Готовый перевод Become the Villain and Strike the Scumbag / Злодейка с мечом: Месть предателям: Глава 15

— Пэй, рад встрече.

Фотограф заговорил первым. Пэй, словно павлин, чье выступление бесцеремонно прервали, был внутренне крайне недоволен, однако на лице его сияла безупречная, вежливая улыбка.

Хотя Пэй Сыянь редко появлялся на публике, фотограф уже видел его раньше, когда тот заглядывал на пробы. Он знал, что этот человек — один из крупнейших магнатов в деловых кругах столицы, поэтому при встрече следовало проявлять крайнюю любезность. Даже если Пэй не был его прямым нанимателем, наживать себе такого врага было верным самоубийством.

Пэй Сыянь был в курсе каждого шага Лу Чэнтына и знал, что сегодня вечером съемки закончатся. Он весь день провел в делах, собираясь сразу после работы приехать на площадку, чтобы дождаться Лу и вместе поужинать. Но кто же знал, что в последний момент его задержат? Пришлось набраться терпения и потратить еще два часа, чтобы наконец отделаться от назойливых людей. Он мчался сюда, едва ли не превышая скорость, только чтобы увидеть, как Лу Чэнтын любезничает с кем-то посторонним.

С кем-то моложе его, с кем-то, кто выглядел даже эффектнее него самого.

Пэй Сыянь ощутил, как внутри закипает ярость. Ему хотелось связать Лу Чэнтына, запереть дома и никуда не выпускать, чтобы тот не разгуливал повсюду, флиртуя и навлекая на себя неприятности. Но сейчас, на глазах у всех, он, Пэй Сыянь, человек с репутацией, не мог позволить себе закатить истерику, орать или вцепляться кому-то в волосы — это было бы унизительно для всех присутствующих.

Он все еще дорожил своим лицом.

Пэй сухо кивнул фотографу и перевел взгляд на Лу Чэнтына:

— Оденься нормально.

Тон был такой, словно он застал любовника с поличным.

Лу Чэнтын молча вздохнул и послушно натянул толстовку. Он накинул капюшон, затянул шнурки и аккуратно завязал их тугим, идеально симметричным бантом.

Фотограф, заметив странную атмосферу между ними, спросил:

— Вы… знакомы?

Лу Чэнтын ничего не ответил. Он просто подошел к Пэй Сыяню со спины, ответив на вопрос своим действием.

Репутация Пэй Сыяня как человека, ведущего крайне сдержанный образ жизни, была известна всем в кругах. Его сексуальная ориентация никогда не афишировалась, к тому же он был значительно старше Лу Чэнтына, поэтому первой мыслью фотографа было вовсе не предположение о содержанстве.

Он улыбнулся Пэй Сыяню:

— О, господин Пэй, вы так поздно приехали специально, чтобы забрать Лу? У вас отличные братские отношения! Может, сходим выпьем по паре бокалов? Я угощаю.

Пэй Сыянь и без того болезненно воспринимал разницу в возрасте, а после этих слов его настроение упало окончательно. Он что, выглядит настолько старым? Неужели они с Лу Чэнтыном так плохо смотрятся вместе?

Он окинул взглядом фотографа — изящное, красивое лицо, легкий макияж. Да, тот был моложе и красивее. Возможно, не так богат, но, раз добился такого положения в столь юном возрасте, явно обладает талантом. Модель и фотограф — оба из одной среды, у них наверняка нашлось бы о чем поговорить.

При этой мысли гнев, до этого только нараставший, внезапно сменился горьким, невыразимым чувством. Ему вдруг расхотелось говорить. Ну и что, что у него есть деньги? Ну и что, что они делили постель? Это всего лишь отношения по контракту, у которых есть срок годности. Как только договор истечет, Лу Чэнтын обретет свободу — пойдет куда захочет, полюбит кого захочет. К тому времени его карьера пойдет в гору, у него будут жилье, машина и приличные сбережения. Кого он только не сможет найти? С кем только не сможет быть?

Вспомнит ли он тогда, кем был Пэй Сыянь? Скорее всего, такие отношения станут для Лу Чэнтына лишь постыдным эпизодом, о котором тот никогда не захочет вспоминать.

В душе Пэй Сыяня бушевал шторм, но внешне он оставался невозмутимым. Однако 037 все видел.

Он предупредил Лу Чэнтына: «Уровень эмоционального состояния господина резко упал, он начал заниматься самобичеванием».

Сердце Лу Чэнтына екнуло. Он взглянул на Пэй Сыяня, который стоял к нему полубоком, не сводя глаз с фотографа, и понял, о чем тот думает. Лу взял Пэя за руку, опущенную вдоль тела, и прошептал так тихо, что слышать могли только они трое:

— Тебе стыдно быть со мной, брат? Почему ты молчишь?

Пэй Сыянь повернул голову. Мрак, только что сгустившийся в его душе, наполовину рассеялся от этого «быть вместе». Его темные глаза в свете ночных фонарей снова засияли. В каком бы смысле они ни были вместе, сейчас человек рядом с Лу Чэнтыном — это он.

Пэй поднял руку и ущипнул Лу за щеку, в его голосе слышались и нежность, и упрек:

— Дома я с тобой разберусь.

Затем Пэй Сыянь, не отпуская руки Лу, вежливо обратился к фотографу:

— Благодарю вас, господин Линь, за то, что присматривали за моим Лу эти пару дней. Вы хотели выпить? Давайте я угощу.

Фотограф замялся. Он переводил взгляд с Лу на Пэя и чувствовал: учитывая данные и возраст Лу Чэнтына, тот не похож на человека, который готов остепениться и не поддаваться соблазнам внешнего мира. И все же, понимая неуместность ситуации, он не удержался:

— Если вам удобно…

— Неудобно, — отрезал Лу Чэнтын, перебив фотографа раньше, чем Пэй успел что-то сказать. — Простите, господин Линь. Я долго добивался господина Пэя, мы только недавно начали встречаться. Время позднее, ему завтра рано вставать на работу, нам сейчас нужно побыть вдвоем. Если в будущем представится случай поработать вместе, тогда и посидим.

Теперь фотограф почувствовал себя по-настоящему неловко. Он пожал плечами:

— Что ж, не буду мешать вашему уединению. До встречи.

Лу Чэнтын промолчал. Пэй Сыянь вежливо кивнул, отпустил руку Лу и первым направился к выходу. Лу Чэнтын, засунув руки в карманы, двинулся следом за ним, покорный, словно прирученный зверь.

Фотограф смотрел им вслед и думал, что мир тесен — они с Лу Чэнтыном рано или поздно еще встретятся. И, возможно, к тому времени Лу Чэнтын уже давно распрощается с этим успешным мужчиной в годах.

Лу Чэнтыну было плевать, что думает фотограф. Его волновал только Пэй Сыянь.

«Как он теперь?» — спросил он у 037.

«Ситуация в корне изменилась, облака рассеялись», — отозвался 037.

Лу Чэнтын успокоился. Как только они вышли за пределы площадки и скрылись из виду, он, воспользовавшись порывом холодного вечернего ветра, обнял Пэй Сыяня. Тот попытался оттолкнуть его локтем, но Лу лишь крепче прижал его к себе. Они молчали, играя в игру, где один настойчиво приближается, а другой делает вид, что сопротивляется.

Пэй Сыянь приказал водителю уехать, раз уж последние два дня Лу Чэнтын сам управлял его машиной. В салоне Лу Чэнтын потянулся к затылку Пэя, собираясь поцеловать его, но тот перехватил его руку, сжав пальцы на сонной артерии.

Лу Чэнтын сник, опустил голову и зарылся лицом в шею Пэя, замолчав.

Пэй Сыянь погладил его по голове:

— Так легко врешь?

— Я не врал, — буркнул Лу Чэнтын.

Пэй усмехнулся:

— И когда же ты меня долго добивался?

Лу Чэнтын зубами оторвал пуговицу на воротнике рубашки Пэя и коснулся губами его кадыка:

— В те времена, о которых ты не знал.

http://bllate.org/book/26516/3173686