Возможно, Синь Шичуань был разбужен крепким сном и теперь злился, поэтому без обиняков отрезал:
— Это его долги, с чего мне их отдавать? Он мне даже не родной отец! Раз вам нужны деньги, идите к его законному сыну, что вы ко мне прицепились?
Цай Юн явно не ожидал, что вежливый и обходительный прежде Синь Шичуань вдруг станет так огрызаться, и тут же рассвирепел:
— Вы записаны в одной домовой книге, мы работаем по факту. Не усложняй нам жизнь. Нам плевать, родной он тебе отец или нет. Раз вы в одной книге, значит, когда человек умирает, долги переходят на тебя. Разве не так?
Синь Шичуань, терзаемый внутренними противоречиями, бессильно опустился на диван и сжал кулаки. Спустя мгновение он тяжело вздохнул, смирившись, и с бесстрастным лицом произнес:
— Зарплату выдадут пятнадцатого числа следующего месяца, там всего пять тысяч. Можете ждать — ждите, а если нет — делайте что хотите.
— Ишь, какой дерзкий!
Коллекторы не собирались проявлять снисходительность только потому, что уже пару раз видели его и знали по имени. Услышав такой ответ, они тут же вскипели. Приняв его за обычного должника-мошенника, они принялись громить мебель в комнате.
Грохот был таким сильным, что прибежала хозяйка квартиры. Она приходила уже не в первый раз, но до этого Синь Шичуаня вечно не было дома. И вот, когда наконец удалось застать его, случился такой погром.
— Вы что творите, а? Сейчас же прекратите, или я полицию вызову!
Синь Шичуань поспешно перехватил руку хозяйки, которая уже тянулась за телефоном.
Женщина нахмурилась:
— Что вообще происходит? Ты решил, что это твоя собственность? Я тебе её сдала, а за всё испорченное имущество ты заплатишь в тройном размере согласно договору!
— Хорошо, прошу прощения, что доставил вам неприятности.
Хозяйка указала на стену:
— Поцарапанные стены тоже перекрасишь. Со следующего месяца я тебе жильё не сдам, ищи другое место, залог не верну. Знаешь, сколько людей жаловалось на тебя за эти месяцы? Я только из уважения к тому, что ты студент, всё спускала на тормозах, а ты, оказывается, связался с этой швалью!
Синь Шичуань стоял у двери, изможденный до предела:
— Завтра… завтра я съеду.
— Вот и съезжай! Сделай всё, как я сказала, приведи здесь всё в порядок, иначе как я сдам это другим? Ты же студент, образованный, неужели таких простых вещей не понимаешь?
Хозяйка мельком взглянула на четверых громил, стоявших в комнате Синь Шичуаня, словно намереваясь что-то добавить, но в конце концов решила не лезть не в своё дело.
— Ладно-ладно, разбирайся со своими проблемами и не шуми здесь больше. Соседи сверху и снизу жалуются, людям завтра на работу, а из-за твоего балагана они спать не могут.
Синь Шичуань кивнул, не произнеся ни слова. Как только хозяйка ушла, коллекторы перестали крушить вещи, а вместо этого начали рыться в шкафах и ящиках, надеясь найти что-нибудь ценное. Но, ничего не обнаружив, Цай Юн перевел взгляд на журнальный столик, забрал телефон Синь Шичуаня и предупредил:
— Даю тебе еще неделю. Принесешь оставшиеся два миллиона, иначе одним разносом мебели дело не закончится.
На следующий день он всё же занял двадцать тысяч у своего соседа по комнате Чжоу Шэня, чтобы перекрасить стены в квартире хозяйки и заменить разбитую мебель. Только приведя всё в порядок, он вернулся в бар, где обычно подрабатывал.
Он был хорошо знаком с хозяином — в конце концов, проработал здесь почти год. Узнав о его ситуации, Чжао Юань согласился позволить ему пожить в баре несколько дней, но поставил условие: до открытия всё должно быть убрано, и ни один клиент не должен догадаться, что здесь кто-то спал.
Так прошла еще одна сумбурная неделя, пока Нань Хао не узнал об этом. Он преградил ему путь и спросил:
— Эти люди приходили к тебе? И из-за них ты лишился жилья?
— Я сам съехал. В том доме были и другие люди, постоянные скандалы всем надоели. — Синь Шичуань расстегнул чехол от гитары, собираясь настроить инструмент.
— Брось это! — Внутри было слишком шумно, и Нань Хао потащил его на улицу. — Выходи, мне нужно с тобой поговорить.
Только оказавшись снаружи, Синь Шичуань спросил:
— Что ты хотел?
— У тебя теперь даже места для сна нет. Тебе не тяжело так жить? Сяо Чуань, послушай меня: брось свою мать, найди себе место и начни жить по-человечески.
Давление, которое нес на себе Синь Шичуань, было заметно даже со стороны. Как друг, Нань Хао по-настоящему боялся, что однажды тот не выдержит и наложит на себя руки.
— Хватит спать в баре, иди ко мне!
Синь Шичуань покачал головой. Если Нань Хао помирился со своей девушкой, то его появление там было бы крайне некстати.
Видя, что друг пытается его защитить, Синь Шичуань лишь беспомощно ответил:
— Хао-цзы, если я уйду, они, не найдя меня, вцепятся в мать. Она женщина, и первая половина жизни у неё была достаточно тяжелой, пусть хоть сейчас отдохнет.
— А ты, по-твоему, жил хорошо? — Нань Хао пнул ступеньку и, уперев руки в бока, возмущенно воскликнул: — Что ты такого сделал, чтобы влачить такое существование?!
— Со мной всё в порядке. — Синь Шичуаню внезапно захотелось курить, он потянулся за сигаретой и попросил у друга огонька.
Нань Хао выхватил её обратно:
— Какое курение! Ты горло для пения бережешь или нет? — Нань Хао вспылил и уже собрался уходить, но, пройдя несколько шагов, вернулся и силой сунул ему в руку банковскую карту. — Это мои десять тысяч на свадьбу. Будут деньги — вернешь!
— Хао-цзы! — Синь Шичуань не успел ничего ответить, как друг уже скрылся из виду.
На банковской карте клейкой лентой был прикреплен клочок бумаги с кодом.
Для Синь Шичуаня не имело значения, насколько тяжелы испытания, он мог вынести всё в одиночку. Но когда рядом вдруг появляется такой же человек, который отдает тебе последнее, не имея никаких гарантий, — это выбивало из колеи и доводило до отчаяния.
Синь Шичуань закрыл лицо руками, изо всех сил стараясь сдержать слезы. Он и сам чувствовал, что его жизнь катится в тартарары, и продолжать её нет особого смысла.
— Ну и заставил же ты нас побегать, Синь Шичуань! Неделя прошла, где деньги?
От внезапного окрика Синь Шичуань вздрогнул, словно от удара током.
На переносице Цай Юна красовался длинный шрам с коркой, который выглядел пугающе. Помня, что они стоят у входа в бар, и боясь, что драка помешает работе заведения, Синь Шичуань, не раздумывая, бросился бежать.
— Мать твою, бежать вздумал!
Четверо бросились в погоню. Прохожие на длинной улице то и дело оглядывались, наблюдая, как пятеро мужчин несутся по тротуару. Толпа преследовала одного юношу, и люди, глядя на это, начали перешептываться, стоит ли звонить в полицию.
http://bllate.org/book/27028/3260118
Готово:
