У Ся Цзыгуя было прекрасное настроение, и это заметили все жители жилого комплекса.
Утром он с альбомом для скетчей рисовал прыгающих среди ветвей резвых птиц, а по вечерам — танцующих на площади людей. Держащий кисть человек весь светился изнутри, и на его губах то и дело появлялась улыбка.
Все знали, что он успешно сдал гаокао, поэтому прекрасно его понимали.
Цай Ши, несколько дней не появлявшийся в комплексе, возвращаясь домой, столкнулся с Ся Цзыгуем на тенистой аллее.
Ся Цзыгуй как раз рисовал двух собак. Цай Ши знал их обеих — их держал дедушка Чжан из их комплекса: бигля и мопса по кличке Гэге и Ванъе. Сейчас они мирно лежали на земле, выглядя довольно глупо.
Ся Цзыгуй рисовал и одновременно улыбался.
Завидев Цай Ши, Гэге со всех ног бросился к нему, и только тогда Ся Цзыгуй заметил друга.
— Тебя уже несколько дней не было видно.
— Уезжал развлечься. Если бы завтра не нужно было идти в школу заполнять заявку на поступление, я бы и возвращаться поленился. — Цай Ши погладил собаку по голове и заглянул через плечо Ся Цзыгуя на его рисунок. — Отличное настроение?
Ся Цзыгуй кивнул и рассказал, что родители разрешили ему не изучать медицину:
— ...Я собираюсь поступать в университет в Городе Б.
Цай Ши замер:
— Не будешь поступать в университет В? Тьфу ты, ты это правда выбираешь по собственному желанию или ради кого-то?
— Ради себя самого. Это лучший университет из всех, куда я могу поступить. — Ся Цзыгуй улыбнулся и добавил: — Впрочем, я очень рад, что буду учиться с ним в одном городе.
Цай Ши с неприятным чувством фыркнул, глядя на Ся Цзыгуя так, словно перед ним был неблагодарный щенок.
Ся Цзыгуй же посмотрел на него с глубокой благодарностью:
— Шитоу, спасибо тебе. Если бы не ты, у меня бы не хватило смелости даже заикнуться об этом родителям. Ничего страшного, что мы будем учиться в разных городах, я буду часто с тобой созваниваться. Ты мой лучший брат на всю жизнь.
— Тьфу, да перестань ты сопли распускать! — Цай Ши притянул Ся Цзыгуя за шею, потрепал, но на его лице играла улыбка, а в голосе прозвучали свирепые нотки: — Смотри мне там, не позволяй себя обижать! Обидят — давай сдачи, и чтобы не смел плакать, понял?
— Да-да-да, старший брат, младший запомнил.
На следующий день они отправились в школу заполнять заявления. Классный руководитель произнес долгую, полную чувств речь: поздравил хорошо сдавших экзамены учеников, подбодрил тех, кто справился хуже, а в самом конце напомнил о важных нюансах заполнения анкет и повел ребят в компьютерный класс.
Пока учитель вещал с возвышения, Ся Цзыгуй больше чем наполовину был занят мыслями об Юй Сяне. Учитывая, что приближалось время экзаменов в средней школе, Юй Сянь, должно быть, был очень занят, и в последние дни Ся Цзыгуй даже не смел писать ему первым.
Юй Сянь тоже не выходил на связь.
Ся Цзыгуй думал про себя, что Юй Сянь, наверное, счел его слишком бесхарактерным и больше не хочет с ним разговаривать. Но, возможно, узнав, что он принял решение следовать собственным желаниям, он снова снизойдет до разговора...
В общем, нужно было найти подходящий момент, чтобы всё прояснить.
Однако подвернуться этому моменту было непросто. Юй Сянь, будучи вторым учеником во всей провинции и первым в школе, едва вышел из класса, как его тут же окружили одноклассники, расспрашивая, в какой университет и на какую специальность он подает документы.
Стоявший на краю толпы Ся Цзыгуй прислушался к разговорам ребят и только тогда узнал, что после оглашения баллов преподаватели из нескольких университетов Города Б уже связывались с Юй Сянем, и тот уже определился и с вузом, и со специальностью.
Раньше, когда они только приблизительно оценивали баллы и когда пришли официальные результаты, Юй Сянь всегда делился этим с ним, а теперь, когда выбор действительно сделан...
Неужели он и правда не хочет с ним общаться?
— Юй Сянь! — окликнул его Ся Цзыгуй. — Мне нужно тебе кое-что сказать.
Все одноклассники обернулись к нему, и кто-то со смешком произнес:
— Жалко расставаться с соседом по парте? Эх, после сегодняшнего дня мы все и правда разлетимся кто куда.
Стоявшая кучкой толпа расселась, компании близких друзей сошлись вместе, обсуждая планы на будущее, договариваясь поддерживать связь и обещая, что их дружба продлится вечно...
Юй Сянь посмотрел на Ся Цзыгуя. Тот подошел ближе и, уставившись ему прямо в глаза, произнес:
— Я не буду учиться на врача. Мой первый приоритет — Университет средств массовой информации Города Б.
Юй Сянь на мгновение замер, пораженный твердостью в его глазах. По тому, как собеседник смотрел на него, он чувствовал: сообщить об этом было для самого Ся Цзыгуя делом чрезвычайной важности.
— Поздравляю, — произнес он.
Ся Цзыгуй отвел взгляд и тихо проговорил:
— Я не маленький ребенок и знаю, чего хочу и что должен делать. Пусть я порой бываю трусоват, но с каждым днем становлюсь всё смелее.
И однажды наберется достаточно храбрости, чтобы произнести в твой адрес: я тебе нравлюсь.
Опустив голову, он не заметил, как во взгляде Юй Сяня на секунду мелькнуло сложное выражение.
— Пойдем заполнять заявления.
После того как заявки были отправлены, староста класса хотел было организовать прощальную вечеринку для всех, но из-за того, что кто-то провалил экзамены и был не в настроении, а кто-то не хотел идти шумной толпой, в итоге всё свелось к тому, что близкие компании собрались отдельно и разошлись каждая своей дорогой.
Юй Сянь отправился ужинать с парнями из класса, с которыми они часто гоняли в баскетбол. Ся Цзыгуй, неизменно присутствовавший на каждой игре в качестве внештатного наблюдателя, скрупулезно фиксировавшего всё в блокноте, молча последовал за ними. С ними же шла и пара девочек.
Они ели, пили и болтали обо всем на свете. Несколько особо сентиментальных девчонок расплакались навзрыд — даже те, кто в будни казался образцом рассудительности, покраснели глазами.
В какой-то момент одна из учениц с очень бойким характером встала с бокалом в руке.
Старшая школа окончательно подошла к концу. Нам, сегодняшним, будет непросто собраться вместе вновь. Особенно тем, кто уезжает учиться в другие провинции — боюсь, и за год не увидимся. Так что давайте сегодня говорить всё, что на душе, пока есть шанс, иначе потом такой возможности уже не представится.
Произнося это, она то и дело косилась на сидевшую рядом подругу и Юй Сяня.
Все тут же поняли, к чему она клонит, и многозначительно заулыбались.
Ся Цзыгуй тоже не был дураком и сразу догадался, что эта девчонка подначивает свою подругу признаться Юй Сяню в чувствах.Линь Линь — всеми признанная красавица и умница в классе. Даже Ся Цзыгуй, который обычно вел себя крайне замкнуто, знал, что многие парни из их и параллельных классов тайно влюблены в нее и считают ее своей богиней.
Он тут же с некоторым напряжением посмотрел на Юй Сяня. Тот же выглядел так, будто происходящее его совсем не касается, и невозмутимо, зернышко за зернышком, подцеплял палочками кукурузу.
Ся Цзыгуй перевел взгляд на Линь Линь. Ее белоснежное лицо уже пылало румянцем, а глаза, в которых, казалось, вот-вот блеснут слезы, были устремлены на Юй Сяня. Она, очевидно, хотела передать взглядом все свои чувства.
Однако Юй Сянь даже не смотрел в ее сторону. Лицо девушки исказилось от неловкости, но сдаваться она не желала и протянула руку к стакану с напитком…
Ся Цзыгуй резко вскочил.
Движение было настолько стремительным, что все вокруг опешили. Даже Линь Линь на мгновение замерла и тупо уставилась на него. Юй Сянь тоже поднял голову.
Лицо Ся Цзыгуя горело, он порывался отступить, но тут же одернул себя.
Ни в коем случае нельзя трусить! Вспомни, как Юй Сяню признавались в любви…
Он схватил бутылку спиртного, сделал глоток и начал нести всякую чепуху: У меня накопилось столько слов, что я даже не знаю, с чего начать. Мы с вами нечасто общались, но, честно говоря, я жалею об этом…
Он выдавал фразу, замолкал, не зная, что добавить, делал глоток и продолжал. Сначала речь казалась хоть сколько-нибудь связной, но вскоре он начал заговариваться: перескочил с того, какую задачу неверно объяснил учитель математики, на количество дьявольских плодов в Ван-Пис, и не умолкал ни на секунду.
Это стало настоящим открытием для его одноклассников.
Выражение лица Юй Сяня было крайне неоднозначным. Когда Ся Цзыгуй с глупой улыбкой повернулся к нему, Юй Сянь, не дав тому произнести ни звука, решительно поднялся.
— Он пьян, я провожу его домой.
После их ухода подруги Линь Линь принялись выражать сожаление: Все из-за этого Ся Цзыгуя! Еще бы немного, и ты бы успела признаться.
Линь Линь покачала головой, чувствуя одновременно печаль и странное облегчение: В чем его винить? Это у меня не хватило смелости. Пожалуй, я не так уж сильно его люблю.
По крайней мере, не так сильно, как он, и не так смело.
Юй Сянь лишь примерно представлял, в какой стороне живет Ся Цзыгуй, но точного адреса не знал. Взглянув на своего спутника, который уже начал клевать носом, он позвонил Цай Ши.
— Что случилось? — прямо спросил тот.
— В каком жилом комплексе живет Ся Цзыгуй?
— Зачем тебе это? Если я не ошибаюсь, он ушел из школы вместе с тобой.
— Он напился, я веду его домой.
— Дурак какой! — Цай Ши тихо выругался и добавил: — Его мать сегодня в ночную смену, он сейчас дома отдыхает. Лучше дождись, пока он протрезвеет, и пусть идет сам. Если не хочешь возиться, скинь мне адрес, я сам его заберу.
Юй Сянь положил трубку, но последние слова Цай Ши неприятно кольнули сердце.
Ся Цзыгуй был пьян не сильно: просто кружилась голова, все вокруг двоилось, да и реакция стала заторможенной.
Сейчас он почти висел на руке Юй Сяня, уставившись на него остекленевшим взглядом, и невнятно бормотал: Юй Сянь… Юй Сянь…
Юй Сянь вздохнул и, протянув руку, взъерошил его пушистые волосы: Вот же дурачок…
Пань Лочэнь вел машину, а Цай Ши на пассажирском сиденье то и дело поглядывал на телефон.
— Ждешь звонка?
— Нет, — Цай Ши с загадочной улыбкой покачал головой. — Жду сообщение.
Машина резко затормозила. Пань Лочэнь дождался полной остановки и лишь тогда посмотрел на Цай Ши: От кого?
— Эй! Ты чего встал? Не капризничай, поехали быстрее! Полицейский идет, — Цай Ши с немым укором посмотрел на невозмутимого Пань Лочэня и мысленно стиснул зубы. — Это просто случайный человек, милый мой~
Только после этого Пань Лочэнь тронулся с места.
Цай Ши остался недоволен: Я сколько раз говорил, что тебе нужно избавиться от привычки ревновать на пустом месте? Не строй из себя подозрительного, у меня тоже терпение не безгранично.
Пань Лочэнь молча сжал руль так, что костяшки пальцев побелели, и ничего не ответил.
Цай Ши цыкнул, швырнул телефон на заднее сиденье и отвернулся к окну.
Когда Ся Цзыгуй пришел в себя, голова все еще немного побаливала, но сознание прояснилось. Он был не дома.
Присев, он обнаружил, что находится в незнакомом месте: небольшая спальня, односпальная кровать, часы на стене. Если они не врут, он проспал два часа.
Последнее, что он помнил перед сном: Юй Сянь ловит такси и помогает ему сесть в машину.
Неужели это дом Юй Сяня?!
Увидев Юй Сяня в гостиной, он получил подтверждение своей догадке, и сердце тут же бешено заколотилось.
— Очнулся? Как себя чувствуешь? — Юй Сянь, одетый в свободную домашнюю одежду, отложил книгу и поднялся, чтобы налить Ся Цзыгую воды.
Ся Цзыгуй сел на диван и залпом выпил воду. Вспомнив, из-за чего напился, он сильно смутился: Все в порядке. Прости, что доставил хлопот.
Юй Сянь посмотрел на него: Никаких хлопот. В конечном счете, это ты выручил меня.
Сердце Ся Цзыгуя подпрыгнуло. Неужели Юй Сянь о чем-то догадался?
Они немного помолчали, глядя друг на друга, но Юй Сянь больше ничего не сказал. Ся Цзыгуй, не зная, испытать облегчение или досаду, отвел взгляд: Это твой дом?
— Угу.
Ся Цзыгую очень хотелось осмотреть место, где живет Юй Сянь, но его не приглашали, поэтому он не осмелился действовать открыто и лишь украдкой оглядывался по сторонам.
К его разочарованию, на видном месте не было ни одной фотографии Юй Сяня.
— Моя мама скоро вернется, останешься на ужин?
— Нет-нет-нет… это слишком неудобно, — Ся Цзыгуй в испуге вскочил. — Я пойду домой.
В его представлении матери всегда видели все насквозь, а если учесть, что мама Юй Сяня — университетский преподаватель социологии, он боялся, что его тайные чувства будут раскрыты в одно мгновение.
Юй Сянь не стал настаивать и проводил Ся Цзыгуя.
http://bllate.org/book/26360/3155603
Сказали спасибо 0 читателей