Готовый перевод The Solitary Prince Dotes on His Young Scholar / Любимый учёный одинокого князя: Глава 116. Жун Е очнулся

Они провели в пространстве целых два дня.

Каждый день Се Шуанбай купал Жун Е в духовном источнике, поил его этой водой и вводил её в вену.

Только видя, как лицо Жун Е день ото дня становится здоровее, он понемногу успокаивался.

А вот дежуривший у входа Жун И уже почти сходил с ума. Даже Жун У больше не мог сохранять обычное спокойствие.

Два дня — и изнутри ни единого звука.

Слух у обоих был отличным, но они действительно ничего не слышали. Это было слишком ненормально.

Они уже думали, не войти ли проверить, когда из шатра наконец донёсся шум.

Се Шуанбай увидел, что рана Жун Е и цвет его губ постепенно пришли в норму, и перенёс его из пространства наружу.

Жун Е оказался слишком тяжёлым. Се Шуанбай не удержал равновесие, и оба разом повалились на кровать.

Он в панике кое-как поднял Жун Е, уложил как следует, накрыл одеялом и лишь потом откинул полог.

Посмотрев на двух телохранителей, стоявших по сторонам словно дверные божества, Се Шуанбай сказал:

— Князю уже не должно угрожать ничего серьёзного. Позовите лекаря, пусть проверит пульс.

Не дожидаясь ответа, он снова вошёл внутрь.

Вскоре несколько лекарей окружили постель и наперебой заспорили.

— Невозможно! Этого просто не может быть! Какой божественный врач сумел за два дня вывести такой сильный яд?!

Седобородый старый лекарь с сияющими глазами оглядел присутствующих.

Все посмотрели друг на друга, а потом одновременно перевели взгляд на Се Шуанбая.

От этих взглядов ему стало не по себе. Он неловко замахал руками:

— Просто князь очень крепкий!

Се Шуанбай отчаянно замигал Жун И. Тот сразу понял намёк и вежливо выпроводил всех лекарей.

Только тогда Се Шуанбай облегчённо выдохнул и предупредил:

— То, что Жун Е вылечил я, обязательно держите в секрете.

В голове Жун И мгновенно пронеслась целая цепочка мыслей. Он кивнул:

— Молодой господин, будьте спокойны. Никто не узнает, что князя спасли вы.

Се Шуанбай похлопал его по плечу:

— На тебя я могу положиться!

Жун И посмотрел на лежащую на его плече руку и внутренне запаниковал.

«Господин, это правда не я заставил молодого господина Се меня трогать!»

Се Шуанбай, конечно, не знал, о чём тот думает. Сам он сейчас хотел только одного — выспаться.

За последние дни, ухаживая за Жун Е, он почти не отдыхал.

Жун У отвёл его в отдельный шатёр. Тот был небольшим, но чистым. Се Шуанбай устало сел на край кровати, завалился набок и мгновенно уснул.

Он проспал так крепко, что даже не узнал, когда очнулся Жун Е.

После того как яд удалось вывести, лекари тоже не бездействовали и выписали лекарства для восстановления.

Жун Е пришёл в себя глубокой ночью.

Жун И первым услышал движение и радостно воскликнул:

— Господин, вы очнулись!

Только открыв глаза, Жун Е некоторое время не понимал, где находится. Он смотрел на свод шатра, медленно восстанавливая события в памяти. После удара клинком он потерял сознание. А потом…

Он покачал головой и попытался поднять руку, но не успел пошевелиться, как в ране на спине вспыхнула сильная боль.

Жун Е тяжело задышал и замер.

Жун И тревожно сказал:

— Князь, осторожнее! Клинок Ба Тайту задел жизненно важные сосуды. Лекари велели вам не двигаться без нужды!

Сознание Жун Е окончательно прояснилось. Слабым голосом он спросил:

— Жун И, как вывели яд?

Жун И взглянул на него и не решился скрывать:

— Молодой господин вылечил вас.

Жун Е сразу встревожился:

— Он узнал? Где он сейчас?

Увидев, что дыхание господина сбилось, а лицо стало напряжённым, Жун И поспешно объяснил:

— Господин, не волнуйтесь! Молодой господин сейчас отдыхает. Он ухаживал за вами и двое суток не сомкнул глаз!

Только после этих слов Жун Е понемногу успокоился.

Хорошо, что с ним самим всё в порядке. На этот раз Жун Е действительно проявил беспечность. Наверняка Шуанъэр страшно переживал!

Некоторое время в шатре слышалось только слабое дыхание Жун Е.

Хорошо ещё, что перед отъездом он съел несколько прозрачных жемчужин, которые дал ему Шуанъэр.

Неизвестно, помогли ли именно они, но после сильнейшего отравления Жун Е не умер сразу, а сумел удержаться за жизнь до прибытия помощи.

И снова его спас Шуанъэр.

Если считать этот раз, уже в третий.

В первый — когда он потерялся и оказался у деревни Сяоши, а Се Шуанбай подобрал его и принёс домой.

Потом — жемчужины, отданные перед поездкой как средство спасения жизни.

И теперь — долгий путь сюда ради того, чтобы вывести из него яд.

Такой долг чувств Жун Е уже не сможет вернуть за всю жизнь.

Ему оставалось только до конца своих дней любить Се Шуанбая, защищать его и быть рядом — лишь так он сможет не предать это сердце.

Сам Се Шуанбай даже не подозревал, сколько всего Жун Е уже успел передумать.

Проснулся он только на следующий день, в час Чэнь.

Никто его не тревожил. Придя в себя и кое-как умывшись, он вместе с Жун У направился к шатру Жун Е.

Жун И увидел быстро приближавшегося Се Шуанбая и поклонился:

— Молодой господин, вы проснулись! Я как раз собирался идти за вами.

Се Шуанбай испугался, решив, что с Жун Е опять что-то случилось:

— Что такое?

— Господин очнулся прошлой ночью, но боялся помешать вашему отдыху и запретил мне вас будить.

Услышав, что Жун Е очнулся, Се Шуанбай тут же бросился внутрь.

Жун И и Жун У переглянулись, понимающе подняли полог и остались снаружи.

Они автоматически превратились в охрану у дверей.

Жун Е услышал голос Се Шуанбая, повернул голову и увидел, как тот вбегает.

Се Шуанбай оказался совершенно безнадёжным: стоило увидеть живого, шевелящегося Жун Е, как слёзы полились без остановки.

Если бы не отношения с Жун Е, он бы никогда не узнал, насколько, оказывается, способен плакать.

Жун Е увидел его и почувствовал такую боль в сердце, что сразу сказал:

— Не плачь. В этот раз я проявил беспечность и не послушался тебя.

Се Шуанбаю было так обидно, что слёзы никак не прекращались:

— Ты меня до смерти напугал! Что я говорил перед твоим отъездом? Ты же обещал мне беречь себя!

Жун Е знал, что виноват, и потому ответил очень смиренно:

— На этот раз я действительно ошибся. Не сердись. Обещаю: больше такого не будет.

Он попробовал пошевелиться, но сил не хватило. Переведя дыхание, сказал:

— Посмотри туда. Я привёз тебе подарок.

Се Шуанбай обернулся и увидел в маленькой корзине белоснежного волчонка.

— Не думай, что я тебя прощу только потому, что ты подарил мне волка!

— Лишь бы ты больше не сердился.

Се Шуанбай промолчал. Жун Е протянул руку, пытаясь взять его за ладонь, но от боли резко втянул воздух.

— Что ты опять геройствуешь? Ты так тяжело ранен и ещё смеешь дёргаться!

Се Шуанбай обеспокоенно поспешил поддержать его.

Жун Е посмотрел на него с самым несчастным видом:

— Я хотел взять тебя за руку, а ты меня совсем не замечаешь.

Се Шуанбай едва не рассмеялся от злости. Глядя на ослабевшего Жун Е, он начал отчитывать:

— Не замечаю? Если бы не замечал, вообще бы сюда не приехал! Не думай, что достаточно сделать жалкий вид — и я тебя прощу. Я уже знаю, как всё произошло.

— Откуда в тебе столько самоуверенности? Ты рискнул собой, чтобы выманить врага. Ты девятихвостая лиса, что ли? Девять жизней имеешь? Уверенность — это хорошо, но чрезмерная уверенность уже болезнь!

— Ты главнокомандующий всей армией. Если бы в этот раз меня здесь не оказалось, что ты собирался делать? Что должны были делать твои люди?!

— Ты понимаешь, что был отравлен сильнейшим ядом? Сильнейшим! От него умирают! Умирают!

Чем больше Се Шуанбай вспоминал, тем страшнее становилось. К концу он уже почти не контролировал себя.

Жун Е молча позволил ему выплеснуть всё.

На этот раз он действительно был слишком безрассуден. Если бы ему сообщили, что Шуанъэр при смерти, он сам, пожалуй, не выдержал бы.

Се Шуанбай вытер слёзы:

— Ты вообще обо мне не подумал. Поэтому и посмел так безоглядно рисковать.

Жун Е ничего не сказал, только, задержав дыхание, заставил себя сесть.

Се Шуанбай побледнел и сразу бросился смотреть рану.

— Ты жить не хочешь?! Твоя жизнь теперь принадлежит мне. Если не будешь её беречь, я с тебя не слезу!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/26901/3277769