Глядя на мужчину с утонченными чертами лица перед собой, который всем сердцем желал его, Ци Лин почувствовал, как в груди зажглось пламя.
Он уже собрался проявить инициативу, но тут его блуждающий взгляд заприметил нечто такое, от чего у него чуть всё не опало. В дверях, прямо напротив умывальника, и правда стоял ещё один человек.
В следующее мгновение этот человек уже приблизился. Тан Ханьгэ успел заметить лишь мелькнувший в самом уголке глаза серебристый отсвет и почувствовал обжигающую боль от лезвия, полоснувшего по щеке. Осознать саму боль он даже не успел — его лицо уже прижалось к холодному металлу. Стейковый нож глубоко вонзился в зеркало, погрузившись в него неизвестно на сколько сантиметров.
Охваченный ужасом, он резко повернул голову и в трещинах зеркала увидел, как Ци Лин, откинув голову после того, как его схватили за горло, заехал тому человеку локтем в бок.
— Это я.
Рука Ци Лина, уже занесённая для второго удара, слегка замерла, после чего он почувствовал, как чьё-то сильное объятие увлекает его вперёд.
— Услышать всего два слова и догадаться, кто это, было бы маловероятно, — Ци Лин с усилием поморгал, пытаясь разогнать туман перед глазами. Лицо стоявшего рядом человека расплывалось на три-четыре призрачных силуэта, но Ци Лин отчетливо понял, что тот довольно высокий — его подбородок как раз удобно устроился у него на плече.
Ци Лин сопротивляться не стал. Голова кружилась, и, прижавшись к чужому плечу, он почувствовал себя на удивление уютно. Он бросил Тан Ханьгэ:
— Малыш Тан, я тут на ходу меняю планы. Открой-ка нам десяток бутылок самого дорогого вина, что у вас есть, и запиши на свой счёт. Как тебе идея?
— Т-ты, ты… — Тан Ханьгэ хотел было сказать: разве Ци Лин не выпил тот бокал, почему же сейчас он выглядит так, будто ни капли не волнуется?
— Цц, — Ци Лин приложил палец к губам. — Ни слова, не надо гадок.
Договорив, он заметил, что Тан Ханьгэ бьёт крупная дрожь. Не придавая этому значения и не собираясь ничего объяснять, Ци Лин кивнул Юй Кэ на стену напротив зеркала.
Юй Кэ понял его без слов, но перед тем как действовать, опустил уголки губ и холодно бросил:
— Узнал?
Ци Лин хотел было пошутить над его злопамятностью, но, вспомнив, что сам только что учудил, послушно ответил:
— Конечно.
Прижавшись к нему и почуяв знакомый запах, он сразу всё понял. Юй Кэ вообще-то не пользовался парфюмом, но тот ароматизатор, что висел у него в машине, когда-то подарил ему Ци Лин. У него был очень необычный древесный аромат, частички которого и впитались в одежду Юй Кэ.
Ци Лин проводил взглядом Юй Кэ, который сорвал скрытую камеру, и подождал его у выхода.
Они оба даже не взглянули на Тан Ханьгэ, а просто воспользовались VIP-картой Ци Лина и поднялись в номер, который всегда был закреплен за ним в этом клубе.
Комната оказалась довольно просторной, но с явным намёком: в ней стояла всего одна двуспальная кровать. Ци Лин даже допускал мысль, что Юй Кэ ни за что не ляжет с ним на одну постель, но вслух эту тему поднимать не стал.
Когда он, закончив умываться, вышел из ванной и увидел, что Юй Кэ расстелил на полу футон, то внешне остался совершенно невозмутим, но поступил по-своему: просто подбелел к нему и со злости пнул край постели так, что один из углов матраса задрался и свернулся в гармошку.
— Если хочешь, иди в гостиную отеля.
Юй Кэ в упор посмотрел на босые ступни Ци Лина, стоявшие прямо на полу, а затем медленно перевёл взгляд выше, заглядывая ему в глаза:
— Спать дома? И чтобы тебя снова опоили наркотиками?
— А чего так рано спохватился? Я уж думал, ты и не спросишь. — Когда Ци Лин не улыбался, в его голосе проскальзывало лёгкое презрение — всё из-за разреза глаз, делавших его взгляд излишне холодным.
— Я же предупреждал тебя, что с ним что-то не так, — невозмутимо отозвался Юй Кэ.
Ци Лин кивнул:
— Он сказал, что хочет острых ощущений, вот я и подыграл ради прикола.
Тан Ханьгэ был тем еще интриганом, но Ци Лину было плевать. Пока однажды Юй Кэ не привел к нему какого-то бизнесмена, который заявил, что Тан Ханьгэ пытался купить у него запрещенку, и спросил, стоит ли продавать. Ци Лин тогда глянул на молча потягивавшего вино Юй Кэ и сказал тому дельцу: продавай, только какую-нибудь подделку.
И вот сегодня он сам осушил бокал с этой дрянью, хотя эффект, честно говоря, оказался так себе.
Испытывая терпение Юй Кэ, который уже был готов выйти из себя, Ци Лин пересел с кровати поближе к нему и, прижавшись плечом к плечу, проговорил:
— Я ведь ещё не поздравил тебя с вступлением в должность управляющего компанией. Я тут сегодня исключительно ради того, чтобы отметить это событие, просто способ ты мой не одобряешь.
Он мастерски умел нести чушь: сам захотел погулять на широкую ногу, а теперь придумывает благовидные предлоги.
Как бы абсурдно это ни звучало, Ци Лин знал, что Юй Кэ ему поверит. Стоило лишь немного поласкаться — так всегда было в прошлом, так будет и впредь.
То, что Ци Лин легкомысленно назвал лишь недовольством, на самом деле означало категорический запрет со стороны Юй Кэ. Этот клуб был для них уже второй точкой за вечер. Первую локацию Юй Кэ вычислил сразу и велел ему прекратить эти глупости, но Ци Лин, разумеется, не послушал и сбежал.
И вот теперь его снова поймали. Юй Кэ, будучи полупубличной персоной, вообще-то старался не светиться в подобных заведениях. И пусть приватность здесь была на высоте, попадись он хоть раз объективам камеры — скандала не миновать. В конце концов, бизнес-журналы в последнее время только и делали, что пестрели хвалебными статьями о нём, называя то новым финансовым гением, то любимчиком фортуны в мире инвестиций.
— Больше не ходи сюда. Раз уж твой образ — это холодный неприступный гений, то как-то несолидно разрушать его из-за меня, — бросил Ци Лин. Впрочем, он говорил это больше для красного словца: ему просто претила сама профессия Юй Кэ, и его бесило, когда все эти незнакомцы в сети восхищались им.
— Мне всё равно, я не живу за счёт чужих оценок, — неторопливо ответил Юй Кэ. — Больше никаких интервью.
Ци Лин задумался: неужели Юй Кэ догадался о его неприязни и поэтому принял такое решение, или это простое совпадение? Алкоголь притуплял реакцию, и он, простояв так с затуманенным взглядом добрую половину минуты, в итоге так ничего и не произнёс.
Не заметив как, они сблизились ещё сильнее, и Ци Лин вдруг понял, что древесный аромат на Юй Кэ полностью выветрился.
Впрочем, неудивительно — запах в салоне машины улетучивается от малейшего дуновения ветра. То, что он держался так долго до этого, говорит лишь о высоком качестве подарка. Ци Лин попытался вспомнить марку парфюма, но в голове было пусто. Затем его озарила другая догадка: возможно, просто Юй Кэ слишком быстро шёл.
Опустив взгляд, он заметил на нём чёрную рубашку, у которой были расстёгнуты верхние пуговицы.
Сквозь воротник толком ничего не было видно, и, недолго думая, Ци Лин просто взял и резким движением потянул за края, распахивая горловину ещё шире.
Сделав это, он даже не убрал руку, так и оставив её лежать на груди мужчины.
Но тот, кого он только что так бесцеремонно дёрнул, даже не шелохнулся.
— Ты что, уснул? Раньше ты ведь вечно не позволял мне и пальцем тебя тронуть. — Вспомнив кое-что забавное, Ци Лин с улыбкой заглянул Юй Кэ в лицо и тут же встретился взглядом с парой тёмных, непроницаемых глаз.
Беглый поток слов Ци Лина оборвался секунд на дведочные. Ровно через две секунды он выдохнул:
— Братец, ты что, хочешь меня поцеловать?
Потому что сам он сейчас этого хотел просто безумно.
http://bllate.org/book/26575/3182201
Готово:
