Это всё равно что крестьянам в одной деревне бояться, что кто-нибудь выкопает их тыквы или украдет овощи.
Стоило его отцу выкроить свободную минуту, как он тут же принимался обихаживать лекарственный огород, так что сорняков там почти не осталось, и Бай Лянь в общем-то сходил туда понапрасну.
Душа его так и рвалась переделать всё, чем он обычно занимался, и дома усидеть он не мог, поэтому, недолго думая, снова взял маленькую заплечную корзину и собрался подняться в горы попытать удачи.
Говорят, живешь у горы — кормишься от горы, и для таких семей травников, как они, это было справедливо вдвойне: одних лишь лекарственных трав с огорода и платы за приемы больных на жизнь не хватало, так что оставалось только ходить в горы за дикими травами, чтобы свести концы с концами.
Травы в горах росли редко и рассеянно, но в большинстве своем они ценились выше тех, что выращивали на огороде, и в городских лавках лекарств их тоже охотно принимали. Из-за этого находились люди, которые зарабатывали на жизнь исключительно сбором горных трав. Подобно охотникам, они круглый год жили среди диких гор и лесов, а когда набиралось достаточно добра, спускались в город, чтобы продать его.
Впрочем, этим промыслом промышляли в основном полуграмотные лекари, которые хоть и знали травы, но лечить и ставить диагнозы не умели. Любой, кто владел медициной лучше и основательнее, за такое бы не взялся: ведь это работа тяжкая, изнурительная и полная тревог, и кто по доброй воле захочет ей заниматься, если есть лучший путь.
Весенняя страда и сельские хлопоты только что закончились, и у крестьян выдалась свободная минута — не сравнить с той круговертью, что стояла в начале весны. По дороге в горы Бай Ляню встречено было немало односельчан, отправлявшихся рубить дрова.
Завидев Бай Ляня, сельчане неизменно приветствовали его и справлялись о лекаре Цзяне. Бай Ляню это казалось близким и родным, и он с улыбкой перекинулся с земляками парой слов.
— Брат Лянь! Брат Лянь!
Бай Лянь как раз поднимался в гору, беседуя и посмеиваясь с односельчанами, как вдруг до него донеслись спешные крики, режущие ветер. Все обернулись на голос и увидели крупную, дородную женщину, которая бежала к ним со всех ног, бурно размахивая руками. Это была деревенская забойщица свиней — госпожа Цинь.
— Дома ли лекарь Цзян? У моего Эр Ню так живот разболелся, что он прямо вопит! Сделайте милость, позовите лекаря Цзяна, пусть сходит к нам!
— Какая незадача, мой отец еще спозаранку ушел в город, боюсь, он доберется туда только сейчас.
Женщина аж потом покрылась от тревоги:
— И что же теперь делать? Лекаря Цзяна дома нет, и неизвестно, когда вернется, а у ребенка личико от боли совсем побелело.
Бай Лянь посильнее затянул ремни маленькой корзины за спиной. Видя, что женщина металась по земляному склону и без конца причитала, искренне переживая за сына, он попытался ее утешить:
— Тетушка, может, сходите в соседнюю деревню за лекарем? Мой отец в одночасье не вернется.
Услышав слова Бай Ляня, женщина встревожилась еще сильнее: мало того что дорога в соседнюю деревню туда и обратно займет добрых несколько часов, так кто же знает, дома ли тот лекарь? Она уж было задумалась, как поступить, но, глянув на Бай Ляня, вдруг оживилась:
— Брат Лянь, может, ты сходишь со мной?
Бай Лянь чуть нахмурился:
— Я ведь никогда не ходил на вызовы к больным. Разве госпожа Цинь не боится мне довериться?
Женщина схватила Бай Ляня за руку:
— Ты же с самого детства растешь при лекаре Цзяне! Повседневно кто бы ни приходил за лекарствами от головной боли, простуды или чтобы остановить кровь и разогнать синяки — разве не ты всё это отвешивал и смешивал? Ступай взгляни, у ребенка ведь так сильно болит живот.
Бай Лянь поджал губы и, оглянувшись, увидел, что все вокруг с надеждой смотрят на него. Раз уж тут столько свидетелей того, что госпожа Цинь сама позвала его на помощь, в случае чего объясниться будет куда проще, чем если бы его слова никто не подтвердил. К тому же у него были и свои соображения на этот счет:
— Ладно, я сперва пойду взгляну. А если позже вернется отец, ему будет легче сразу всё рассказать.
Только тогда женщина слегка перевела дыхание и согласилась.
Бай Лянь повернул вместе с женщиной и последовал в дом семьи Цинь. Супруги Цинь нравом обладали суровым и свирепым, но на продаже свинины жили весьма неплохо. Их усадьба была выстроена большой и просторной, и в деревне их уважали и старались не задирать — стоило кому-то разозлить их, как они вытаскивали два огромных тесака для разделки туш, и один только этот вид мог до смерти напугать любого.
— Эр Ню, брат Бай Лянь пришел тебя лечить!
Едва ступив во двор, Бай Лянь услышал детские стоны из комнаты. Госпожа Цинь, казалось, ощущала боль собственного ребенка на себе, поэтому тут же бросилась в горницу успокаивать сына.
Жили Цини по деревенским меркам зажиточно, но ребенок у них был всего один, и оба родителя души в нем не чаяли.
Бай Лянь проверил у мальчика пульс и посмотрел на восьми-девятилетнего пухлого паренька, который вялой тряпочкой лежал на кровати. Запястье у того оказалось толще, чем у самого Бай Ляня.
Он убрал руку и спросил госпожу Цинь:
— Бывала ли у него рвота или понос?
— Нет, он только все время держится за живот и плачет.
Бай Лянь снова легко опустил пальцы на животик ребенка и только тогда неторопливо произнес:
— У Эр Ню тут застой и переполнение от несварения. Он в последнее время случаем не слишком налегал на мясо?
Госпожа Цинь закивала:
— Мы же режем свиней, а в жару мясо быстро портится. Всё, что не удается продать, мы стараемся съесть сами. В последнее время у нас дома мясо почти каждый день на столе, да и вчера мы как раз зарезали новую свинью.
Бай Лянь подумал, что так оно и есть:
— Чеснок изгоняет застой khí, переваривает злаки и растворяет мясо — пусть Эр Ню поест его. А в ближайшее время хватит с него жирного и мясного, переходите на легкую и легкоусвояемую пищу.
Затем он добавил:
— При детском вздутии живота помогает соляной компресс и массаж круговыми движениями. Госпожа Цинь, прокалите соль с пудрой хуфэнь до изменения цвета и растирайте ею живот мальчика.
Говоря это, Бай Лянь вдобавок показал женщине приемы массажа и расположение точек.
Видя, что Бай Лянь рассуждает толково и действует с безупречной точностью, женщина расплылась в улыбке и принялась усердно запоминать.
Закончив наставления, Бай Лянь поднялся и произнес:
— Больше ничего не нужно. Если госпожа Цинь тревожится или завтра состояние не улучшится, можете заглянуть к нам попозже, когда вернется отец.
Женщина рассыпалась в любезностях и проводила Бай Ляня со двора:
— Как ты и сказал, если завтра мальчик снова станет плавить душу криком, я пойду тревожить лекаря Цзяна. А за сегодня тебе, брат Лянь, огромное спасибо.
Бай Лянь отмахнулся.
— И этот братец Лянь теперь тоже умеет лечить? И почему его отец не пришел? Смотрите, как бы дров не наломали да не вылечили кабы чего не того.
Бабушка Эр Ню, услышав, что внуку нездоровится, пришла проведать его и как раз столкнулась с госпожой Цинь, провожавшей Бай Ляня.
— Медицинское искусство лекаря Цзяна ничуть не хуже, чем у городских докторов, разве же ребенок, которого он выучил, станет лечить как попало? К тому же братец Лянь говорил очень складно.
— В доме-то всего один продолжатель рода, поосторожней бы вы с этим.
— Лекарь Цзян ушел из дома, кто же знает, когда он вернется. Я сначала сделаю так, как сказал братец Лянь, а если не поможет, тогда пойдем искать лекаря Цзяна — к тому часу как раз все дома будут.
С этими словами госпожа Цинь позвала свою матушку в дом, чтобы вместе повозиться с лекарством для ребенка.
Бай Лянь собирался в горы, но из-за этого отвлечения к тому моменту, как он вышел из дома Циней, солнце уже поднялось к самой макушке. И всё же сухие пайки были с собой, и возвращаться назад казалось обидно. Поколебавшись немного, Бай Лянь сорвал у придорожного пруда небольшой лист лопуха, пристроил его на макушку головы от солнца и все-таки направился в горы.
http://bllate.org/book/26692/3197329
Готово:
