событий подарок так и не открыли. Аккуратная квадратная коробочка, обернутая в дешевую бумагу и украшенная глупым, нелепым бантом — даже на вид этот рисунок казался копеечным.

Да и 300 тысяч — для обычных людей это огромная сумма, но для этих золотых деток, выросших в роскоши, — в лучшем случае стоимость чая с молоком.

Затем они перевели взгляды на кота в руках Жун Юньцзина. Обменявшись понимающими взглядами, они явно не смогли определить породу животного, и их лица мгновенно расслабились: очевидно, перед ними был очередной выскочка из низов, возомнивший о себе невесть что.

— Врешь и даже не краснеешь? — с пренебрежением произнес один из них. — Оберточная бумага даже не повреждена, ты даже не видел, какой рисунок внутри, так с чего ты взял, что он чего-то стоит?

Жун Юньцзин издал горловой смешок и, не удостоив его ответом, прямиком направился к Сяо Мэн.

С каждым шагом его давление становилось всё ощутимее, и к тому моменту, как он оказался перед девушкой, оно стало невыносимым для окружающих.

Тут началось неладное: лица многих присутствующих посерели.

— ...Почему я чувствую, что мне нечем дышать?!

— Отступите, иначе пострадаете!

Они отскочили на несколько шагов, со страхом глядя на Жун Юньцзина. Увидев, что Сяо Мэн стоит как ни в чем не бывало, их лица выражали ещё больший ужас.

Уметь так точно контролировать выброс духовной энергии — неважно, Императорский Живописец этот человек или воин, в любом случае это кто-то, с кем нельзя связываться.

Взглянув на кота в руках этого грозного человека через призму нового статуса, никто больше не считал его беспородным. Шерстка казалась гладкой, глаза — большими и глубокими, движения — грациозными, а выражение мордочки — невероятно осознанным. Даже дураку было ясно, что это не обычный питомец.

Пока все строили безумные догадки, сам котик, свернувшийся в клубок, чувствовал себя крайне неоднозначно.

Честно говоря, раньше подобные сцены с демонстрацией превосходства и воспитанием окружающих обычно разыгрывал он сам. Кто бы мог подумать, что после превращения в кота он встретит такого же мастера этого дела.

Нашел себе соперника.

Си Циньинь вновь осознал всю серьезность положения.

Под всеобщими взглядами Жун Юньцзин протянул руку к подарочной коробке и, словно обнаружив величайшее сокровище, нетерпеливо произнес:

— Сколько стоит этот рисунок? Я куплю его!

— ...?!!

Все застыли в оцепенении, растерянно глядя на коробку в руках Сяо Мэн.

Если даже такой таинственный и сильный мастер жаждет купить этот рисунок, значит, это стоящая вещь. В конце концов, они даже не открыли коробку — вдруг Сяо Мэн и правда нашла что-то ценное на Таобао?

От этой мысли их начало грызть любопытство, но, не смея идти на открытый конфликт, они могли лишь беспомощно наблюдать, как сокровище, которое могло оказаться у них в руках, переходит к кому-то другому.

Котик тоже занервничал, хотя причина его беспокойства была иной.

Ведь в коробке лежал его рисунок!

Обычные люди, возможно, не смогли бы отличить стиль Сы Шоу от стиля Си Циньиня, но Жун Юньцзин был фанатом со стажем.

Если он заполучит работы обоих псевдонимов и хоть немного сравнит их... он не мог поверить, что этот Цзинь Кунцюэ не догадается.

— Мяу-у-у-у!

Котик протянул жалобное мяуканье, пушистым хвостом раз за разом хлопая по маске на лице Жун Юньцзина: «хлоп», «хлоп» — несколько ударов подряд.

Си Циньинь хотел лишь поторопить Жун Юньцзина, чтобы они поскорее пошли на банкет и не ввязывались в эти неприятности. Теперь, когда всё так сложилось, он уже не надеялся встретить Тао Сяосяо в клане Тао — самым правильным решением было бы просто убраться отсюда.

Однако Жун Юньцзин явно не понял его намерений. Одной рукой прижимая кота к себе, другой он уверенно перехватил его хвост и слегка сжал, сказав:

— Не балуйся. Как только получим эту драгоценную картину, зайдем в Звездную Сеть и купим тебе кошечку в компанию.

— ... — котик вновь продемонстрировал выражение лица, означающее примерно «сдохни ты уже».

Жун Юньцзин поднял взгляд на Сяо Мэн:

— Сколько ты хочешь за него?

— А? — Сяо Мэн растерялась. — Я...

Господин Хай, чье лицо перекосило от злости, превозмогая давление, шагнул вперед.

Он положил дрожащую руку на коробку и неловко улыбнулся:

— Мэн Мэн, это ведь подарок на мой день рождения, я принимаю его.

С этими словами он попытался вырвать коробку.

Сяо Мэн, чье сердце было разбито, в этот момент среагировала молниеносно: она крепко прижала подарок к себе и с яростью в голосе воскликнула:

— Давай расстанемся! Я передумала, не подарю тебе это!

— Что? Ты... — господин Хай пытался сохранять невозмутимость, но дрожь в голосе выдавала его смятение.

Эта меркантильная женщина! Как же он ошибся в ней!

Господин Хай, окончательно потеряв терпение, решил отобрать подарок силой. У воина, разумеется, было больше физической мощи, и от его резкого рывка Сяо Мэн чуть было не улетела прочь вместе с коробкой. Если бы Жун Юньцзин безразличным движением не подхватил её за шиворот, девушка точно упала бы.

Сяо Мэн подняла глаза на Жун Юньцзина, её заплаканное лицо выглядело таким беззащитным. Господин Хай, придавленный аурой так, что почти опустился на колени, с трудом выпрямился и бросил на Жун Юньцзина злобный взгляд.

— Жди меня!

Группа людей собралась вместе и выглядела так, будто им было всё нипочем, но бежали они весьма позорно. Когда всё стихло и воцарилась тишина, котик со злости скрипнул зубами.

Притворяться свиньей, чтобы съесть тигра, унижать других, спасать красавицу — это всё должны были быть его сцены... Ах! Почему он стал котом, который не умеет ничего, кроме как мяукать?!

Ветер прошелестел в бамбуковой роще.

— Спасибо вам, — Сяо Мэн посмотрела на Жун Юньцзина. — В знак благодарности...

...я предложу вам себя?

Котик мысленно закончил фразу за Сяо Мэн и не преминул язвительно прокомментировать: «Истинный Имперский Лунный Свет, даже маска не способна скрыть притягательность его персоны...»

— Я подарю вам этот рисунок, хорошо? — покраснев, закончила Сяо Мэн.

Эта девушка оказалась скромнее, чем он думал... оказывается, всего лишь рисунок.

Постойте! Но ведь этот рисунок — работа его собственного псевдонима?!

Котик в ужасе распушился и слабо дрыгнул задней лапой, упираясь в локоть Жун Юньцзина.

Жун Юньцзин спокойно встряхнул кота и поднял другую руку, зависнув над коробкой. По этому жесту было непонятно, собирается он отказать или принять подарок.

— Мяу-у! Не бери этот рисунок...

Никогда ещё Си Циньинь так искренне не желал, чтобы его собственная работа не была принята.

От автора:

Дневник Цяо Цяо:

Сегодня спас девушку. Видя, как она унижается ради любимого человека, мне стало не по себе — словно увидел самого себя. Наверное, в глазах того человека я выглядел таким же ничтожным...

Дневник Мяу Мяо:

Черт возьми! Сегодня опять день, когда хочется убить этого Цзинь Кунцюэ!

（╯‵□′）╯︵┴─┴

http://bllate.org/book/26292/3148910