Готовый перевод The Calamity Within the Book / Книга бедствий: Как выжить в роли пушечного мяса: Глава 7

В конце концов, для Цзянь Шу, человека, который скультивировал боевые искусства с малых лет, таскать воду было всё равно что просто разминаться.

— Эй, амбал!

Два других слуги в дворике грелись на солнышке и одновременно окликнули Цзянь Шу:

— Чего встал? Ещё дрова колоть надо.

— Точно, такой здоровый лоб, а всё норовишь на халяву поесть.

— Ха-ха-ха-ха!

Эти двое уже некоторое время служили в Культе Лидун, и сейчас их физиономии выглядели наглее одна другой. Если бы Мо Юнькуан сейчас увидел эту картину, он непременно похлопал бы их по плечам и с доброй улыбкой посоветовал: «Мелко мыслите, ребята, ох как мелко».

Цзянь Шу не обратил на них внимания, направился на заднюю кухню и принялся готовить топоры для колки дров.

В этот момент в их дворик пожаловал управляющий.

— Управляющий Лю, с какими судьбами вы здесь? — те двое, что только что грелись на солнце, тут же подскочили и бросились к нему.

Управляющий Лю бросил на них беглый взгляд, затем перевел глаза и окинул взглядом весь двор, но так и не нашел человека, которого хотел увидеть.

— Где А Сы?

— А Сы-то? Он на задней кухне, дрова колотит, — честно ответили те двое.

— Хм, вы уж слишком-то парня не гнобите. Как-никак, сам господин Хуфа лично его выбрал. Немного поучите уму-разуму, и хватит, не перегибайте палку.

Сказав это, управляющий Лю достал из-за спины свёрток и протянул его им:

— Это новая одежда для А Сы, передайте ему.

— Да-да, конечно! — те двое поспешно закивали.

Управляющий Лю удовлетворенно кивнул и повернулся, чтобы уйти.

Как только он скрылся из виду, оба слуги переглянулись, и их взгляды наконец упали на лежавший в руках свёрток.

— Вторая заноза, отдадим эту обновку тому громиле?

— Щас, разбежался.

Второй смачно сплюнул на землю:

— В первый же день господин Хуфа прогнал его взашей, так что этот Хуфа явно не станет переживать, сдохнет он там или нет. Вместо того чтобы ждать, пока он помрёт, и потом сдирать с трупа одежду, лучше пустим её на благо себе любимым.

— И то верно, — первый закивал в знак согласия.

……

Хотя Мо Юнькуан и занимал пост хуфа, деньки в секте выдавались на редкость праздные. Наверное, всё дело было в том завидном вознаграждении, которое он получил за добрые дела в прошлый раз, так что в эти дни Глава культа даже перестал донимать его отчётами об эффективности.

В прошлой жизни Мо Юнькуан привык крутиться как белка в колесе, и теперь от такой безмятежности он даже немного растерялся. Опершись локтями на перила у пруда, он сверху вниз разглядывал раскормленных до круглых боков карпов:

— Посмотрите на вас, дармоеды ленивые, растолстели уже как свиньи.

Мо Юнькуан потыкал в них пальцем, отпуская насмешки, но на полуслове вдруг умолк. Ему почему-то казалось, что он ругает самого себя. Опустив взгляд на собственное отражение в водной глади, он заметил, что лицо у него точь-в-точь как в прошлой жизни, но сколько ни глянь — сквозит в нём какая-то демоничность, и ещё… надломленность?

Что за странные настройки, что за срань вообще сочинил этот долбаный автор? Зачем наделять какого-то пушечного мяса столь сложным характером?

Мо Юнькуан уже хотел было вздохнуть, но, обернувшись, заметил высокую фигуру, направляющуюся прямо к нему. Он точас же выпрямился, приняв надлежащий вид, и как только человек подошел ближе, Мо Юнькуан с первого же взгляда узнал в нём А Сы.

А Сы тоже явно заметил его и слегка поклонился:

— Господин.

— А Сы, — по привычке начал светскую беседу Мо Юнькуан. — Ты чего здесь делаешь?

Простодушное лицо А Сы повернулось к нему, он опешил на секунду, а затем молча приподнял бадью с кормом, которую держал в руках:

— Рыбу кормлю.

— […]

Мо Юнькуан перевел взгляд на полную доверху бадью рыбного корма в руках А Сы. То есть, выходит, всех этих жирных сомов откормил именно он?

Заметив, что собеседник всё так же тупо стоит на месте и пялится на него, Мо Юнькуан сообразил, что, судя по всему, загораживает тому путь к рыбе, и поспешно отошел в сторону.

— Корми-корми, не обращай на меня внимания.

— Слушаюсь, — послушно кивнул Цзянь Шу, взял бадью и направился ровно на то место, где только что стоял Мо Юнькуан, чтобы начать кормление.

Стоило этим шарообразным рыбинам завидеть своего кормильца, как они тут же сбились в стаю и ринулись к берегу, разинув рты в ожидании еды.

Мо Юнькуан стоял рядом, опершись о перила, и с любопытством наблюдал за ними своими манящими персиковыми глазами. Цзянь Шу, продолжая бросать корм, то и дело бросал косые взгляды на стоявшего рядом человека и, видя, как тот изо всех сил старается делать вид, будто ему совершенно всё равно, невольно усмехнулся.

— Господин, вы тоже хотите покормить рыбу?

Застигнутый врасплох вопросом, Мо Юнькуан поднял глаза на повернувшегося к нему А Сы, и на его лице промелькнуло смущение человека, чьи тайные помыслы только что раскрыли:

— Ха-ха, можно?

— Что вы, господин, говорите такое. Разве вам не позволено делать всё, что заблагорассудится?

Цзянь Шу опустил взгляд ресниц. На мгновение в воздухе повисла тишина, а затем Мо Юнькуан увидел, как перед его глазами появились длинные, утонченные и чистые пальцы с отчетливо выделяющимися суставами. Они зачерпнули из бадьи немного корма и швырнули его в пруд.

По глади воды побежали круги, превращаясь в туманную рябь. Завидев еду, рыбы с новой силой засуетились и толпой поплыли в сторону Мо Юнькуана.

Мо Юнькуан никогда раньше не кормил рыбу, а потому нашел это занятие невероятно забавным. Кормя их, он сам не заметил, как глупо улыбнулся:

— Жаль, что мы с тобой не парочка.

— Что вы имеете в виду, господин? — Цзянь Шу не понял слов Мо Юнькуана.

— Ну смотри, если бы мы были парой, то стали бы общими приёмными родителями для этих толстолобиков.

Выдав эту плоскую шуточку, Мо Юнькуан первым же от неё и поёжился:

— Тьфу, мороз по коже.

— …Господину холодно?

Цзянь Шу перевёл взгляд на легкие и совершенно не защищающие от ветра странные одежды Мо Юнькуана и спросил:

— Если господину холодно, я могу принести накидку.

— Нет-нет, мне совсем не холодно! — Мо Юнькуан изо всех сил пытался унять кожу, дрожащую от порывов ледяного ветра, и уверял, что ему ни капельки не холодно, хотя в душе отчаянно матерился: если бы не проклятый образ персонажа, он бы уже давным-давно закутался в три слоя снизу доверху. И в кого только этот Оригинал такой безумный уродился — в любое время года, будь то весна или зима, носит лишь какие-то обноски.

— Но вы ведь дрожите, господин.

— Ничего подобного, не выдумывай!

Мо Юнькуан поспешно перевёл тему. Посмотрев на А Сы, он вдруг словно что-то осознал, сделал шаг вперёд, обошёл парня вокруг и, заметив на его одежде дыру, прищурился:

— Почему ты не надел новую одежду?

http://bllate.org/book/26919/3240063