Готовый перевод True Love in Disguise / Там, где ложь становится любовью: Глава 5

Му Чжоу приготовил отличный завтрак: сварил кашу и пожарил пельмени. Где-то он откопал баночку маринованных овощей, которую тоже поставил на стол.

— Когда собираешься на учебу? — Янь Фаншэн отодвинул стул, сел напротив Му Чжоу и взял палочками пельмень.

— Завтра, наверное, — ответил Му Чжоу.

Хотя он и продлил отпуск через классного руководителя, теперь, глядя на ситуацию, он понял, что в этом нет особой необходимости. Если бы не позднее время, он мог бы пойти уже сегодня.

— Хорошо, — одобрительно кивнул Янь Фаншэн. — Ты уладил все дела с родителями?

— Да, спасибо, двоюродный дядя помог, все утрясли.

Му Чжоу впервые в жизни пришлось в одиночку столкнуться с потерей близких. Дел было так много, они были такими сложными, что он понятия не имел, за что хвататься. Почти всё — беготня по инстанциям и решение проблем, о которых Му Чжоу даже не догадывался, — легло на плечи дяди.

При упоминании об этом настроение Му Чжоу необъяснимо упало. Он еще не успел обрасти той житейской хитростью, которая помогает не принимать всё близко к сердцу, и, вспоминая о помощи дяди, тайком корил себя: не слишком ли он проявил бессердечие?

— Ты не сделал ничего плохого, — сказал Янь Фаншэн.

— А? — Му Чжоу поднял голову, прикусив ложку.

— Не забивай себе голову.

Поев, Му Чжоу решил заняться подготовкой к занятиям: он прилично отстал и нужно было срочно наверстывать. Янь Фаншэн отправил его в кабинет на втором этаже. Прошлой ночью, когда Му Чжоу искал себе комнату, он мельком заглянул туда, но даже не включил свет, лишь убедившись, что это не гостевая спальня, и сразу вышел.

Поэтому теперь, войдя во второй раз, он удивился. Он не ожидал, что кабинет окажется таким огромным — похоже, его объединили из двух комнат, а три стены были полностью заняты стеллажами. Библиотека оказалась внушительной и разнообразной, к тому же Му Чжоу нашел немало книг по искусству и фотографии.

Янь Фаншэн явно был человеком системным: каждая зона была четко структурирована. Глаза Му Чжоу разбегались. Ему захотелось взять несколько книг по искусству, поэтому он оставил рюкзак и спустился вниз, но увидел, что Янь Фаншэн говорит по телефону.

Му Чжоу замедлил шаг и остановился поодаль, ожидая. Янь Фаншэн заметил его, бросил взгляд в его сторону и тут же затушил только что зажженную сигарету в пепельнице.

— Нет, — отрезал Янь Фаншэн в трубку, его голос звучал властно.

Он стоял спиной к свету, льющемуся из окна в пол, и казался невероятно высоким. Контраст между его инвалидным креслом и тем, как он выглядел стоя, был поразительным. Когда он стоял, от него исходило мощное давление.

— Эту концепцию не пропустят, никто не рискнет вкладываться, да и снимать такое сложно, — добавил Янь Фаншэн.

Му Чжоу смотрел на узор на деревянном полу, разглядывая круги и линии.

— Вместо того чтобы уговаривать меня согласиться, лучше убеди себя в том, что пора сдаться, — бросил Янь Фаншэн и отключился, при этом на его лице не дрогнул ни один мускул.

Он обернулся к Му Чжоу и уже совсем другим, спокойным тоном спросил:

— Что-то нужно?

— Да, я хотел одолжить несколько книг.

— Бери. На компьютере нет пароля, открой его, там есть индекс библиотеки.

— Спасибо, брат, — Му Чжоу поклонился.

Он пришел и ушел так быстро, что Янь Фаншэн даже опешил от такой вежливости. Жажда курить никуда не делась, и Янь Фаншэн закурил снова. Тот, с кем он только что говорил, явно не собирался сдаваться и завалил его сообщениями. Янь Фаншэн не стал смотреть, оставил телефон на диване и вышел на балкон.

Поднявшись наверх, Му Чжоу направился прямо к интересующим его книгам. Боясь нарушить порядок в индексе, он взял только одну. В десятом классе, выбирая специализацию, он решил пойти по гуманитарному направлению и стал учиться на художника. Он занимался живописью с раннего детства, пробовал себя в разных кружках, но только рисование осталось с ним до сих пор.

