Готовый перевод The Dean's Little Husband: Island World / Молодой супруг декана Нин: Глава 12

Ничего страшного и серьезного, просто прошлой ночью поднялся сильный ветер и пошел дождь, было холодно, и матушка случайно подхватила простуду. Пусть маленький лекарь взглянет и выпишет пару рецептов от простуды, этого будет достаточно.

Поскольку он уже выведал всё необходимое, а сердце врача полно милосердия, Бай Лянь ответил:

— Тогда погоди немного, я возьму кое-какие вещи и пойду.

Бай Лянь отправился в усадьбу Цзаньюй следом за пареньком. Дорога была сырой и скользкой, и когда они добрались до усадьбы, его дождевые туфли уже налипли добрыми двумя цзинями грязи. Бай Лянь пришел сюда впервые. Он заметил, что просторный внутренний двор усадьбы вымощен ровными каменными плитами, которые ярко отражали свет после ночного ливня, а несколько дворовых слуг подметали опавшую листву.

В этот час в усадьбе не было деревенской суеты, напротив — царили полный порядок и необычайная тишина.

У входа Бай Лянь подобрал небольшую палочку, соскоблил налипшую на подошвы грязь и только после этого последовал за пареньком внутрь. Переступив порог ворот, они повернули налево, в крытую галерею.

— Лянь-гэ? Ты как здесь оказался?

В конце коридора Бай Лянь увидел тихую гостиную, в которой двое пили чай. Это были Лю Цзинь и Лю У. Заметив, что он входит, Лю Цзинь первым поднял голову и спросил:

— Я пришел вести прием.

— Ты тоже умеешь лечить? — Лю Цзинь был весьма удивлен.

Бай Лянь слегка кивнул, не желая продолжать с ним разговор. Держась следом за пригласившим его пареньком, они отошли чуть дальше, и только тогда Бай Лянь спросил:

— Ты знаешь, что эти двое здесь делают?

Паренек ответил весьма вежливо:

— Они оба пришли навестить управляющего усадьбой.

Бай Лянь подумал: обычно они не ходят с визитами, с чего бы им являться сюда так часто в последние два дня? Он уже собирался спросить, не здесь ли все еще Нин Муянь, как паренек опередил его:

— Мы пришли.

С этими словами Бай Ляня провели в комнату, где на кровати лежала пожилая женщина.

— Матушка, лекарь пришел.

Паренек подошел ближе и помог женщине приподняться. Бай Лянь шагнул вперед, чтобы проверить пульс, а затем приложил руку к ее лбу:

— Жарковато. Я захватил с собой немного трав, но этого может не хватить, придется вернуться за остальными.

— Раз маленький лекарь говорит, что это обычная простуда и жар, я спокоен. Назовите рецепт, в усадьбе есть самые необходимые лекарства.

Бай Лянь подумал про себя, что в большой усадьбе и условия отличные:

— Хорошо.

Для простуды и жара даже не требовалось выписывать рецепт, а все нужные лекарственные травы были хорошо знакомы и легко различимы, поэтому Бай Лянь перечислил их вслух:

— Пейте отвар вовремя, жар быстро спадет. И даже в летние дождливые дни не пренебрегайте теплом — если намочите волосы или одежду, сразу же искупайтесь и переоденьтесь в сухое.

Паренек дважды кивнул в знак согласия. Бай Лянь поднялся на ноги:

— Тогда я откланяюсь. Если понадобится что-то еще, можете снова обратиться ко мне.

— Хорошо, большое спасибо, маленький лекарь.

Паренек уже собирался заплатить за визит, как снаружи появился какой-то мужчина средних лет.

Завидев его, паренек крайне уважительно окликнул:

— Управляющий Хуан.

Мужчина шагом вошел в комнату:

— Как поживает матушка Чжан?

— Благодарю управляющего за заботу, лекарь сказал, что это обычный жар.

Услышав это, мужчина перевел взгляд на Бай Ляня и легко улыбнулся:

— Я слышал, что матушка Чжан заболела, и ты ходил за лекарем. Раз уж ты здесь, чтобы проведать ее, не сочти за труд — загляни еще к одному человеку.

— Кто-то еще заболел?

Управляющий не стал отвечать прямо, лишь сделал приглашающий жест рукой в сторону Бай Ляня:

— Сюда, пожалуйста.

Бай Лянь пошел за управляющим, чувствуя себя не в своей тарелке: он опасался, как бы это не оказалось какой-нибудь массовой простудой, а в таком случае болезнь могла быть уже не столь простой.

Пока он пребывал в растерянности, они внезапно вышли из небольшого жилого флигеля в главную залу. Шагая по направлению к просторному помещению, Бай Лянь смутно почувствовал неладное. У порога главных покоев он вдруг остановился:

— Управляющий Хуан, я пришел с улицы и боюсь испачкать грязью полы.

Услышав это, управляющий бросил взгляд на обувь Бай Ляня:

— Ничего страшного.

С этими словами он снял со стоящей у входа в главные покои обувной полки пару чистых тапочек и протянул их гостю. Прижав чистую обувь к груди, Бай Лянь лишился последних отговорок и, переобувшись, послушно вошел в комнату.

И точно: войдя в главные покои, он увидел сидящего за столом молодого человека, который, склонив голову, выводил кистью иероглифы. Вероятно, тот поднялся совсем недавно, и его волосы были небрежно собраны на затылке нефритовой шпилькой.

— Молодой господин, лекарь пришел.

Услышав это, Нин Муянь положил пурпурную кисть на тушечницу и поднял взгляд на следовавшего за управляющим Бай Ляня.

Заметив это, управляющий всё понял без слов. Не добавляя больше ни звука, он отвесил Нин Муяню поклон и, слегка согнувшись, попятился к выходу, прикрыв за собой дверь.

Увидев, что дверь закрылась, Бай Лянь невольно судорожно вздохнул — ему отчаянно захотелось сбежать.

— Ты уже позавтракал? — Нин Муянь первым поднялся из-за письменного стола.

Бай Лянь пришел в себя. Оставив посторонний вопрос без ответа, он окинул Нин Муяня парой взглядов и произнес совершенно официальным тоном:

— Молодой господин Нин выглядит цветущим и здоровым, не знаю даже, на что вы жалуетесь.

Заметив, что тот уклонился от ответа, Нин Муянь ничуть не разгневался и пояснил:

— В груди тесно, дыхание сбивается, по ночам не спится. Причины мне неведомы.

— Наверное, молодой господин Нин впервые здесь и страдает от непривычки к местной воде и пище.

Нин Муянь присел поближе к столу и сам собой закатал рукав:

— Лучше проверь пульс.

Бай Лянь последовал за ним и сел напротив. Глядя на протянутое к нему изящное запястье, он опустил глаза и беспомощно вздохнул. Прежде чем протянуть руку, он помедлил, а затем достал из-за пазухи шелковый платок, набросил его на запястье Нин Муяня и лишь после этого коснулся пальцами кожи.

Теплая кожа излучала сильный жар, и даже сквозь шелк Бай Лянь чувствовал, что температура далека от нормальной. И хотя этот жар вовсе не обжигал пальцы, кончики его ушей мгновенно покраснели.

Он ведь ясно помнил, что переродился уже после всех событий между ними, но почему же в голове так некстати всплыли столь яркие воспоминания о тех жарких часах сплетения тел, когда их кожа пылала?

В душе он горько оплакивал утрату: стоило ему распроститься с образом невинного юного лекаря Цзяна, как прежние чистые дни были уже безвозвратно потеряны.

Нин Муянь молча смотрел на шелковый платок, который Бай Лянь положил ему на запястье. Лицо его было бледным, а брови едва заметно дрогнули:

— Маленький лекарь Цзян даже пульс умеет слушать через платок?

— Отец научил.

— Хоть маленький лекарь и так юн, а медицинское искусство поистине великолепно.

От бесконечного повторения этого обращение маленький лекарь Цзян у Бай Ляня закружилась голова, а мысли окончательно спутались. Скрепя сердце он закрыл глаза, сосредоточившись на пульсе, и одновременно велел пациенту закрыть рот.

http://bllate.org/book/26692/3197335