Готовый перевод Non-Human Rampage [Infinite] / Бесконечная игра: Когда нелюди правят миром: Глава 9

Вэнь Ушэн аккуратно сложил пригласительный билет и убрал его в карман ветровки. Вернувшись, он обнаружил, что Сунь Чэн пропал, и спросил:

— А он где?

Чжоу Юнь тихо ответил:

— Счел, что торчать здесь — только время терять, и отправился в крематорий проверять записи о кремации. Наверное, подозревает, что родители Чжан Сэнцинь соврали, и хочет это проверить.

Вэнь Ушэн кивнул:

— Тогда давай вернемся.

— Так быстро? А как же он? И к родителям Чжан Сэнцинь больше не пойдем? — удивился Чжоу Юнь.

Они ведь еще не придумали, как проникнуть в дом Чжан Сэнцинь, чтобы разобраться во всем подробнее.

Вэнь Ушэн задумчиво произнес:

— Мне нужно кое в чем убедиться.

Чжоу Юнь радостно воскликнул:

— Шеф, у вас появились соображения?

Он тут же вскочил на ноги и последовал за Вэнь Ушэном, чтобы попрощаться с Се Юанем. Перед уходом Чжоу Юнь посмотрел на Юань Чэна:

— Ты с нами возвращаешься?

Взгляд Юань Чэна замер на Вэнь Ушэне и Чжоу Юне на несколько секунд. Похоже, он немного колеблелся, но спустя мгновение все же покачал головой:

— Я лучше подожду его, он скоро должен вернуться.

Чжоу Юнь задал этот вопрос скорее для вида; убедившись, что тот отказывается, он вышел вместе с Вэнь Ушэном. Убедившись, что Юань Чэн больше не смотрит, он показал ему язык в спину:

— И впрямь носится с Сунь Чэном как с писаной торбой, надеется, что тот в ближнем бою его защитит? Совсем не боится, что Сунь Чэн прихватит его с собой на тот свет. Вот уж дурак, даже когда союзник сдохнет, не поймет, отчего это случилось.

— Юноша, умерь свой пыл, — произнес Вэнь Ушэн.

Чжоу Юнь вздохнул:

— Да меня просто бесит! За кого он нас держит? Шеф, а вы и вовсе, по-моему, совсем бесхарактерный...

Они сели на автобус, направлявшийся обратно, и Чжоу Юнь заговорил:

— Шеф, вы что-то узнали, когда болтали с Се Юанем? Вообще-то, с результатами Сунь Чэна можно было и подождать...

— Нет.

— Тогда почему?

Чжоу Юнь был искренне озадачен.

Выяснить, была ли кремирована тело Чжан Сэнцинь, крайне важно: вдруг Се Юань солгал, или же здесь кроется какая-то иная подоплека? Если Чжан Сэнцинь на самом деле не кремировали, они вполне могли провести обряд успокоения души прямо на месте и пройти уровень. А теперь они уехали на автобусе — не значит ли это, что они упустили свой шанс?

Вэнь Ушэн ответил:

— Кажется, мы сбились с пути.

— В смысле? — Чжоу Юнь остолбенел. До сих пор он считал, что их мыслительный ход предельно ясен. Будь то вывод о двойнике, сделанный на основе концовки «Два меня» и подставного лица, или расследование всего, что связано с двойником Чжан Сэнцинь.

Вэнь Ушэн покачал головой:

— На самом деле здесь есть одна очень странная вещь.

— Какая?

— Как я уже говорил раньше: почему призрак женщины первым делом не убил агента?

— Э? Но агент ведь тоже умерла, ее же разрезали на куски, разве нет?

— Суть не в том, что агент погибла, а в особенном моменте ее смерти.

— Что ты имеешь в виду?

Вэнь Ушэн спокойно пояснил:

— Призрак женщины прятался прямо в доме. Почему она не убила агента до того, как мы вошли? И не расправилась с ней, пока мы с ней разговаривали? Вместо этого она убила ее сразу после того, как мы вышли из кабинета агента! В чем разница между этими тремя вариантами? Или, иными словами, в чем разница в мотивах ее поступков?

Чжоу Юнь напряг все извилины:

— Если бы она убила ее до нашего прихода — это чтобы заставить замолчать. Если бы во время разговора — чтобы покончить со всеми нами разом. А если убила сразу после нашего ухода...

Голос Чжоу Юня оборвался, и он широко раскрыл глаза:

— Разница в том, что агент поговорила с нами! Это была дезинформация!

— Разве агент не сказала нам кое-что, что нас сбило с толку? Призрак женщины хотела, чтобы агент поговорила с нами, поэтому она специально позволила ей дотянуть до конца нашего разговора. Но она все равно убила ее, едва та закончила говорить, а это значит, что ее ненависть к агенту была невероятно сильна. Она вообще не собиралась ее отпускать — просто решила использовать, чтобы запутать нас!

— Верно, вот в чем соль, — кивнул Вэнь Ушэн.

Чжоу Юнь тут же принялся вспоминать: тогда агент наговорила им столько всего, информации в тот момент было слишком много, и он никак не мог сообразить, какая именно фраза оказалась ключевой.

— К тому же, есть еще один странный момент, — добавил Вэнь Ушэн.

Чжоу Юнь изумился:

— Еще один?

— Почему и Ван Тин, и агент были убиты Чжан Сэнцинь, но Ван Тин умерла от передозировки снотворного, а агента расчленили на куски?

— Точно! — пока Вэнь Ушэн не упомянул об этом, он как-то не задумывался, но теперь Чжоу Юнь остолбенел. — Если судить по степени ненависти, она должна была ненавидеть Ван Тин куда сильнее! С какой стати она оставила ее тело целым, а агента при этом разрубила на части?

Чжоу Юнь предположил:

— Может, способы убийства выбирались случайно?

— Не знаю. Именно поэтому я хочу вернуться и узнать, как погибли остальные жертвы. Находясь в провинции А, мы получаем лишь информацию, а не зацепки, — ответил Вэнь Ушэн.

— Вот почему ты вернулся, даже не дождавшись результатов!

Чжоу Юнь окончательно прозрел.

Именно здесь крылись подлинные сомнения и те вопросы, которые игроку действительно требовалось разрешить. А вот исследование дома Чжан Сэнцинь или выяснение того, сожгли ее труп или нет, даже близко не стояло на первом месте.

Путь успокоения душ теперь казался не более чем заманчивой приманкой, которая вытянула их из водоворота сомнений и бесчисленных улик и забросила в провинцию А, где не было никакого решения главной загадки.

Да, они приехали в провинцию А, узнали о том, как вампирски жила за счет девушки ее кровная семья, и даже выяснили, что между ней и Се Юанем был бурный и трагичный роман. Но вся эта информация оставалась лишь информацией — она никак не помогала им добраться до сути.

Объем информации бесконечен. Если захотеть, можно не только из кожи вон лезть, исследуя дом Чжан Сэнцинь, но даже отправиться в детсад, среднюю или старшую школу, где она училась, опрашивать каждого, с кем она пересекалась, и по крупицам, во всех подробностях, воссоздавать ее полную биографию.

Но этим должны заниматься историки, пишущие чью-то персональную автобиографию, а не они, те, кто стремится быстро разгадать загадку.

Чжан Сэнцинь — это большая лепешка, но им на самом деле требовалось лишь крошечное, но решающее семечко кунжута на ней.

Однако, если двигаться дальше так, как это делает Сунь Чэн, они просто пытаются нащупать форму самой лепешки.

Приехав в провинцию А, они возложили все надежды на то, что тело Чжан Сэнцинь не кремировали. Но ведь это событие... весьма сомнительное.

Не говоря уже о том, что тело вполне могли кремировать заранее, да и слова того высокочтимого монаха тоже не внушают доверия — мало ли. Подсказка в игре ведь не говорила напрямую: игрокам нужно найти останки Чжан Сэнцинь и провести обряд успокоения огнем. Всё это — лишь случайные происшествия по ходу сюжета, и прямой связи с их окончательной победой они не имеют.

Ради призрачной вероятности они незаметно упустили на сто процентов достоверную загадку. В то время как Чжан Сэнцинь вовсю творила свои злодеяния, они поддались на удочку четок, утешились обрядом успокоения душ и покинули самый эпицентр истории.

Они действительно сбились с пути.

Вэнь Ушэн потер браслет из человеческих костей на запястье:

— Вообще-то...

Уголки губ Чжоу Юня слегка дрогнули:

— ...Есть еще один странный момент, да?

Чжоу Юнь окончательно осознал собственную никчемность:

— Шеф, валяйте, говорите.

— Не пойми не правильно, эта поездка не была совсем уж бесполезной. По крайней мере, то, что Чжан Сэнцинь не захотела видеться с Се Юанем — тоже очень важная деталь.

— В смысле?

— Вернемся — узнаешь, — вздохнул Вэнь Ушэн. — Чжан Сэнцинь оказалась умнее, чем мы думали.

Чжоу Юнь смутно чувствовал, что Вэнь Ушэн уже до чего-то догадался.

...

Проехав несколько часов на автобусе и поймав такси, они наконец добрались до окрестностей студии Ван Тин глубокой ночью.

Оживленный район, который они видели в прошлый раз, сейчас был совершенно пуст. Лишь изредка с завыванием проносились полицейские машины, и звук их сирен напоминал плач бесчисленных душ.

Все патрульные машины направлялись к тому месту, где располагалась студия Ван Тин.

Многие сотрудники студии жили в жилом комплексе неподалеку.

Преследуя полицейские машины всю дорогу, они добрались до двора многоэтажки, и Чжоу Юнь остолбенел от открывшейся картины.

У входа в комплекс уже была натянута оранжевая лента. Сотрудники полиции выносили тела наружу, хотя то, что они выносили, уже едва ли можно было назвать телами: куски мяса с прилипшими к ним поверх обгоревшими обрывками одежды были рассованы по бесчисленным черным мешкам, и сквозь них смутно проступали волосы, превратившиеся в черную проволоку.

Двое полицейских волокли один черный мешок на двоих; мешок волочился по земле, оставляя на чистом асфальте двора след из смеси крови и гноя, а в воздухе стоял смрад гари и тухлятины.

Некоторые стражи порядка не выдерживали и их тошнило. Остальные жильцы комплекса один за другим выбегали из подъездов, кто-то визжал, кто-то спасался бегством, и в этот момент на улице воцарился полный хаос.

Люди из комплекса бежали наружу, зато со стороны зевак набегала целая толпа. В домах напротив во всех окнах загорался свет, жильцы выглядывали со своих балконов, и в мгновение ока вокруг поднялся невообразимый гвалт.

Какая-то пожилая женщина в красках и с брызжущей изо рта слюной описывала происходящее окружившим ее зевакам:

— Знаете что? Я сама живу в этом доме! Все те, кто работал в студии Ван Тин и жил здесь, мертвы! Видели эти мешки? Там сплошное мясо!

— Я живу прямо по соседству, чуть от страха не померла, когда услышала эти крики! Хорошо хоть сплю чутко и соображаю быстро!

Чжоу Юнь на миг потерял дар речи:

— Се Юань и вправду не соврал?.. Неужели Чжан Сэнцинь способна на такую жестокость?

Работники студии, возможно, в той или иной степени смотрели на Чжан Сэнцинь свысока, но устраивать поголовную резню — это чересчур жестоко.

Прошло всего несколько часов с момента их ухода, а смерть уже коснулась даже этих второстепенных людей. Можно только догадываться, что те, кто был виновен куда сильнее, погибли от рук Чжан Сэнцинь еще раньше.

Вэнь Ушэн бросил взгляд на экран телефона: судя по всему, масштаб бедствия был слишком велик, и чтобы не сеять панику, новости полностью заглушили — на крупных медиаплатформах царило гробовое молчание.

Если бы они не вернулись, то не узнали бы обо всем этом ни единого слова.

— Почему ей позволено устраивать такую бойню? — Чжоу Юнь никак не мог взять в толк, и от этих мыслей ему становилось только страшнее.

С таким темпом убийств, как у Чжан Сэнцинь, не пройдет и нескольких дней, как все халявщики в этом городе отправятся на тот свет.

Через пару месяцев город превратится в мертвую пустыню.

Только за эту одну ночь Чжан Сэнцинь убила по меньшей мере несколько сотен человек.

— Русалочка прекраснее всего в мгновение перед тем, как раствориться. А момент, когда разворачивается взрыв — это и конец, и начало, — ответил Вэнь Ушэн.

Чжоу Юнь не понял этой туманной, похожей на стихи фразы.

К ним подошел полицейский:

— Вы как-то связаны с этой студией? Если да, вас необходимо изолировать для обеспечения безопасности.

— Нет, — покачал головой Вэнь Ушэн. — Но у нас есть знакомые, которые знали людей отсюда, поэтому, услышав о происшествии, мы немного забеспокоились и хотели узнать, как обстоят дела.

Полицейский сказал:

— Начиная с вечера и до сих пор, всего за несколько часов, все, кто был связан с фильмом «Два меня», погибли. Если вы знакомы с кем-то, кто имел отношение к этой картине, обязательно предупредите их об опасности и отправляйте в участок под защиту. А если вам здесь больше нечего делать — живо отбывайте...

Вэнь Ушэн схватил полицейского за руку и спросил:

— Как вы думаете, кто это сделал?

Не успел полицейский и рта раскрыть, как та самая пожилая женщина возбужденно выпалила:

— Ван Тин! Сто процентов Ван Тин! Она стала призраком!

Стоявший рядом перепугано спросил:

— С чего вы взяли?

— Да вы вспомните! Первой-то несчастье постигло Ван Тин! И что в итоге? Прошло всего день-два после ее кончины, как все, кто с ней связан, один за другим начали умирать...

— Но она же была с ними не в обиде, зачем ей их убивать? — усомнился кто-то в толпе.

— И то верно! Подумайте сами: при жизни ты такая звезда, а тут вдруг бац — и померла. Разве это повод для радости? Конечно, надо прихватить кого-то с собой на тот свет! К тому же, через экран телевизора мы же понятия не имеем, хорошей она была или нет — вдруг в душе она была еще той злобной сукой? Кто знает, может, она и в подземном мире решила студию сколотить, чтобы и дальше крутой звездой оставаться!

Чжоу Юнь сообразил не сразу: кроме сотрудников студии Ван Тин и съемочной группы, никто на свете не знал о гибели самой Чжан Сэнцинь.

А те, кто знал, были полностью уничтожены Чжан Сэнцинь.

В глазах же простых обывателей история выглядела предельно просто: знаменитая актриса Ван Тин погибла в результате несчастного случая, а спустя день-два все, кто был с ней связан, начали умирать один за другим.

— Жуть какая... О боже, а я всегда считала ее такой доброй.

— Вы помолчите лучше, а то мало ли Ван Тин услышит да заглянет в гости...

Чжоу Юнь пробормотал:

— Но ведь это призрак Чжан Сэнцинь...

Вэнь Ушэн произнес с абсолютным спокойствием:

— Нет. Это и впрямь призрак Ван Тин.

Чжоу Юнь опешил:

— Шеф, вы уверены, что не ошиблись?!

http://bllate.org/book/26295/3149514