Бегло просмотрев книгу, он принялся изучать остальные. Только когда он начал вникать глубже, то понял, что книг по искусству и фотографии здесь огромное количество, причем как отечественных, так и зарубежных, особенно много было пособий по операторскому искусству и раскадровке для кино.

После второй книги у Му Чжоу возникли вопросы. Ему стало любопытно: чем же все-таки занимается Янь Фаншэн? В обычное рабочее время тот не уходил из дома, а его недавний телефонный разговор был явно рабочим, но деталей разобрать не удалось.

Может, киноиндустрия?

Размышляя об этом, Му Чжоу аккуратно вернул книги на места, стараясь запомнить, где каждая стояла. Спустя час он вспомнил, зачем пришел, и спохватился, что так и не начал повторять материал. Он не знал, на чем остановился класс, поэтому написал своему соседу по парте. Зайдя в мессенджер, он увидел, что многие одноклассники прислали ему сообщения. Му Чжоу всем ответил и поблагодарил за беспокойство.

Сосед ответил мгновенно: сначала отправил два восклицательных знака, а потом последовал шквал текста.

Уцзи: Ого, ты наконец-то ответил!

Уцзи: Ты только что прислал сообщение, а у меня звук не был выключен, я чуть со стула не упал! Хорошо, что наш классный старик туговат на ухо и ничего не услышал.

Уцзи: Ты как? В порядке?

Кораблик: Да, я в порядке, всё уладил.

Уцзи: Ну и отлично. Если бы классный не сказал, что ты ответил, я бы решил, что ты окончательно пропал.

Кораблик: Все нормально.

Кораблик: На чем сейчас остановились в школе? Хочу немного подготовиться.

Уцзи: Когда вернешься?

Кораблик: Завтра.

Уцзи: Тогда зачем тебе сейчас готовиться? У тебя всего один день, какой в этом смысл?

Уцзи: Придешь завтра, я тебе всё подробно расскажу.

Уцзи: Хотя на твоем месте я бы появился только через неделю.

Кораблик: Хм?

Уцзи: На следующей неделе пробные экзамены, забыл что ли?

Кораблик: ...

Уцзи: Предупреждаю заранее: мы прошли довольно много нового материала.

Кораблик: Постараюсь наверстать, не буду задерживать.

Уцзи: Сразу после пробных начнем готовиться к интенсиву.

Кораблик: Интенсив в школе будет?

Уцзи: Ага, слышал, классный говорил, что школа наймет преподавателей из художественных институтов, чтобы они проводили занятия прямо здесь, чтобы это не мешало учебе.

Кораблик: По субботам и воскресеньям?

Уцзи: Не только.

Уцзи: Точной информации нет, узнаешь, когда вернешься.

Кораблик: Понял.

Уцзи: Ладно, всё, я на урок. Ты не представляешь, как стремно сидеть рядом с пустой партой и играть в телефон, когда никто не прикрывает!

Кораблик: До завтра.

Уцзи: До завтра!

Му Чжоу отложил телефон. Тревога не утихла, а только усилилась: он так и не узнал того, что хотел, зато услышал новости, которые не хотел знать. Впрочем, Чжоу Хао был прав: если завтра он идет в школу, сегодня действительно нет смысла грызть гранит науки. Он не гений с феноменальной памятью, чтобы за день выучить всё, проще будет наверстать уже в классе.

Сложив учебные материалы обратно в рюкзак, Му Чжоу сел на пол у стеллажа, чтобы выбрать еще одну книгу. На этот раз он наугад вытащил книгу по раскадровке и, открыв ее, увидел множество пометок синей ручкой. Книга была старой, страницы пожелтели.

Неужели... Янь Фаншэн — режиссер?

Му Чжоу решил, что его догадка близка к истине. В любом случае, Янь Фаншэн явно связан с кинопроизводством.

Время пролетело незаметно, и вскоре пробило одиннадцать. Му Чжоу закрыл книгу и спустился вниз. Янь Фаншэна дома не оказалось, зато в гостиной убиралась женщина в фартуке.

— Здравствуйте, — неуверенно поздоровался Му Чжоу.

— Здравствуйте, вы, должно быть, молодой господин Чжоу? — она прервала уборку и приветливо улыбнулась.

— Да, это я, — кивнул Му Чжоу, чувствуя себя неловко от такого обращения.

— Господин Янь сегодня не вернется обедать, он просил узнать, что бы вы хотели поесть.

— Да что угодно.

— Какой вкус вы предпочитаете, господин Чжоу?

— Я неприхотлив, — Му Чжоу почесал затылок. — И не надо называть меня господин Чжоу, просто зовите меня Сяо Чжоу.

— Хорошо, — снова улыбнулась домработница. — Тогда приготовлю вам несколько своих фирменных блюд.

***

В офисе кипела жизнь. Янь Фаншэн загнал машину на подземную парковку и поднялся на восемнадцатый этаж. Прямо у выхода из лифта стояли два зеленых растения в горшках — на вид невообразимо уродливых. В это время все были на своих местах, никто не слонялся без дела. Янь Фаншэн какое-то время смотрел на них, а потом отщипнул зеленый листик.

Живой.

Через две минуты Янь Фаншэн сфотографировал их, собираясь отправить в рабочий чат, чтобы узнать, что это, но столкнулся с сотрудником, выходившим из комнаты отдыха.

Фотографировать не пришлось.

— Кто их сюда поставил? — спросил Янь Фаншэн.

— Директор Чжэн приказал перенести, — сотрудник не ожидал встретить Янь Фаншэна у лифта, и кофе в его руках чуть не расплескался.

— А зачем переносить? — Янь Фаншэн бросил сорванный листок обратно в горшок.

— Сказал, чтобы добавить восемнадцатому этажу немного жизни.

Янь Фаншэн холодно посмотрел на оба горшка. Никакой жизни он не почувствовал, а вот злость — вполне.

— Тогда господин Янь, я пойду? — сотрудник не хотел участвовать в спорах между боссами и, тихо пробормотав это, указал в сторону своего рабочего места.

— Иди.

Когда он ушел, Янь Фаншэн все-таки отправил фото, но не в рабочий чат, а лично Чжэн Чану.

Y: Ты больной?

Спокойствие: Ты в компании?

Y: Да.

Спокойствие: Тогда приходи ко мне, как раз есть два проекта.

Y: Какие?

Спокойствие: Один про экстремальный спорт, второй про женщин, которых продают в горные деревни.

Y: Чжан Чэн у тебя?

Спокойствие: С чего ты взял?

Y: Он приходил ко мне.

Y: Я отказал ему.

Спокойствие: Странно, он мне ничего не говорил, утром показывал проект, и ни слова не обронил.

Y: Я не возьмусь ни за один из этих проектов. Советую тебе похоронить тему с торговлей женщинами.

Спокойствие: Да что ты такой категоричный? Окей, ту тему пропустим, но экстремальный спорт — это же то, что ты всегда хотел снять!

Y: Когда я хотел это снять, у меня ноги были целы.

Y: Я не прикоснусь ни к тому, ни к другому. Хочешь делать — ищи другого человека.

Янь Фаншэн не стал продолжать спор и направился в свой кабинет. Он редко бывал в офисе: компания давала ему полную свободу, а после травмы он появлялся еще реже. Иногда его не было по две недели, и каждый его приход воспринимался как нечто из ряда вон выходящее, приковывая любопытные взгляды.

В этот раз он приехал за видеокассетой. Проект, которым он занимался до травмы, был приостановлен, и теперь, вернувшись к делам, он должен был его возобновить. Однако, начав искать запись, он обнаружил, что кто-то трогал его вещи — все кадры, связанные с морской съемкой, исчезли.

Янь Фаншэн собирался выйти из кабинета, чтобы выяснить, в чем дело, как вдруг дверь открыл Чжэн Чан.

— Уходишь уже? — спросил Чжэн Чан, входя в кабинет. Следом за ним кто-то следовал.

Янь Фаншэн взглянул — это был Чжан Чэн.

— Где моя кассета? — Янь Фаншэн перевел взгляд с Чжан Чэна на Чжэн Чана.

— Я велел забрать ее, — ответил Чжэн Чан.

— Ты отдал ее другим? — лицо Янь Фаншэна наконец стало ледяным.

— Там оставалась только постобработка, она все равно не требует твоего участия. Я как раз получил готовый материал, хочешь посмотреть?

— Где оригинал?

— Да чего ты завелся? Сам хочешь доделать? — Чжэн Чан знал, что Янь Фаншэн разозлится, знал, что будет упрямиться, и был готов к его колкостям — в конце концов, он поступил некрасиво. Но он не ожидал, что Янь Фаншэн не начнет орать, а пойдет другим путем.

Янь Фаншэн холодно произнес:

— Это фильм, который продюсировал я.

http://bllate.org/book/26317/3151280