Су Тан толкнул дверь и вошел, застав столь жуткую картину. Он перевел взгляд на Тао Юя на больничной койке, а затем с недоумением посмотрел на название больницы вверху на табличке с номером палаты.
Это ведь Народная больница, всё верно.
Может... не доложить ли об этом генеральному директору Гу и не отправить ли его часом в психиатрическое отделение?
— Господин Тао? — Су Тан постучал два раза и подошел ближе, держа в руке какую-то папку с документами. — Это директор Гу...
Тао Юй повернул голову и впился глазами в бумаги у него в руках. Слёзы безудержно катились из глаз, два красных следа от пощёчин на щеках уже заметно опухли, а растрёпанные от холодного пота волосы липли к лицу. В сочетании с его выражением лица он выглядел точь-в-точь как безумец.
Черневшие на документе слова «Соглашение о разводе» резали глаза. Тао Юй взял его и, не отрывая глаз, некоторое время смотрел на эти слова, после чего поднял голову и улыбнулся Су Тану:
— Передай ему, я ничего не подпишу.
Он больше никогда не сделает ничего дурного по отношению к Гу Цяню. Он хотел объясниться с Гу Цянем, хотел искренне попросить у Гу Цяня прощения, хотел стократ искупить ту любовь и нежность, что тот ему дарил.
Он не хотел разводиться.
Су Тан с некоторым удивлением посмотрел на него, а на его губах застыла дежурная фальшивая улыбка:
— Можете передумать в любой момент.
Тао Юй пропустил мимо ушей его язвительность, небрежно отложил соглашение в сторону, оперся руками о кровать и соскочил вниз:
— Достань мне одежду, отвези меня в Яжунь.
— Директор Гу сейчас не хочет тебя видеть. — Су Тан остался стоять на месте.
— Ладно, — Тао Юй не стал с ним спорить, обулся в больничные тапки и потрепал волосы в уборной. — Я знаю дорогу, сам доберусь.
С этими словами он сломя голову выбежал за дверь.
Оказавшись внизу у здания компании, Тао Юй лишь задним числом осознал, как неряшливо он выглядит: волосы, которые он наспех пригладил руками, давно растрепались от бега, слезы на лице смешались с потом, превратившись в грязь, на нем была больничная пижама, да к тому же в суматохе он потерял один тапок.
Как в таком виде идти в компанию и предстать перед Гу Цянем? Разве это не позор для Гу Цяня?
Тао Юй совсем не хотел, чтобы Гу Цянь видел его в таком неприглядном виде, но в то же время страстно желал немедленно его увидеть. Поборовшись с собой, он смирился со своей участи и, сидя в такси, дрожащими пальцами достал телефон, чтобы позвонить Гу Цяню.
Стоило гудку прозвучать всего один раз, как вызов приняли. Раздался холодный голос мужчины:
— Подписал?
Услышав голос Гу Цяня, Тао Юй почувствовал, как в носу защипало. Он шмыгнул носом и робко произвел:
— Я внизу у компании... Ты не мог бы спуститься за мной?
На том конце провода на пару секунд воцарилась тишина, после чего звонок сбросили.
Тао Юй растерянно сидел в такси: он совершенно не понимал нынешнего к нему отношения Гу Цяня и не знал, стоит ли ему ждать здесь дальше.
Подъехал автомобиль Су Тана. Увидев его, Тао Юй ощутил непреодолимое желание покорно вернуться в больницу и сидеть там тихо.
Он терпеть не мог больницы. То тягостное ожидание в палате, пока Гу Цянь выйдет из критического состояния, было мучительнее еще одной смерти.
Тао Юй заметил, как Су Тан вышел из машины и направился к нему, но его окликнул стремительно спустившийся сверху Гу Цянь. Перекинувшись пара фраз, Су Тан вернулся в автомобиль и уехал.
Увидев, что Гу Цянь идет к нему, Тао Юй торопливо распахнул дверцу машины, но не успел опустить ногу на землю, как его голову и лицо накрыли мужским пиджаком, а затем подхватили на руки.
Движения Гу Цяня трудно было назвать нежными, в них все еще чувствовалось сдерживаемое раздражение.
Даже почувствовав боль, Тао Юй не смел пискнуть. Он украдкой потянул за край наброшенного на него пиджака, приоткрывая глаза, чтобы украдкой взглянуть на лицо Гу Цяня.
Гу Цянь поджал губы, опустив взгляд и помрачнев так, будто с него вот-вот готова была сорваться буря. Тао Юй тут же послушно спрятался обратно под одежду.
Вокруг царила абсолютная темнота, но он слышал сердцебиение Гу Цяня — мерное и сильное, удар за ударом. Этот звук успокаивал его сильнее, чем что-либо на свете.
Гу Цянь на руках донес Тао Юя до своего кабинета и опустил на диван.
— Когда вернется Су Тан, переоденься и поезжай с ним в больницу. — Гу Цянь взял у помощника плед и укрыл им Тао Юя. Его голос звучал настолько ровно, что в нем невозможно было уловить никаких эмоций.
Только сейчас Тао Юй осознал, что его бьет мелкая дрожь. Жар так и не спал, а побег на улицу в тонкой больничной пижаме лишь сильнее ухудшил его состояние — от пережитого потрясения температура поднялась еще выше.
— Можно мне... не возвращаться в больницу? Я хочу... у, у меня есть кое-что тебе сказать. — Сжимая пальцами уголок пледа, Тао Юй с тревогой смотрел на Гу Цяня, смертельно боясь, что тот его прогонит.
Глядя на его раскрасневшееся от сильного жара личико, Гу Цянь сжал кулаки по бокам и тут же разжал их, после чего повернулся к помощнику и отдал тихий приказ:
— На сегодня совещание отменяется.
Помощник кивнул и вышел.
Гу Цянь небрежно ослабил галстук, опустил взгляд на Тао Юя и нахмурился:
— Что с лицом?
— Я... — Тао Юй не знал, как объяснить, что это из-за чувства вины, из-за жгучего раскаяния, из-за ненависти к собственным поступкам и собственной слепоте он ударил сам себя.
— Ради этого Лу Цина решил даже разыграть карту жалости? — Гу Цянь насмешливо усмехнулся, отвернулся и больше на него не смотрел.
— Ты все не так понял, я вовсе не... — Тао Юй запнулся. Как он теперь объяснит, что больше не любит Лу Цina и никогда больше не сделает ничего такого из-за Лу Цина, что могло бы навредить Гу Цяню? Ведь еще вчера они с Гу Цянем поругались именно из-за Лу Цина.
Поверит ли ему Гу Цянь теперь, как бы он ни оправдывался?
В воздухе повисло тяжелое молчание. Долгое время спустя Тао Юй словно сдулся и выдохнул:
— Гу Цянь, я знаю, что сейчас ты не поверишь ни единому моему слову. Я просто хотел извиниться...
В носу снова защипало, и он еще глубже забился в плед, глухим голосом произнеся:
— Прости... Я знаю, что был неправ, я исправлюсь. Пожалуйста, не сердись на меня, ладно?
Сердце Гу Цяня пронзила тупая боль, словно его кто-то сжал мертвой хваткой. Послушный вид Тао Юя заставил его почувствовать себя так, будто они вернулись в те дни, когда тот еще не потерял память. Вот только все уступки и проявления слабости нынешнего Тао Юя были продиктованы исключительно другим человеком.
http://bllate.org/book/26983/3252292
Готово:
