Он бросил добычу прямо у своих ног. Белоснежная тутовая шелкопрядина выглядела особенно заметно и в глазах птенцов казалась не иначе как изысканным угощением.
Глядя на три пары жадно вытянутых навстречу клювов, он задумался: кому же её отдать?
Неравномерное распределение ресурсов рано или поздно приведёт к серьезным проблемам.
Птенцы явно уже не могли сдержаться, и Цюку первым совершил прыжок, бросившись на еду.
Даймо и Дэнлун последовали за ним по пятам: убегая к самому входу в дупло, они издавали резкие крики, каких Шэн Цунь от них ещё никогда не слышал.
Не успел Цюку разинуть клюв, как вдруг раздался жалобный вопль — Шэн Цунь заметил, как Дэнлун вцепился в его хвостовые перья и изо всех сил потянул назад.
Цюку пришлось оглянуться и со злости пнуть Дэнлуна прямо в лоб, чтобы тот разжал клюв.
Даймо пришёл в дикий восторг и, молча ускорившись, попытался воспользоваться чужой борьбой в своих интересах.
Дэнлун и Цюку тут же набросились на него, и все трое птенцов в мгновение ока сцепились в кучу.
Стоявший в стороне Шэн Цунь лишился дар речи: неужели это та самая легендарная фальшивая братская дружба?
Раздался ещё один пронзительный визг.
Шэн Цунь словно очнулся от сна и поспешил их разнять: на макушке Даймо красовалась знатная проплешина, а Дэнлун, выплюнув застрявшие во рту перья, выдал серию вызывающих и резких писков.
Шэн Цунь отвесил ему увесистую затрещину крылом, и Дэнлун кубарем покатился в самую глубь дупла, совершив несколько оборотов.
Затем он одним пинком отправил внутрь и двух оставшихся дебоширов.
После этого он подхватил шелкопрядину в клюв, неторопливо подошёл к выходу и, тряхнув головой, сбросил еду под дерево, где она тут же исчезла из вида.
Птенцы были настолько ошеломлены взбучкой, что лишь таращили глаза, не смея сделать ни единого движения и издать хотя бы звука.
Возможно, настоящие родители-сплюшки молчаливо одобряли или даже поощряли междоусобные драки, ведь это помогало отобрать самое сильное потомство. Но Шэн Цунь был лишь человеком, напялившим на себя шкуру сплюшки.
В неполной семье выживать и без того нелегко, так ещё и Система требует стопроцентной выживаемости! Если мы не будем действовать заодно против внешних угроз, то как вообще рассчитываем выбраться живыми из этой жестокой конкуренции?
Похоже, с сегодняшнего дня необходимо срочно заняться планом по воспитанию у малышни командного духа и сплочённости.
Шэн Цунь встал перед ними и взъерошил все перья на теле, отчего визуально стал казаться раза в полтора больше, так что перепуганные птенцы забились в угол и задрожали.
— totatolitokk! — самым свирепым тоном предупредил он их. — Отныне внутренние распри строго запрещены!
В сфере естественной фотографии и экологических исследований всегда неукоснительно соблюдается принцип невмешательства: необходимо уважать всё происходящее в дикой природе, и сотрудники не имеют права вмешиваться в деятельность видов в их естественной среде обитания.
Возможно, испугавшись суровых методов Шэн Цуня, птенцы вели себя на редкость тихо и послушно сидели на месте, не смея шелохнуться.
Шэн Цунь и птенцы молча смотрели друг на друга, в унылом бездействии пережидая долгий день.
Видя, как свет за пределами дупла начинает меркнуть, голод взял верх над страхом перед наказанием, и птенцы, нерешительно приоткрыв клювы, приняли просящие позы.
Шэн Цунь вздохнул и взмыл в небо.
Наказал — так дай пряник. Эта малышня ужасно избалована, нельзя же их морить голодом. Только вот тутовую шелкопрядину жалко: он и сам-то её попробовать не успел, а её взяли и перевели впустую.
Эх, трудные дети — просто погибель какая-то. Шэн Цунь на собственном опыте прочувствовал всю правдивость фразы о том, что выжить нелегко, а растить детей ещё труднее.
Наловив наугад несколько насекомых, он приготовился возвращаться с добычей.
Но когда до гнезда оставалось ещё какое-то расстояние, Шэн Цунь почувствовал неладное.
В норме, если его не было дома, птенцы старались вести себя тихо, сводя своё присутствие к минимуму. Это был инстинкт самосохранения, позволявший уменьшить риск обнаружения хищниками.
Однако сегодня звуки из дупла стояли на редкость невообразимые: ему казалось, что каждый птенец орёт изо всех сил, балансировуя на грани срыва голоса.
Неужели что-то случилось?! Сердце Шэн Цуня упало, и он бросил только что пойманную добычу, со всех ног мчась домой. Жажда выживания заставила его лететь с невиданной доселе скоростью.
Ему казалось, что верхний и нижний клювы непрерывно стучат друг о друга, издавая щёлкающие звуки, а обладающие отличным шумоподавлением перья вздымались, рассекая воздух с резким свистом. Всё вокруг расплылось в сплошные полосы, и в сужающемся зрачке отражался лишь всё увеличивающийся в размерах вход в дупло.
Ветки рядом были пусты, значит, нападения со стороны других птиц не было. Но раз голоса раздавались прямо изнутри, неужели туда кто-то пробрался?
Кто-то, кто способен с лёгкостью протиснуться в дупло диаметром менее десяти сантиметров — скорее всего...
Шэн Цунь наконец разглядел происходящее: из тёмного проёма торчала большая часть длинного и тонкого хвоста.
И правда змея!
Он сложил крылья и ринулся вниз пике, забыв о том, что травмированная лапа всё ещё тупо ныла. Широко растопырив когти и используя инерцию стремительного полёта, он со злости загреб снизу —
Маленькая зеленоватая змея длиной чуть меньше полуметра была вытащена наружу. Она заизвивалась в воздухе, пытаясь укусить его в ответ.
Шэн Цунь прекрасно понимал, что в открытом бою ему с ней не тягаться, и тут же разжал лапы.
Змейка шмякнулась под дерево и тут же скрылась в траве, пропав из виду.
Не смея терять ни секунды, Шэн Цунь быстро влетел в духло, чтобы проверить состояние малышни.
Все трое всё ещё копошились в углу, отчаянно пытаясь забиться под сородичей и выталкивая остальных вперёд — словно это могло спасти их от смертельной угрозы.
Однако, к счастью в этом несчастье, никто из них не пострадал.
Шэн Цунь снова тяжело вздохнул. Им исполнилась всего неделя от роду, а они уже побывали одной ногой в могиле. Похоже, даже для пернатых хищников, стоящих на вершине пищевой цепочки, взросление полно неожиданных поворотов...
Учитывая, что все ещё до конца не пришли в себя, столь неблаговидный поступок с подставлением братьев под удар можно отложить на потом.
Сейчас же его лапы были пусты, и утешить их ему было нечем.
Поэтому, волоча за собой уставшее тело, он снова отправился на охоту.
Напротив парковки девушка достала телефон и набрала номер Дин И.
— Старшая сокурсница, сегодня в кадре снова появилась лишь взрослая особь мужского пола. К тому же только что хайнаньский килекири воспользовался отсутствием самца и напал на гнездо сплюшек.
http://bllate.org/book/26485/3169616
Сказали спасибо 0 читателей