Готовый перевод Oops, I Accidentally Picked Up a Mythical Beast / Спасите, я случайно приютил божественного зверя: Глава 6

Почему их можно назвать хорошими подружками? Да потому, что Фан То был маленьким геем.

– На твоем месте я бы вообще не возвращался, – помолчав, с беспокойством произнес Фан То. – Сяо-эр, вот-вот пойдет дождь, ты бы поторопился поискать машину. Застрять в этой глуши – верный способ сыграть в ящик!

Ми Сяосяо на миг замер на месте, вспомнив того барашка, которого встретил только что. За всю дорогу он не увидел ни единой живой души. Чья это была овца? Почему за ней никто не присматривал?

Поколебавшись с полминуты, юноша беззвучно вздохнул. Он едва успевал заботиться о собственном благополучии, откуда же взяться силам переживать еще и об овце?

– Вернуться сюда всё же стоило, не без помощи моего личного звездного талисмана: я окончательно порвал с ними всякие связи, – снова заговорил Ми Сяосяо.

– Ха-ха?! – резкий смех Фан То прозвучал излишне пронзительно. Он отреагировал на слово звездный талисмана с особой чувствительностью и ядовитой иронией: – Этот Ми Ян не обладает ни стыдом, ни совестью, куда уж ему до моральных принципов! Он – звездный талисман? Что, возомнил, будто родился с куском дерьма во рту, так сразу научился катать навозные шарики? Просто курам на смех!

– Пф-ф... – едкая критика Фан То позабавила Ми Сяосяо. Он уже собирался вскинуть брови и оглядеть окрестности, как его щеку прохладно щелкнула упавшая капля дождя.

Небесный свод постепенно темнел, редкие капли падали вразнобой. Ми Сяосяо торопливо сбросил вызов, вцепился в дорожный чемодан и попытался прибавить шагу, но стоило ему двинуться с места, как в голове вновь всплыл образ той несчастной овечки.

В мыслях одна за другой закружились странные фразы вроде «брошенная овечка», «оставленная сиротка», «одинокая и заброшенная», «жалкая и несчастная». Шаги Ми Сяосяо замедлились – он едва не пал жертвой собственного бурного воображения.

Может, всё-таки вернуться и взглянуть?

Ми Сяосяо подумал: если барашек уже ушел, его сердце окончательно успокоится. Но мысль о том, что живое существо бросили на произвол судьбы, отзывалась в груди острой болью – это чувство невольно заставляло его проникнуться сочувствием к бедному животному.

Хуа Ци внезапно оказался в этом месте и чувствовал себя крайне беспомощным.

После того как он запечатал больше половины своей духовной силы, его восприятие и скорость упали просто катастрофически. Если бы не это, разве позволил бы он застать себя врасплох движениями какого-то сопливого мальчишки, разве не уклонился бы вовремя?

Глубоко вздохнув, Хуа Ци мрачно подумал, что самоуничтожение этого сопляка обладало жуткой, невероятной мощью. Из-за него большая часть его скудных остатков духовной силы рассеялась, и теперь ему оставалось лишь временно принять обличье детеныша зверя.

Только что он попытался собрать силы, и это даже принесло слабый результат – к счастью, удалось кое-как связаться с Лань Фу, чтобы тот забрал его.

Хуа Ци чуть приподнял голову. Пробыв Святым Правителем многие сотни лет, он даже в таком облике невольно излучал взлелеянную веками горделивость.

Стоило ему вновь сосредоточиться на сборе энергии, как шаги юноши приблизились.

Хуа Ци нахмурился: с чего это смертный снова вернулся?

Если бы не этот парнишка, который стоял перед ним столбом и мешал сосредоточиться, он бы уже связался с Лань Фу.

В конце концов, законы Шести Миров различались: небожители, духи и демоны не имели права легко показываться на глаза простым людям, а тем более – без нужды демонстрировать божественные способности.

Ми Сяосяо увидел, что зверек по-прежнему сидит в траве неподвижно, и в нем вновь взыграло сочувствие. В тот миг, когда юноша слегка моргнул, ему показалось, будто в глазах Хуа Ци читается вполне определенный смысл, который Ми Сяосяо перевел про себя примерно так: «Хозяин, можно я пойду с тобой? У-у-у».

Более того, он автоматически наделил Хуа Ци ореолом очаровательного домашнего питомца.

Хуа Ци же вовсе не понимал поступков этого юноши. Его темные глаза настороженно оглядывали парня, а в голове вертелся вопрос: почему этот смертный до сих пор не ушел?

Взгляды человека и «овцы» вновь столкнулись. Хуа Ци с тревожным чувством ощутил, как его духовная сила слабеет с каждой секундой: он понимал, что если немедленно не призвать Лань Фу, последствия окажутся непредсказуемыми.

Не имея времени на раздумья в столь критической ситуации, Хуа Ци был вынужден тайком собрать остатки сил, рассчитывая, что когда Лань Фу отыщет его, он просто сотрет память Ми Сяосяо.

В тот же миг Хуа Ци глубоко вдохнул. Внутри его тела постепенно начал формироваться Семилепестковый Лотос, сияющий глубоким синеватым светом. Его стебель распрямился, и в этой причудливой картине проступили нотки холодной, величественной красоты. Поскольку циркуляция духовной силы пока происходила глубоко внутри, Ми Сяосяо не заметил ничего необычного.

Спустя несколько секунд духовная энергия спрессовалась в световое кольцо, запульсировавшее в районе сердечного меридиана. Свечение становилось всё ярче и ярче, достигло пика и уже собиралось вырваться наружу лучем света, чтобы подать сигнал бедствия, как вдруг Ми Сяосяо приблизился к нему вплотную...

Хуа Ци изумился, но разбираться было некогда. Только он собрался продолжить начатое, как юноша подхватил его на руки.

С круглами, простодушными уголками глаз и искренним выражением на лице парень выдал фразу:

– Можешь не слишком растрогаваться, я просто знаю, что я хороший человек.

Хуа Ци: ???

Остолбеневший Хуа Ци нахмурился, собираясь предостеречь этого «невежественного смертного», но Ми Сяосяо вдруг оттянул полу куртки и резко прижал его голову прямо к своей груди, явно пытаясь согреть его заледеневшее тельце.

– !!

Из-за излишне резкого движения Хуа Ци едва не задохнулся.

Он и так пострадал от ожогов при взрыве, а попытка собрать остатки концентрации довела его до полного истощения. Когда его вот так бесцеремонно прижали к груди, в глазах у него зашумело, словно он греб веслами при сильнейшей лихорадке – мало того, что всё вокруг плыло и кружилось, так еще и риск свалиться за борт был невероятно высок.

Но никакой морозный холод не мог сравниться с тем отчаянием, которое бушевало в душе Хуа Ци: он отчетливо почувствовал, как крохи с таким трудом собранной духовной энергии... от простого тычка этого юноши тут же бесследно рассеялись.

Преодолев несколько препятствий, редкие капли дождя слились в сплошные струи, которые сплошной стеной хлынули из просвета отяжелевших черных туч. Надвинувшаяся тьма походила на опустившийся полог ночи, мгновенно поглотивший все краски земного мира.

Дождь барабанил по листьям с такой силой, что брызги разлетались во все стороны, издавая непрекращающийся, суетливый шум.

Если бы не бейсболка на голове Ми Сяосяо, его мягкие, пушистые пряди вряд ли уцелели бы в этом вне ливне. Капли, не долетая до волос, меняли траекторию и с упорством забирались в рукава и за воротник.

Ми Сяосяо не удержался и зябко передернул худыми плечами. Не смея больше терять ни секунды, он одной рукой придерживал Хуа Ци, а другой судорожно вцепился в ручку чемодана и припустил во весь опор, совершенно забыв про забрызганные черной грязью штанины и туфли.

http://bllate.org/book/26479/3168799