Готовый перевод Rebirth: My Wife is a Drama Queen / Возрождение: Моя супруга — мастер драмы: Глава 6

Тот крестьянин с опаской покосился на него и спросил:

— Вы откуда такие? И зачем вам понадобился староста?

Дуань Сун заранее знал, что его об этом спросят, поэтому сочинил историю:

— Моя семья пришла в упадок, родители скончались. Покойный отец при жизни рассказывал, что проезжал здесь и люди здесь добрые, с простыми нравами. Я много думал об этом и решил, что хочу обосноваться именно здесь.

Его слова, можно сказать, были шиты белыми нитками, но Дуань Суна не особо волновало, поверят они или нет. В прошлой жизни он усвоил одну истину: если есть деньги, то и черт заставит мельницу крутиться. Уходя из клана Дуань, он прихватил пятьсот лян. По дороге потратил около пятидесяти, и хотя сейчас он был не так богат, как Дуань Жуйи прежде, но, судя по его наблюдениям за эти дни, это была отнюдь не маленькая сумма.

Крестьянка, конечно, ему не поверила, но всё же указала дорогу к дому старосты. Дуань Сун поблагодарил её и, взяв Лян Чуньюя, направился туда. Лян Чуньюй с любопытством вертел головой по сторонам, в руках у него была пойманная кузнечик. Сам он был очень хорош собой, а Дуань Сун обладал весьма внушительной фигурой, поэтому по пути все, кто занимался в поле или стирал белье, невольно провожали их взглядами.

Дуань Сун чувствовал себя так, словно выступал в цирке. Лян Чуньюю же эти взгляды не понравились — обычно смелый, он вдруг испугался, прижался к Дуань Суну, ухватился за его рукав и позвал:

— Муж.

Дуань Сун похлопал его по плечу. Проходившая мимо женщина, услышав, как Лян Чуньюй называет Дуань Суна мужем, чуть глаз не лишилась от удивления. И дело было вовсе не в том, что они оба мужчины — в Ваньго однополые браки были в порядке вещей. Всё дело было в том, что внешность Дуань Суна и Лян Чуньюя слишком уж контрастировала: это выглядело как свежий цветок, воткнутый в коровью лепешку.

Дойдя до дома старосты, Дуань Сун постучал. Дверь открыл смуглый, крепкого телосложения мужчина средних лет. Оглядев их, он спросил:

— Вы к кому?

— Я ищу старосту, — ответил Дуань Сун.

Тот нахмурился. Деревня Уай была немаленькой, по меньшей мере, здесь насчитывалось несколько сотен дворов, но лицо Дуань Суна было ему совершенно незнакомо.

— Входите, — мужчина отступил в сторону.

Дом старосты был заметно богаче тех, что Дуань Сун видел по пути: даже крыша была покрыта черепицей, в отличие от соломенных хижин большинства сельчан. Двор, конечно, был меньше, чем в клане Дуань, да и всего их было два, но здесь было полно играющих детей — похоже, семья у старосты была большая.

Дуань Суна проводили в главную комнату. Там сидел седовласый старик с бодрым и проницательным взглядом. Его спина была слегка сгорблена, но в целом он выглядел весьма внушительно.

— Кто вы такие? Зачем пожаловали? — спросил староста.

Дуань Сун снова пересказал придуманную легенду. Но староста оказался крепким орешком, его так просто не обведешь. Делать было нечего, пришлось продолжать импровизировать. В ходе разговора Дуань Сун выяснил, что в деревне Уай больше всего тех, кто носит фамилию Ван, а остальные были приезжими, осевшими здесь раньше или позже. А сам староста Ван Юаньжэнь был не только главой деревни Уай, но и старейшиной всего рода Ван. Тот смуглый мужчина, что открыл им дверь, оказался его третьим сыном, Ван Тао.

— Ваше дело непростое, — сказал староста Ван Юаньжэнь. — У вас нет ни документов, ни регистрации, личности не установлены… — он не договорил, но Дуань Сун прекрасно понял, к чему он клонит.

— Господин Ван, я понимаю ваши опасения, но мы с Чуньюем точно не преступники. В десяти с лишним ли от деревни Уай находится городок Чанфэн. Если бы я был в розыске, стражники из городка давно бы нас арестовали, а не позволили бы так спокойно сюда прийти.

С этими словами Дуань Сун достал изысканную шкатулку и протянул её Ван Юаньжэню. Тот прищурился, не спеша брать подарок, однако его третий сын, Ван Тао, увидев богатую вещицу, сразу решил, что внутри что-то ценное, и загорелся желанием заполучить её.

— Батюшка, они не похожи на плохих людей, — подал голос Ван Тао.

Едва он закончил, Ван Юаньжэнь одарил его сердитым взглядом. Все его дети были достойными людьми, кроме младшего, третьего сына — безголового любителя наживы, именно поэтому он и не отпускал его далеко от дома.

— Судя по вашей одежде, вы не похожи на бедняков. С чего бы вам выбирать такую глушь, чтобы осесть? — остро спросил Ван Юаньжэнь.

Дуань Сун, не имея выбора, снова пустился в объяснения: мол, в бизнесе предали партнеры, пережил раздел семейного имущества, разочаровался в прежних местах и теперь хочет лишь найти тихую гавань, чтобы спокойно прожить жизнь.

Когда он закончил, Ван Юаньжэнь никак не отреагировал, зато Лян Чуньюй вдруг сел на пол и горько зарыдал, причитая:

— Муж, ты такой несчастный, мы такие несчастные.

От этого плача у Дуань Суна разболелась голова — он решительно не понимал мира сумасшедших. Ван Юаньжэнь же смотрел на это с крайним недоумением. Он перевел взгляд на Дуань Суна:

— А с вашей супругой что?

Дуань Сун тут же сделал скорбное лицо, с трудом опустился на корточки и обнял Лян Чуньюя. Тот, воспользовавшись моментом, прильнул к нему, вытирая слёзы и сопли об его одежду. Дуань Сун подавил желание оттолкнуть его и проговорил:

— После стольких потрясений рассудок у моей супруги помутился.

Ван Юаньжэнь ничего не ответил. Дуань Сун поднял Лян Чуньюя с пола, тот, выплакавшись, принялся теребить рукав Дуань Суна. Тогда заговорил староста:

— Раз вы так искренни, я поверю вам на этот раз. Завтра в час дракона придете ко мне, оформим документы.

Он бросил взгляд на Ван Тао, и тот, поняв намек, принял у Дуань Суна шкатулку.

Дуань Сун выдохнул с облегчением. Поклонившись, он вместе с Лян Чуньюем покинул дом. На следующий день он сходил со старостой к властям, оформил бумаги, а затем купил дом и участок земли. Дом выглядел довольно ветхим, но ничего другого в деревне Уай не нашлось. Что касается земли, то Дуань Сун купил немного: во-первых, не стоит выставлять богатство напоказ, иначе чужак, скупивший слишком много, вызовет зависть у соседей; во-вторых, ни он, ни Лян Чуньюй совершенно не умели заниматься земледелием, так что больше земли было бы просто пустой тратой.

На самом деле, лучше всего было бы жить в самом городке, но он только что сбежал, а в городке полно людей и лишних глаз. И пусть деревня находится далеко, он боялся, что его кто-нибудь узнает.

О средствах к существованию Дуань Сун пока не думал. Глядя на обветшалый домик, он решил, что первым делом нужно заняться ремонтом.

Ремонт, конечно, должны делать мастера, но Дуань Суну никто не мешал составить план. Хотя дом был в запустении, площадь у участка была приличная, видно было, что прежние владельцы жили зажиточно.

Дуань Сун нанял людей перекрыть крышу черепицей, очистил двор от сорняков. В саду была площадка, очевидно, бывший цветник, но Дуань Сун не был любителем изящных искусств, поэтому засадил всё овощами. А поскольку дорожки были земляными и в дожди превращались в сплошную грязь, он приказал вымостить их галькой от самых ворот до каждого строения.

http://bllate.org/book/26754/3204784