Готовый перевод The Obedient Little Husband Spoiled by His Rugged Hunter / Грозный охотник балует своего фулана: Глава 012. Его забьют до смерти

Чжан Мэйфан уже держала на руках перепуганного и плачущего Цзян Цунвэня, успокаивая его, и одновременно пыталась посмотреть, что с Янь Шу и Хэ Нином.

Её сын Ли Цяньшэн шёл рядом со старостой западной части деревни Цзян Чжэнсянем. Следом за ними спешили ещё несколько старших по возрасту жителей.

Ещё издалека Ли Цяньшэн увидел мать с ребёнком на руках. Посреди дороги, кроме Хэ Нина, стоял ещё один молодой гэр, который прижимал того к себе и заслонял.

Хэ У всё ещё держал в руке длинный прут и тяжело дышал, словно бык. Его налитые кровью глаза выглядели так, будто он готов кого-нибудь сожрать. Ли Цяньшэн даже не вспомнил, что сам сложен слабее Хэ У, и в несколько больших шагов бросился к матери и остальным, заслоняя их собой.

— Эй, Хэ! Больше не смей бесчинствовать!

Ли Цяньшэн раскинул руки, закрывая собой людей, а за спиной всё ещё слышались болезненные стоны Янь Шу.

Янь Шу никогда прежде не терпел подобных мучений. С детства в семье его никто не бил и не ругал; он вырос окружённый любовью и понятия не имел, что такое настоящий удар.

А Хэ Нин, казалось, уже онемел от постоянных побоев. Всё тело было изранено, но он почти не жаловался на боль.

Когда Цзян Шо получил известие, они со старшим братом и Чжэн Дунхэ как раз притащили во двор крупную добычу — дикого кабана весом больше двухсот цзиней.

Утром Чжэн Дунхэ поднялся в горы проверить местность и случайно увидел, как кабан свалился в ловчую яму. Он сразу прибежал за людьми, чтобы зверь не успел несколькими рывками выбраться наружу.

Силы у дикого кабана было немало. В конце концов именно Цзян Шо тяжёлым молотом оглушил его настолько, что зверь потерял ориентацию. Только тогда удалось связать кабана верёвками и вытащить из ямы.

Теперь мужчины собирались зарезать его прямо в деревне и продать мясо здесь. Серебра выручат меньше, чем в городке, зато сэкономят время и плату за воловью повозку; если всё подсчитать, разница будет не такой большой.

Старик Цзян и Ван Сихуа получили известие ещё на поле и уже пустили по деревне весть: кому нужно свежее мясо, пусть после обеда приходит к ним покупать.

Желающих поесть свежей дичи в деревне было достаточно. Покупать у соседей и удобнее, и дешевле, чем ехать в городок, поэтому многие уже решили зайти после еды.

Цзян Шо и остальные только успели поднять кабана на специальную скамью для разделки, как во двор вбежал запыхавшийся мужчина.

— Брат Шушуй! Твой второй сын уже дома?! Его фулана этот безмозглый Хэ У ударил!

Мужчина был одного поколения со стариком Цзяном и по возрасту всегда называл его старшим братом. Сейчас он специально пришёл сообщить о случившемся.

Цзян Шо услышал это, мгновенно отпустил тушу кабана и выбежал за ворота.

Ло Цин на кухне не расслышал слов и вышел с лопаткой в руке.

— Что случилось? Куда А-Шо так помчался?!

Цзян Мянь тоже лишь теперь понял, что произошло. Он подхватил Ван Сихуа, у которой от испуга подкосились ноги, и торопливо сказал:

— Матушка! Матушка, не волнуйся! А-Шо уже побежал туда! Я схожу за дядюшкой Анем, пусть приготовится и осмотрит Янь-гэра!

Ван Сихуа пришла в себя и несколько раз хлопнула сына по руке.

— Да! Да! Скорее зови дядюшку Аня!

И тут же крикнула Ло Цину:

— А-Цин! Цин-гэр! Скорее со мной к дому Хэ У, посмотрим, что там! Быстрее!

Старик Цзян побежал следом за Цзян Шо ещё в тот момент, когда тот выскочил из дома, вместе с мужчиной, принёсшим новости.

Ло Цин услышал, что Ван Сихуа и Цзян Мянь заговорили о деревенском лекаре, дядюшке Ане, и что Янь Шу нужно осмотреть, и понял: случилось что-то серьёзное.

Он вернулся на кухню, положил лопатку, погасил только что разведённый огонь под очагом и, поддерживая Ван Сихуа, поспешил с ней из дома.

Цзян Мянь окликнул Чжэн Дунхэ и отправился к Тянь Пинъаню за лекарем.

Чжэн Дунхэ тоже не мог оставаться во дворе один. Он тщательно закрыл ворота семьи Цзян, вернулся в свой дом в нескольких дворах отсюда и рассказал обо всём матери Линь Юньсю.

У семьи Цзян был только курятник, а свинарника не было.

Чжэн Дунхэ и Линь Юньсю пришли, перегнали кабана во временный загон для свиней у себя и решили дождаться, пока семья Цзян разберётся с происшествием. Потом уже вместе займутся разделкой и продажей мяса.

Когда Цзян Шо прибежал на место, Янь Шу уже помогли сесть на длинную скамью. Рядом сидел младший брат Хэ У — Хэ Нин.

Стоило Цзян Шо увидеть его вид, как он понял: Хэ У снова обезумел и избил младшего брата.

С виду Янь Шу держался спокойно, но его обычно румяное личико заметно побледнело, а на лбу выступил холодный пот.

Племянник сидел совсем рядом с Янь Шу, прижимаясь к нему. Глаза у мальчика покраснели, слёзы всё ещё катились по щекам.

— А-Шу!

Цзян Шо протиснулся сквозь толпу, подбежал к Янь Шу и присел перед ним.

— Куда тебя ударили? Покажи скорее!

Янь Шу увидел, что мужчина весь покрыт потом от бега и выглядит так испуганно, и вдруг почувствовал, будто рана на спине болит уже не так сильно.

Лицо у него всё ещё было бледным. Он не успел заговорить, как Цзян Цунвэнь рядом снова разрыдался.

— Второй дядя! Младшего второго дядю так сильно ударили прутом! У него на спине кровь проступила! У-у-у!

Цзян Шо тут же обошёл Янь Шу со спины. Увидев отчётливый кровавый след, он сжал кулак от ярости и уже шагнул, чтобы ударить Хэ У в лицо.

Сам Цзян Шо был высоким и крупным. В гневе он выглядел особенно страшно, а шрам между бровями создавал впечатление, будто одним ударом он действительно способен убить человека.

— Второй сын Цзян! Не бей его!

Цзян Чжэнсянь тут же велел стоявшим рядом мужчинам удержать Цзян Шо, чтобы дело не стало ещё серьёзнее.

Изначально виноват был Хэ У. Но если второй сын Цзян теперь сам его изобьёт, потом уже трудно будет разобраться, кто кому что должен.

Янь Шу тоже испугался вида Цзян Шо и мгновенно поднялся, схватив его за руку.

Но движением задел рану на спине и снова вскрикнул от боли.

Цзян Шо тут же пришёл в себя, поспешно поддержал Янь Шу и усадил обратно.

Избитому с ног до головы Хэ Нину теперь было до крайности стыдно. Если бы он не выбежал со двора, этому красивому молодому гэру не пришлось бы получать удар вместо него.

Янь Шу послушно сел, опираясь на Цзян Шо.

Почувствовав тревогу Хэ Нина, он протянул руку, сжал его холодные даже весной пальцы и молча попытался успокоить.

Старик Цзян увидел, что второго сына, уже готового драться, вовремя остановили, и облегчённо выдохнул. Если А-Шо покалечит Хэ У, кто знает, как эта злобная жена Ло Сю потом перевернёт всё и обвинит их самих.

Он даже не посмотрел на Хэ У, который стоял посреди дороги, упрямо задрав подбородок, а сразу подошёл к Цзян Чжэнсяню.

— Староста, что скажешь?

По дороге сюда Цзян Чжэнсянь уже услышал от Ли Цяньшэна всё, что произошло, и успел один раз как следует разозлиться на поступки Хэ У.

Он ведь и раньше предупреждал его: нельзя так избивать молодого гэра, тем более собственного родного брата.

Хэ У каждый раз обещал послушаться, но стоило отвернуться — и теперь он дошёл до того, что чуть не забил человека насмерть.

Да, в итоге пострадал фулан семьи Цзян, но одновременно это спасло Хэ Нину жизнь.

— Брат Цзян, второй сын Цзян, фулан семьи Цзян, не волнуйтесь. Я заставлю Хэ У дать вам ответ.

Цзян Чжэнсянь был старостой западной части деревни, и обычно в его округе не случалось ничего по-настоящему мерзкого — если не считать Хэ У и его злобной жены.

Люди вокруг даже бросили готовить обед и окружили дом Хэ в три ряда снаружи и три ряда внутри.

Когда Ло Цин, поддерживая Ван Сихуа, добрался до места, Цзян Шо уже подавил желание ударить Хэ У, но лицо всё ещё оставалось напряжённым и выглядело крайне грозно.

Увидев Ло Цина и бабушку, Цзян Цунвэнь с красными глазами бросился к Ло Цину и, всхлипывая, рассказал, что произошло.

Хотя голос мальчика дрожал от слёз, излагал он всё очень связно. Окружающие то и дело добавляли по фразе, и вскоре картина стала совершенно ясной.

Ван Сихуа с болью смотрела на кровавый след на спине Янь Шу. При стольких людях она не могла поднять его одежду и осмотреть рану, а дотронуться боялась, чтобы не сделать больнее.

Хэ Нин рядом смотрел на неё с завистью.

Когда родители ещё были живы, стоило ему где-нибудь упасть и ушибиться, матушка тоже смотрела на него так же тревожно и жалостливо.

Янь Шу поспешно поддержал Ван Сихуа, но побоялся снова растянуть рану и только сказал:

— Матушка, сейчас уже не так больно. Не переживай. Нин-гэр весь в ранах — вот на него мне смотреть больно.

Ло Цин долго успокаивал Цзян Цунвэня, а потом заметил, как Хэ Нин уныло сжался рядом с Янь Шу. Они были примерно одного возраста, но Хэ Нин выглядел на целый круг меньше и тоньше.

Ло Цин присел перед ним и тихо спросил:

— Нин-гэр, как ты? Все эти свежие кровавые следы — старший брат снова тебя избил, да?!

Ван Сихуа, осмотрев Янь Шу, тоже перевела взгляд на Хэ Нина. Всё его тело было покрыто ранами, лицо застыло в оцепенении, а некогда живые глаза напоминали мёртвый пруд. Вспомнив, через что этот ребёнок проходил все последние годы, она тоже почувствовала острую жалость.

Янь Шу всё ещё держал холодную руку Хэ Нина. Когда Ло Цин заговорил с ним так заботливо, Хэ Нин больше не смог терпеть. Долго сдерживаемые слёзы покатились по щекам, худенькое тело задрожало от рыданий.

Тем временем Цзян Чжэнсянь обратился к Хэ У:

— Хэ У! Ты без причины ударил фулана семьи Цзян. Объясни, как так вышло?

Перед младшим братом Хэ У всегда любил показывать власть, но перед деревенским старостой распоясываться не смел.

Ярость, с которой он выбежал вслед за Хэ Нином, от одного ошибочного удара будто провалилась обратно в живот.

Теперь, придя в себя, он страшно сожалел.

Но сожалел вовсе не о том, что ударил Янь Шу. Он жалел только, что плохо запер ворота и позволил Хэ Нину выбежать наружу.

Конечно, старосте такого не скажешь. Увидев, как Цзян Шо смотрит на него будто готов съесть живьём, Хэ У пришлось заискивающе пробормотать:

— Я… я случайно промахнулся. Я не хотел бить фулана семьи Цзян…

— Тьфу! А чего не скажешь, что собирался забить Нин-гэра насмерть?! Он не выдержал твоих побоев и выбежал из дома. Мы пытались тебя остановить, а ты всё равно погнался следом! Янь-гэр только потому и встал между вами! Иначе Нин-гэр сейчас уже, наверное, не дышал бы!

Чжан Мэйфан давно не могла смотреть, как Хэ У истязает Хэ Нина. Но это всё-таки чужая семья, и вмешиваться каждый раз она не могла. Поэтому, когда Хэ У и Ло Сю уходили, она иногда тайком приносила Хэ Нину еду и нужные вещи, да ещё велела всё хорошо прятать. Иначе, если найдут, его снова избьют.

— Именно! Мы вместе с Мэйфан не смогли его остановить! Этот мужик ещё толкнул меня прямо на стену двора, вон на руке кожу содрала!

Другая женщина, которая тоже пыталась преградить Хэ У дорогу, тут же подняла руку и показала всем свежую ссадину.

— Хэ У слишком жестоко бил! По виду можно было подумать, что перед ним убийца отца, а не родной брат. Бедный Нин-гэр!

— Родные братья всё-таки! Как он перед родителями ответ держать будет? Такой хороший молодой гэр живёт хуже, чем скотина у них во дворе!

— С тех пор как Хэ У женился на этой Ло Сю, Нин-гэру всё хуже и хуже! То мелкие побои через три дня, то большая порка через пять! Только благодаря крепкой судьбе его до сих пор не замучили насмерть. Бедняжка!

Окружающие заговорили наперебой, и в каждой фразе звучало одно: Хэ У — не человек.

Сам Хэ У стоял в стороне красный до ушей от унижения, а внутри всё сильнее ненавидел Хэ Нина за то, что тот выбежал из дома.

Ну получил бы спокойно свою порцию побоев — и всё! Зачем понадобилось убегать? Зачем надо было оказаться рядом именно с фуланом Цзян Шо? Теперь он сам выставлен на посмешище перед всей деревней!

Знал бы заранее — сразу переломал бы Хэ Нину ноги!

Хэ Нин заметил жестокость во взгляде Хэ У и в ужасе спрятал лицо у Янь Шу на плече. Слёзы мгновенно промочили тонкую ткань его одежды.

— Спа… спасите меня… прошу… спасите…

Сначала Янь Шу подумал, что ему показалось. Но с плеча снова донёсся полный ужаса шёпот, и он понял: это Хэ Нин просит о помощи.

Ло Цин рядом тоже услышал. Он наклонился к уху Хэ Нина и тихо сказал:

— Нин-гэр, раз всё уже дошло до такого, почему бы не воспользоваться случаем и не разорвать родственные отношения с этим негодяем, которого ты называешь старшим братом? Иначе, когда мы уйдём, он правда забьёт тебя до смерти.

Янь Шу посмотрел на раны по всему телу Хэ Нина. И ведь это только то, что видно снаружи. Что творилось там, куда чужому гэру и смотреть нельзя, страшно было даже представить.

http://bllate.org/book/26620/3237671