Готовый перевод Different Paths, Same Pursuit / Синхронизация сердец: Мелодия любви: Глава 14

Лу Чжуй был готов заказать для него доставку еды на дом.

Но, учитывая, что он человек довольно понимающий, он всё же сделал вид, будто ничего не заметил.

Наевшись досыта, мальчишка выглядел гораздо бодрее, чем когда только пришёл.

Сразу после этого Лу Шэн принялся подбивать его спеть. Одна из младшекурсниц Чжао Лу тоже заикнулась сбоку, что тот очень красиво поёт, так что и сам Чжао Лу загорелся энтузиазмом и заявил, что хочет послушать его выступление.

— Так что я максимум доработаю до конца года, а после праздников сменю место работы, я уже присмотрел несколько компаний в городе Х… Старый Лу?

Лу Чжуй перевёл взгляд на Ци Яна.

Тот, прищурив глаза, с хищным блеском во взгляде разглядывал его: — О чём это ты только что думал?

Лу Чжуй уже собирался отделаться от него парой дежурных фраз, как вдруг заметил, что Лу Шэн и остальные уже притащили Цинь Шу прямо к микрофону.

Ци Ян тоже обернулся посмотреть, и в этот момент в кабинке внезапно воцарилась тишина.

Поначалу, столкнувшись с устремлёнными на него взглядами всей комнаты, Цинь Шу почувствовал себя немного не в своей тарелке.

Однако он всё же постепенно заставил себя успокоиться — точно так же, как бывало перед выступлениями с группой: когда перед выходом на сцену бешено колотится сердце, переживаешь, как бы не сплоховать во время пения, тревожишься, не огрубеют ли голосовые связки…

Но когда он действительно оказывался лицом к лицу со зрителями, каждая уходящая секунда казалась невероятно отчётливой. Он находился в самом центре воронки времени, ощущая свободу из глубин своей души.

Впрочем, сидевших в кабинке людей, если говорить строго, нельзя было назвать его привычными «зрителем», подумал он.

Цинь Шу устроился на стуле, слегка размял шею, а ноги расслабленно опустил на ступеньку.

Поддавшись позыву, который задал братец Лу, несколько человек в кабинке начали хлопать.

Эти редкие, жиденькие из-за небольшого числа людей аплодисменты, а также замкнутое пространство комнаты и тесная сцена заставили его ещё острове осознать:

сейчас он выступает вовсе не на какой-то концертной площадке, он поёт не для тысяч зрителей, стоящих под сценой и обожающих их группу.

Так для кого же тогда он поёт?

Он поднял взгляд и внезапно встретился глазами с парой непроглядно-чёрных, глубоких глаз.

Почти в тот же миг в его голове из ниоткуда возникла мелодия песни.

Это была американская народная песня, прозвучавшая в одном из его самых любимых фильмов.

Пусть эта песня была далеко не так знаменита, как сама картина, и мало кто стал бы специально разыскивать её, чтобы послушать, он искренне и безумно любил ту сцену, где она звучала:

Джесси и Селин находились в крошечной студии звукозаписи, прижавшись спинами к стене, они украдкой поглядывали друг на друга, и их взгляды то следовали один за другим, то испуганно ускользали.

«Там дует северный ветер.

И он говорит, что у любви свой путь.

Подойди сюда. Подойди сюда».

В кабинке стояла такая тишина, что, казалось, было слышно, как падает иголка.

Когда мальчик допел первые четыре строчки, Лу Чжуй понял, что сам того не заметив, затаил дыхание.

Бледно-жёлтый, тёплый, невесомый свет падал на опущенные глаза мальчика, на его чуть повёрнутые бледные, изящные щеки.

Каждая строка, слетавшая с его губ в тихом, неторопливом пении, походила на самое нежное дуновение ветерка среди пшеничного поля — покачиваясь, покачиваясь, она устремлялась к спокойной и прекрасной глади ночного моря.

Цинь Шу внезапно поднял голову и, преодолевая рассеянные вокруг взгляды, устремил взор на самый тихий и сосредоточенный среди присутствующих.

«Но на этот раз всё будет хорошо.

Там дует северный ветер.

И он говорит, что у любви свой путь.

Подойди сюда. Подойди сюда».

Сегодня храбрый Сяо Шу!

Песню «Come Here» обязательно нужно найти и послушать! (она есть в некой рыбьей тучке☁️) Послушав её, можно лучше понять чувства Сяо Шу в этой главе~

В этом фильме есть одна очень известная фраза об любви:

«Мне нравится, когда я смотрю в другую сторону, а его взгляд падает на меня».

Глава 9 Откуда вообще взялся этот чртов контракт?

Сегодня наступил день оплаты квартплаты.

Утром Цинь Шу перевёл деньги арендодателю, после чего почувствовал, что его сердце обливается кровью.

Он открывал строку с остатком на счёте, выходил из неё и снова перепроверял всё несколько раз: хотя до полного финансового краха было ещё далеко, при нынешнем образе жизни, когда деньги только уходят и ничто не поступает взамен, самое большее, чего ему хватит — дожить до следующего года, а там придётся собирать чемоданы и возвращаться в родные края.

Ох, и при этом ещё тащить с собой свои комнатные растения и черепаху.

— А-а-а! —

Глухо прокричал он, зарывшись в одеяло, и ещё несколько раз перевернулся и свернулся калачиком на кровати.

Когда-то он с пеной у рта клялся отцу, что непременно сможет закрепиться в городе Х, а теперь ему казалось, что эти слова звучат как звонкие пощёчины по собственному лицу.

Уж лучше бы он вместе с Юй Вэнь попытался поступить в аспирантуру в позапрошлом году…

Он тяжело вздохнул: получи он степень магистра, разве не намного проще было бы найти работу в городе Х? Уж точно бы с голоду не пропал.

Но готовиться к поступлению в аспирантуру — дело поистине тяжёлое; такая любительница наряжаться, как Юй Вэнь, весь тот год ходила с замурзанным лицом, и из десяти раз застать её удавалось в лучшем случае в пижаме дважды, изо дня в день она только и делала, что зубрила слова по тетрадкам, прогоняла тесты по пособиям Сяо Сюжуна… либо с отрешенным видом слушала онлайн-лекции.

Стоило только вспомнить Юй Вэнь, как в памяти всплывала та с натяжкой заслуживающая звания «причудливой» вечеринка на прошлой неделе.

Они с Юй Вэнь сидели в компании людей малознакомых и даже незнакомых вовсе, но при этом умудрились провеселиться едва ли не допоздна. Выступавшая на первом этаже группа даже поднялась к ним, чтобы пропустить по бокальчику-другому — разумеется, в основном составляя компанию боссу Лу.

К моменту окончания было уже около двух часов ночи, Цинь Шу валился с ног от усталости, да и Лу Шэн, этот «табачно-алкогольный магнат», опьянел настолько, что уже не мог внятно ворочать языком.

Цинь Шу смутно помнил, что позже Лу Чжуй вызвал несколько машин и лично позаботился о том, чтобы каждый из них устроился как положено.

В полусне и тумане он прислонился головой к автомобильному стеклу и сквозь тусклое тёмное стекло наблюдал, как на улице Лу Чжуй методично усаживал каждого в машину и объяснял водителям адреса.

http://bllate.org/book/27075/3268420