К счастье, не ради того человека по имени Линь Сичэнь.
Двоих собеседников захватил разговор, а вот уневинный страдалец номер два, Юй Хуэй, скучал до скрежета в зубах, поэтому перевёл взгляд на маленького котёнка, который, судя по всему, тоже не знал, чем заняться.
– Мими, – Юй Хуэй поманил его пальцем. – Ми-ми-ми.
Вэнь Тянь мысленно взвыл: «…Говори по-человечески!»
– Иди сюда, – на лице Юй Хуэя застыло выражение безумного фаната. Поразмыслив немного, Вэнь Тянь проявил милосердие и зашагал к нему.
Нелепый кроличий костюм здорово сковывал движения: чтобы преодолеть расстояние в пару шагов, ему понадобилось добрых две минуты. Длинные заячьи ушки покачивались из стороны в сторону, выглядя так соблазнительно, что так и хотелось за них ухватиться.
Из сострадания к мелкому злодею Вэнь Тянь остановился перед Юй Хуэем, уселся на корточки и невозмутимо уставился на него, желая посмотреть, что тот станет делать.
В ту же секунду Юй Хуэй протянул левую руку и воодушевленно предложил:
– Давай пожмём лапу?
Вэнь Тянь: «???»
Ты со мной как с собакой обращаешься?
Неудивительно, что из тебя вышел злодей лишь самого низкого пошиба.
Стоило Юй Хуэю умолкнуть, как двое беседовавших до этого людей замолчали и тоже обернулись к ним.
Под всеобщими взглядами уголки губ маленького котёнка нервно дёрнулись, когда он встретился взглядом с Юй Хуэем. В его круглых кошачьих зрачках читался отказ!
И всё же, продержавшись в нерешительности полминуты, Вэнь Тянь поднял собственную лапку и легонько положил её на ладонь Юй Хуэя.
Он просто не смог устоять перед этим простодушным и искренним взглядом.
Подумать только: откровенно простоватый и глуповатый парень, окажись он на стороне главных героев, стал бы очаровательным и милым вторым мужчиной-протагонистом, но в лагере злодеев он превратился в мелкую сошку. Вспомнив его жуткий финал — как он в порыве безрассудства попытался утащить Гу СюйИ за собой на тот свет, но в итоге просто поскользнулся и свалился с лестницы, — Вэнь Тянь почувствовал острую боль в сердце!
Получив отклик от котика, Юй Хуэй просиял от счастья. Он тут же поменял руку и выпалил:
– А теперь давай правую лапку!
Вэнь Тянь с обреченным вздохом глубоко вдохнул и положил на его ладонь правую лапу.
Юй Хуэй тут же обратился к другу:
– Братец Хань! Твой кот такой собака! Настоящая собака! Ну до чего же собачий нрав!
Вэнь Тянь: «……»
Вэнь Тянь разъярился настолько, что встал на задние лапы и обрушил на красивое лицо Юй Хуэя град яростных кошачьих ударов!
Затем, сердито фырча, он резко развернулся и, покачивая заячьими ушами при каждом шаге, вернулся к Цзян Ханю.
Цзян Хань тихо усмехнулся.
И Чэн пристально вгляделся в улыбку на губах Цзян Ханя, отчего стёкла его очков в золотой оправе блеснули холодным белым светом.
Он всё понял.
В полдень Юй Хуэй повёл всех обедать и заказал японскую отдельную кабинку. Трое устроились на татами перед низким столом, а Вэнь Тянь послушно примостился рядом с Цзян Ханем, с жадным любопытством наблюдая, как повар разделывает упитанного свежего лосося.
Котёнок, уступавший по размерам рыбьей голове, грозно и немигающе сверлил рыбину взглядом — в столь крошечном теле таились поистине огромные амбиции!
– Хочешь попробовать? – позабавленный Цзян Хань отдал распоряжение: – Нарежьте ему небольшой кусочек.
Повар поспешно отрезал самый нежный и мягкий кусок брюшка, выложил его на изящную тарелочку и поставил перед Вэнь Тянем.
Вэнь Тянь придвинулся ближе, пошевелил носом и, тщательно принюхавшись, прищурился и принялся уплетать угощение за обе щеки.
Звуки, с которыми маленький котик поглощал еду, звучали невероятно мило и умиротворяюще, словно лопающиеся цветные пузырьки. Наклонив головку и помахивая кончиком хвоста туда-сюда, он ел, пока все трое молча смотрели на него, и это простое зрелище придавало времени удивительно приятный вкус.
– Чэн-чэн! – раздался вдруг сладкий женский голос, когда Вэнь Тянь был полностью поглощен трапезой. Подняв голову, он увидел сияющую от улыбки девушку в белом платье, которая влетела в комнату и прямо с разбегу бросилась в объятия И Чэна: – Я так по тебе скучала!
– Доу Доу, – на изящном лице И Чэна проступила нежная улыбка. – Съёмки закончились?
Девушка, обвив его шею руками, капризно протянула:
– Я отснялась, и ребята проводили меня сюда на банкет в честь окончания съемок!
– Поздравляю, – на мгновение растерялся И Чэн. – Все?
– Ну да! – Доу Доу чмокнула И Чэна в щеку, после чего приветливо помахала рукой сидевшим неподалеку Цзян Ханю и Юй Хуэю, с интересом наблюдавним за этой сценой.
Юй Хуэй с улыбкой поздоровался с Доу Доу, и лишь Цзян Хань заметил странное выражение лица И Чэна. Нахмурившись, он спросил:
– В чём дело?
Его слова еще не затихли, как дверь кабинки отворилась вновь. Линь Сичэнь лишь высунул голову, но тут же испуганно забормотал:
– Простите, простите, я ошибся дверью… Братец Цзян Хань?
Их взгляды встретились. Цзян Хань еще ничего не предпринял, а Вэнь Тянь уже попятился назад, оскалил острые зубы и, взбешенный, яростно зашипел на Линь Сичэня.
Доу Доу удивленно воскликнула:
– Ой? Какой злой котик!
Вэнь Тянь прыгнул на плечо И Чэну и выпустил когти на максимум, принявшись с громким шлепком бить Доу Доу лапой по лицу.
Держитесь от них подальше, млять!
Стоило Линь Сичэню перепутать комнаты, как к нему наконец вернулась память: он вспомнил, что это за сцена из первоисточника!
В оригинале здесь происходил самый обычный обед. Линь Сичэнь случайно забредал не в тот кабинет, сталкивался с Цзян Ханем и тем самым выдавал ему своё местонахождение, после чего, никого не слушая, бежал обратно к съемочной группе. Однако он понятия не имел, что у него аллергия на бамию, и стоило ему съесть пару тэмпура, как его тело мгновенно покрывалось красной сыпью. Гу СюйИ, выступавший в роли главного гун, естественно, не мог оставаться в стороне: он подхватывал главного шоу на руки, нёс к машине и нос к носу сталкивался с Цзян Ханем.
Именно в этот момент между Цзян Ханем и главным героем происходил первый конфликт из-за Линь Сичэня, а в побочной ветке сюжета у Доу Доу зарождались первые обиды из-за предвзятости И Чэна.
Именно здесь по внешне спокойной глади начинали ползти первые трещины.
И Чэн в паре закрыл Доу Доу собой, а Цзян Хань ухватил Вэнь Тяня за шкирку и оттащил в сторону, бросив сдержанный упрек:
– Что ты творишь?
Среди всеобщего переполоха Линь Сичэнь стоял у входа, робко теребя край своей одежды:
– Простите, я снова доставил хлопот…
– Ты ни при чем, – с легким раздражением бросил Цзян Хань. – Он тебя не любит, выходи.
Затем Цзян Хань пояснил, обращаясь к И Чэну:
– Недавно этот кот подхватил кошачью чумку и чуть не умер. Его заразила кошка, которую принес Сичэнь, поэтому он так бесится, стоит ему того увидеть.
– Неудивительно, что он набросился на человека, – с сочувствием посмотрела на котёнка Доу Доу. – Ладно, я пойду поем с теми ребятами, а ты, Чэн-чэн, подожди меня, вместе поедем домой!
http://bllate.org/book/26523/3175051
Готово:
