Готовый перевод After Amnesia, I Mistook My Nemesis for My Husband / Амнезия: как я приняла врага за своего мужа: Глава 7

Лу Чжихуай плотно зажмурил глаза и, полагаясь исключительно на интуицию, принялся шарить руками по одежде человека, стоявшего перед ним.

Сяо Цзинжань наблюдал за его непрерывно дрожащими густыми ресницами и с любопытством спросил:

— Почему ты закрыл глаза?

Ещё бы! Конечно же, из страха увидеть что-нибудь непотребное и ослепнуть! С мрачным выражением лица Лу Чжихуай сжал зубы.

Он механически расстегнул пуговицы на больничной пижаме противника и парой движений стянул её. Пожалуй, из-за закрытых глаз и к тому же тесноты в ванной, поднимая руку, он случайно коснулся чего-то теплого и гладкого.

Особенно в темноте это реальное ощущение усилилось во много раз — нежное и мягкое… словно только что отутюженный первоклассный шёлк.

Лу Чжихуай вдруг совершенно растерялся, не понимая, куда деть руки, и застыл столбом, словно мумия, простояв так добрую минуту.

Кожа у него на шее тоже постепенно начала гореть.

— Муж Цжихуай… у тебя такое красное лицо… — наклонив голову, мягко произнес Сяо Цзинжань.

Стоило ему это сказать, как румянец на лице кое-кого стал еще глубже.

……

Лу Чжихуай сделал пару глубоких вдохов, подтолкнул полностью раздетого заклятого врага под струю душа и сквозь зубы бросил:

— Быстрее мойся!

Вода шумно заструилась вниз, и крошечную варную комнату мгновенно окутал горячий пар. Влажная дымка оседала на крепко зажмуренных веках Лу Чжихуая, смачивая его ресницы.

Сяо Цзинжань прислонился к стене. Из-за перевязанной из-за травмы руки он мог совершать лишь самые осторожные движения, к тому же приходилось следить, чтобы не задеть рану на ноге, поэтому мылся он с большим трудом.

Он выдавил немного геля для душа на ладони, но из-за травмированной руки радиус действия был крайне ограничен, и он озасаченно нахмурился.

Бессознательно он перевёл взгляд, полный мольбы о помощи, на стоявшего у дверей человека, который застыл, повернувшись к нему спиной.

— Муж… я не могу дотянуться до спины, ты можешь… помочь мне? — в голосе Сяо Цзинжаня сквозило легкое беспокойство.

Стоявшая к нему спиной фигура, казалось, напряглась еще сильнее, и вскоре последовал категоричный отказ:

— Не могу!

— Мойся сам, только аккуратнее, смотри не намочи рану.

Тон был совершенно безжалостным и пропитанным непреклонным холодом.

— Ой… — Сяо Цзинжань разочарованно опустил голову и тихо вздохнул. Из-за рассеянности он случайно задел рану на ноге и тут же резко втянул воздух: — Ссс…

— Что такое? Задел рану? — спросил Лу Чжихуай.

Оттуда донёсся обиженный голос:

— Угу…

Лу Чжихуай нахмурился, с невероятным трудом борясь с внутренними сомнениями, и наконец хрипло выдавил:

— Повернись ко мне спиной.

Сотрудник послушно издал угу.

Лу Чжихуай наконец решился открыть глаза.

Молочно-белый пар заполнил всю комнату, окутывая стоявшего впереди человека пеленой тумана. Точеные плечи и спина юноши смутно вырисовывались в клубах пара, а нежная кожа была покрыта легким розоватым оттенком, производя сильное визуальное впечатление.

Лу Чжихуай взял себя в руки и торопливо опустил взгляд ниже…

И тут же неожиданно уперся глазами в изящную, тонкую талию, а чуть ниже — в еще один изгиб линий, от которого мысли принимали совсем не тот оборот…

Лу Чжихуай: «……»

Онемел! Лучше бы он и дальше закрывал глаза!

Воздух наполнял сладковатый аромат геля для душа, проникая в нос и приводя в смятение.

Генеральный директор Лу, в сердце которого поднялось беспричинное раздражение, сделал несколько шагов вперед, быстрым движением сполоснул те места, где еще оставалась пена, из лейки с горячей водой, после чего с хлопком выключил душ. Он в мгновение ока схватил висевшее рядом сухое банное полотенце и с головой накрыл им всё еще источавшее очарование недомогающее создание.

Затем он подхватил укутанного с ног до головы пациента на руки.

Сяо Цзинжань: «?»

Прерванный на самом интересном месте и застигнутый врасплох Сяо Цзинжань всё еще пребывал в растерянности, когда его, завернутого вместе с полотенцем, уже куда-то понесли.

— Ты чего? Я же еще не домылся! — пациент забавно затрепыхал больными ногами в объятиях Лу Чжихуая, выражая протест.

Его мягкое личико раскраснелось от паром, отчего блестящие глаза казались еще более чарующими.

— Домылся! — раздраженный генеральный директор Лу отвернулся, незаметно сглотнув вставший в горле ком. Лицо его то краснело, то чернело, а угрозы звучали предельно свирепо: — Не дёргайся! Будешь брыкаться — выброшу!

Сяо Цзинжань и правда больше не смел шевелиться, озадаченный и обиженный, он уткнулся носом в его грудь.

Хм… Опять на меня кричит.

Пациент мысленно затаил обиду.

……

Уложив Сяо Цзинжаня обратно на больничную койку, Лу Чжихуай позвал медсестру, чтобы та сменила ему повязку и помогла переодеться. Пока медсестра обрабатывала раны, Лу Чжихуай подошел к окну, чтобы подышать свежим воздухом.

Прохладный ночной ветерок ударил в лицо, остужая пылавшую кожу. Лу Чжихуай закрыл глаза и с облегчением выдохнул.

Вот только стоило ему зажмуриться, как в памяти всплывали те самые пикантные картины из ванной комнаты.

Картины донельзя яркие и кристально четкие.

Черт! Сяо Цзинжань ведь парень, с какого перепугу у него такая круглая и подтянутая попа?!

И кожа такая белая… и талия тонкая…

Просто чертовщина какая-то!

Лу Чжихуай яростно потряс головой, ощущая, как уши и шея снова начинают гореть.

Кончено, всё кончено! Его глаза… теперь испачканы.

— Муж Цжихуай, мне поменяли лекарство, — раздался за спиной тихий призыв этого вредителя, возвращая его в жестокую реальность.

Лу Чжихуай закрыл окно и с непроницаемым лицом подошел обратно.

Сяо Цзинжань смотрел на него своими оленьими, сияющими глазами, в которых плескались нерастраченная нежность и любовь.

От этого зрелища у Лу Чжихуая по коже пробежали мурашки.

Медсестра собрала пузырьки с лекарствами и, катя перед собой тележку к выходу, не преминула восхищенно вздохнуть:

— Какие же вы, голубки, милые, так друг о друге заботитесь.

— Э-э… — Милые чёрт бы вас побрал. На красивом лице Лу Чжихуая мгновенно исказилось страшной гримасой.

Разве это забота, его же просто заставили?!

— Ванна принята, лекарство нанесено, спи давай.

Лу Чжихуай боялся, что маленькому вредителю снова что-нибудь взбредет в голову, поэтому, как только медсестра ушла, он решительно засунул его под одеяло, тщательно подоткнул края и бросил:

— Спокойной ночи.

http://bllate.org/book/26587/3183773