Ночь стояла прохладная и водянистая, Шэнь Юй зачерпнул пригоршню холодной воды и плеснул себе на слегка разгорячившееся лицо.
Выйдя из комнаты, он не стал задерживаться в коридоре, а направился прямо к туалету в самом его конце.
В общественной душевой перед туалетом имелись не только душевые насадки, но и умывальник, а также грязное, потрескавшееся зеркало.
Когда жар на лице от охватившего его волнения постепенно спал, Шэнь Юй выпрямился и посмотрел в зеркальную гладь перед собой.
В осколках зеркала отразилась пара алых глаз, которые бесшумно притаились у него за спиной и леденящим душу взглядом сверлили его.
В тот самый момент, когда он взглянув в зеркало, притаившийся позади монстр оскалил жуткие клыки и яростно бросился на его уязвимую шею.
Шэнь Юй был к этому готов: пригнувшись, он увернулся от внезапного нападения чудовища, а затем с размаху вонзил в него клинок — узкое и острое лезвие в его руке сверкнуло холодным блеском.
Этот превратившийся из избалованного ребенка монстр сохранил свои жестокие привычки: убивая людей, он поступал так же, как с замученными котятами или щенками, больше всего на свете обожая сжимать горла живых существ и наслаждаться тем, как жертва в его руках постепенно задыхается.
В прошлый раз оно напало на Сюй Тинтин в туалете в Западном корпусе, и на этот раз Шэнь Юй специально прибежал в туалет в Восточном корпусе, чтобы выманить его наружу.
Скальпель же, который он держал в руке, Имин тихонько сунул ему днем.
Это лезвие определенно обладало какими-то особыми свойствами: разрезать им плоть монстра было так же легко, как резать тофу.
Всего одним ударом Шэнь Юй пригвоздил мелкого монстра к зеркалу.
И без того ветхое зеркало от этого с громким треском разлетелось вдребезги, во все стороны брызнули осколки, один из которых порезал Шэнь Юю ладони.
Монстр, похожий на кровавую обезьяну, никак не ожидав, что на сей раз он нарвется на неприятности, издал пронзительный визг, а его пригвожденное к стене тело отчаянно заизвивалось, изо всех сил пытаясь удрать.
Раздался звук рвущейся плоти: монстр в буквальном смысле слова разорвал собственную половину туловища, оставив одну руку вместе с плечом на стене.
Опираясь на три оставшиеся конечности, он заскользил по полу, совершая резкие прыжки в тесном пространстве, пытаясь обойти Шэнь Юя, стоявшего у выхода.
Густые Кровавая Капля падали словно дождь, окрашивая всю душевую в красный цвет.
Зрачки Шэнь Юя слегка сузились, уголком глаза он заметил скальпель, все еще торчавший в стене, сделал резкий рывок вперед и выдернул его вместе с куском содрогающегося мяса.
И все же он действовал чуть медленнее, чем следовало: стоило лезвию оказаться в руке, как затылок обдал свистящий порыв ветра, отвратительный смрад приблизился вплотную, и чудовище уже кинулось ему за спину…
Плюх!
Раздалось еще несколько звуков вонзающегося в плоть лезвия.
Шэнь Юй медленно обернулся и увидел, что Имин стоит у входа в коридор, мрачно и сосредоточенно наблюдая за происходящим.
Монстр, только что отчаянно боровшийся за жизнь, был намертво пригвожден к стене несколькими скальпелями, причем один из них пронзил его череп насквозь.
Наконец-то сдох.
Шэнь Юй тихо выдохнул, а Имин молча вошел внутрь и забрал скальпели.
Изуродованный труп монстра с глухим стуком рухнул на пол, превратившись в лужу липкой алой жижи, из которой выскользнул золотой ключ.
На этом ключе тоже было вырезано имя — У Сяобао.
Шэнь Юй поднял ключ, и его брови, которые до этого были крепко сдвинуты, разгладились: Мы не ошиблись в догадках, ключи действительно разные.
Он протянул Имину скальпель и ключ одновременно.
Однако Имин лишь уставился на порез на его ладони и глухим голосом произнес: Этот скальпель оставь себе, в будущем он может пригодиться, чтобы спасти жизнь.
Больше не рискуй так.
Шэнь Юй слегка склонил голову набок: ?
Хотя они нашли еще один ключ, его напарник, казалось, почему-то был расстроен.
Ночь перевалила за половину.
Монстр, который каждую ночь скребся в окно, на этот раз нарушил обещание: как бы они ни ждали его, томимые ожиданием, он так и не появился.
Может быть, то чудовище почуяло опасную ауру в апартаментах, поэтому временно спряталось?
Задумчиво произнес Шэнь Юй: Значит, чтобы выманить его, придется прибегнуть к каким-то другим средствам.
Имин ничего не ответил, лишь молча подошел к окну, провел ладонью по черная книга, а затем прижался к оконному стеклу.
На прозрачном стекле отпечатались два маленьких кровавых следа детских рук.
Шэнь Юй с изумлением широко раскрыл глаза: Чья это кровь?
На руках Имина еще не высохли следы крови, а голос прозвучал равнодушно: Кровь У Цзяньи и У Сяобао. Когда те два монстра погибли, я сохранил часть их плоти и крови на память, и вот теперь они действительно пригодились.
Шэнь Юй: …Судя по твоему тону, ты все еще злишься?
Да почему же его никак не удается успокоить? Он прямо как настоящий младшеклассник, которого даже труднее умилостивить!
Никаких других способов справиться с капризничающим ребенком у него не было, и, поразмыслив добрую половину дня, Шэнь Юй решил прибегнуть к старому трюку, снова достав свою Мятная Конфета.
Хочешь конфетку? — потрясая коробочкой с мятными леденцами и делая вид, что сердце кровью обливается, произнес он. — У меня осталось всего две штуки, поделюсь с тобой одной, м?
Имин: …
Он холодно отвернулся, и его детские щеки надулись еще сильнее — видимо, от злости.
Бах!
Внезапный глухой удар мгновенно нарушил тишину между ними.
За темным окном показалась пара мертвенно-бледных ног: они висели в воздухе и носками туфель били в стекло раз за разом.
Два кровавых отпечатка детских ладоней на оконном стекле словно взбесили монстра снаружи: отбросив привычную манеру царапаться и заманивать в ловушку, чудовище почти безумно колотилось в окно, будто пытаясь протиснуться внутрь комнаты.
Хрясь!
Стекло разлетелось, мертвенно-бледные ступни зацепились за оконную раму, и холодная веревка, извиваясь словно змея, вползла с улицы в комнату.
На конце веревки болталась петля, которая, оказавшись внутри, прямиком направилась к их шеям.
Это что, петля для повешения? — с легким замешательством произнес Шэнь Юй, не решаясь трогать ее голыми руками, и вместо этого прижал веревку стулом.
Но веревочная петля резко дернулась и с такой силой сжала деревянный стул, что тот переломился пополам.
Если бы эта петля накинулась на шею живого человека, она бы, внезапно, без малейших колебаний переломала ему шейные позвонки.Петля виселицы всё еще пыталась атаковать обоих, но Имин внезапно ухватился за её конец и яростно потянул вглубь комнаты:
– Её истинная сущность не смеет войти в помещение, втащите её сюда!
Шэнь Юй поспешно шагнул вперед, прилагая усилия вместе с ним. Оба мгновенно выложились до конца, с трудом втащив висевшее за окном чудовище внутрь комнаты.
Это был труп бледной и распухшей женщины, чьё лицо исказилось: петля выдавила наружу её глаза и заставила язык свеситься изо рта. Стоило вытащить её в помещение, как она уподобилась выброшенной на сушу рыбе, и её конвульсии сразу ослабли.
Она страшилась этой апартаментов, настолько боялась, что во время убийств даже не смела переступить порог комнат Розовых апартаментов, не осмеливаясь ни на шаг отойти от окон.
Теперь же, глядя на Шэнь Юя и его спутника, затащивших её внутрь, она таращилась на них взглядом, полным паники и ядовитой злобы, а её багровый, липкий длинный язык всё норовил укращкой дотянуться до их ног.
Имин наступил на этот непокорный язык и, не меняясь в лице, наклонился:
– Чжан Лили ждала уже слишком долго.
– Вам троица пора искупить грехи.
Блеснуло лезвие меж пальцев, и багровый длинный язык был отрезан.
Труп женщины замер, а затем плашмя рухнул на пол, окончательно затихнув. Её выпученные глаза испуганно смотрели перед собой, запечатлев весь ужас перед лицом смерти.
В её широко разинутом рту тускло поблескивал золотой ключ.
Шэнь Юй достал этот ключ из-под корня её языка, и на металле было высечено женское имя.
Чжао Асян.
У Цзяньи, У Сяобао, Чжао Асян — вся семью в сборе.
На этот раз тело чудовища не обратилось в лужу грязи, как те два предыдущих.
Они вдвоем просто откинули простыню и запихнули труп монстра под кровать.
Там же лежало и повешенное тело Босса Цяня, всё еще не закрывшее глаза в смерти.
Но, к счастью, на этот раз убийца составлял ему компанию.
После всей этой возни ночь миновала, и за окном забрезжил серый рассвет.
Убийца, погубивший Чжан Лили, был мертв.
Неужели всё наконец кончено?
Шэнь Юй посмотрел на светлеющее небо и пробормотал себе под нос:
– Уже пятый день.
Он снова раскрыл черную книгу.
Тринадцать отважных уборщиков ступили в Розовые апартаменты.
Это нечистое, греховное место.
Уборщики вымыли те грязные преступления.
Однако действительно ли вы всё вычистили до конца?
Он вздохнул и захлопнул страницы:
– Всё еще не закончилось. Те, кто тогда навредил Чжан Лили, еще не до конца пойманы.
Те прямые… или косвенные убийцы!
……
Рассвело, и выжившие вновь собрались вместе.
На этот раз каждый с первого взгляда заметил, что стены апартаментов стали еще темнее. От прежнего нежно-розового оттенка не осталось и следа, и весь Западный корпус погрузился в кроваво-красное марево.
Из страха перед этой багряной пеленой многие даже начали перебираться в полуразрушенный Восточный корпус.
– Сестрица Цуй, уже… уже пятый день, неужели мы… неужели мы все умрем? — Сюй Цзяоцзяо разрыдалась так сильно, что слёзы текли ручьями, а сама она то и дело всхлипывала.
Парочка, чьё присутствие до этого почти не ощущалось, теперь в отчаянии жалась друг к другу, давая клятвы встретиться в следующей жизни.
Цуй Хуа заслонила их собой, бросая взгляды на затихший Восточный корпус, и попыталась успокоить остальных:
– Ничего страшного, подождите, пока они оба выйдут.
Очевидно, авторитет Цуй Хуа среди новичков был силен, и трое новичков наконец немного ободрились, сбившись в кучу и придвигаясь к ней.
– Да чего тут ждать! Они вдвоем до сих пор не вышли, неужели вы еще не поняли?
Лысый мужчина, долго сдерживавший эмоции, вдруг сорвался с места и закричал:
– Прошлой ночью они наверняка погибли, вот и не смогли выйти к остальным! Они мертвы!!
– И зачем только вы нужны со своими поисками, раз даже себя защитить не можете! Я-то по глупости еще надеялся на вас… Сейчас уже пятый день, если не придумаем выход, мы все здесь подохнем!
Вся накопившаяся у лысого мужчины напряженность выплеснулась наружу. Он орал до багрового лица, а на шее вздулись вены:
– Времени больше нет, можете и дальше сидеть тут и тупо ждать! Я сам пойду искать труп призрака, я не собираюсь ждать смерти здесь.
С этими словами он с покрасневшими глазами бросился прочь.
Цуй Хуа, на которую ни с того ни с сего наорали, вовсе не рассердилась. Она лишь крикнула ему вслед:
– Куда бы, по-твоему, ни спрятали труп призрака, не совершай глупостей, ты ищешь не там!
Собравшийся уходить лысый мужчина резко замер.
Он потому и осмелился устроить такую истерику, что уже примерно вычислил, где спрятан труп призрака.
Высказать всё тем, кто смотрел на него свысока, затем найти труп призрака, забрать всё себе, уйти в одиночку и оставить остальных ждать смерти в этой истории…
Изначально он планировал именно это.
Но Цуй Хуа вмиг раскусила его и заявила, что найденное им место — фальшивка?
Фальшивка… Да как такое возможно! Она наверняка лжет: раз сами ничего не нашли, то пытаются взять его на испуг, чтобы выведать точное местонахождение трупа… Точно, всё так и есть! Он прав, а остальные просто завидуют ему!
Лысый мужчина злобно усмехнулся про себя, выбросил слова Цуй Хуа из головы и лишь прибавил шагу, быстро скрывшись из виду.
Цуй Хуа посмотрела ему вслед и наконец тяжело вздохнула:
– Ладно! Сами напросились, винить тут некого.
– На что это ты смотришь?
Шэнь Юй, наконец вышедший из Восточного корпуса, воссоединился с выжившими и с любопытством спросил:
– Ни на что. Добрыми словами не отговоришь тех, кто сам ищет смерти! — Цуй Хуа скривила губы и перевела взгляд на них: – Чего так долго выходили?
– Прошлую ночь не сомкнули глаз, так что под утро пришлось немного вздремнуть, чтобы восстановить силы, — ответил Шэнь Юй, разжимая ладонь.
На его ладони ярко сияли три золотых ключа.
– Пойдемте. Пора тщательно прибраться в апартаментах.
http://bllate.org/book/26385/3157981
Готово:
