Утренние рейсы отправлялись довольно плотно, и самолётам приходилось стоять в очереди на руление. Вэй Чунсяо приготовился к взлету и ждал приказа на месте.
Радиосвязь вылетающих самолетов с диспетчерской вышкой шла на одной частоте, и он мог слышать в наушниках, как предыдущий командир корабля общается с диспетчером.
Как назло, это был Лин Тань.
— CL347, удерживайте позицию севернее рулежной дорожки B7.
— CL347, готов.
— CL347, разрешен взлет с полосы 14.
Его голос без искусственной обработки звучал чуть прохладно и очень приятно, заставляя невольно представлять выражение лица говорившего.
Вэй Чунсяо слушал, как Лин Тань ровным тоном повторяет слова диспетчера, и в душе у него неожиданно зародилось какое-то странное, не поддающееся описанию чувство досады.
Этот человек, кажется, умеет разговаривать по-человечески только тогда, когда сидит в кресле командира. Никаких нарочито задорных интонаций на конце фраз, никаких приукрашенных словечек, чтобы пустить пыль в глаза.
Взлет, уход на маршрут, уборка шасси. Самолет с ревом устремился в небеса.
Погода сегодня выдалась на редкость хорошая: ярко-синее небо, ни единого облачка — еще один полет, который принесет одно удовольствие.
— Дамы и господа, доброе утро. Добро пожаловать на борту рейса CL178 Авиакомпании Юньцзи. Я командир этого воздушного судна, Вэй Чунсяо. Расчетное время прибытия — одиннадцать двадцать четыре. Еще раз благодарим вас за выбор Авиакомпании Юньцзи, приятного полета!
Настроение у него было отменное, уголки губ сами собой поползли вверх, да так, что сидевший рядом Пэй Хун едва не подскочил от страха, решив, что в его Капитана вселился демон.
Честно говоря, Вэй Чунсяо и сам ощутил то самое «встретимся в небесах», о котором говорил тот наглец, пусть даже он сам летел на север, а Лин Тань направился на юг, к Тунъюаню, и расстояние между ними по прямой неуклонно росло.
Кто же откажется закрутить роман в облаках?
Но если в роли объекта выступает Лин Тань, пожалуй, с этим стоит завязать.
С виду Вэй Чунсяо производил впечатление человека скучного, но на самом деле он вовсе не был пресным. В погоне за всевозможными новинками он проявлял детское упрямство. Например, что касается направлений полетов: Лин Тань предпочитал летать по фиксированным маршрутам, составленным компанией, изо дня в день двигаясь по замкнутому кругу туда и обратно. Вэй Чунсяо — совсем другое дело: даже если руководство назначало ему маршрут, он ухитрялся меняться сменами с коллегами и летал по всему миру, а после приземления обязательно осматривал местные достопримечательности. Его следы, пожалуй, остались на небесах всего земного шара, и он даже успел познакомиться с несколькими иностранными командирами.
Пэй Хун говорил, что такой зануда, как он, если перестанет развлекать себя сам, то просто сопьется от скуки или впадет в депрессию.
Вэй Чунсяо даже не стал спорить.
Потому что его главным развлечением было небо.
Сегодня он покружил в небесах и вернулся обратно. Поскольку рейс был коротким, он освободился на два с лишним часа раньше, чем вчера. Включив телефон, он обнаружил, что входящих нет — папка оказалась совершенно пустой.
Видимо, Лин Тань еще не приземлился, иначе с чего бы ему не докучать своими сообщениями?
...И с какой стати он вообще вспоминает об этом проклятом дьяволе?
Он набрал короткое сообщение: [В четыре тридцать ровно жду на тренажере, внеплановая проверка], и отправил контакту по имени Хэ Сяочжи.
— Ты опять издеваешься над девчонкой. — Пэй Хун, попивая кофе, с презрением посмотрел на него.
— Нечего мне тут зубы скалить. Ты же сам прекрасно знаешь, насколько для пилота важна практика. — Вэй Чунсяо бросил на него сердитый взгляд и вышел.
В четыре тридцать, минута в минуту, Хэ Сяочжи с дрожью в коленях наблюдала за появлением своего начальника. Капитан Дьявол уверенной дьявольской походкой неторопливо препроводил ее в кабину авиатренажера.
Вэй Чунсяо плюхнулся на место второго пилота и указал на кресло рядом с собой:
— Сегодня ты работаешь в качестве пилотирующего пилота, я подчиняюсь твоим командам.
— А? Се-се-се-се-се-се-сегодня... — Глаза девушки округлились до размеров медных монет, и вид у нее был такой, будто она увидела призрака.
— Чего застыла?
Дрянь дело: во взгляде Капитана Дьявола уже промелькнуло недоброе, и Хэ Сяочжи торопливо перевела глаза на нагромождение приборов перед собой.
Однако это была вовсе не простая тренировка взлетов и посадок. Капитан Дьявол не жалел сил, доказывая, что свое прозвище он носит не зря, и даже на тренажере ухитрялся придумывать всевозможные способы, чтобы отравить ей жизнь. Ей даже казалось, что Вэй Чунсяо вполне может издать книгу под названием «Как я хочу умереть: сто способов разбить самолет от мастера». Сегодня — столкновение с птицами, завтра — удар молнии; нет ничего такого, чего он не смог бы придумать.
Проверки Вэй Чунсяо всегда начинались без предупреждения, прямо как в реальном полете — никто не станет заранее предупреждать тебя, с какой именно бедой ты сейчас столкнешься. На этот раз он устроил проверку: сразу после взлета отказывает левый двигатель, и поди разберись, что с этим делать.
Хэ Сяочжи была еще молода, и сколько бы раз ее ни пугали, при звуках пиликающих датчиков на приборной панели она все равно терялась, а в голове у нее наступала абсолютная пустота.
Она спешно связалась с диспетчером для подготовки к запасной посадке, но ее руки заметно дрожали при выполнении серии манипуляций, и она с надеждой посмотрела на Вэй Чунсяо.
Вэй Чунсяо произнес безжалостным тоном:
— Сейчас ты — командир корабля, твой второй пилот — полный профан, соображающий хуже тебя, а жизни всех пассажиров зависят от тебя. Что делать — решай сама.
Хэ Сяочжи почувствовала, как у нее волосы встали дыбом по всему телу. Лихорадочно выуживая из памяти теоретические знания, она дрожащими руками выполнила необходимый каскад действий: отрегулировала руль направления, увеличила тягу правого двигателя и в конце концов благополучно посадила машину.
— Неплохо, — вынес вердикт Вэй Чунсяо.
Хэ Сяочжи, впервые за долгое время избежавшая разноса от Капитана Дьявола, уже было собралась с облегчением выдохнуть, как вдруг услышала продолжение:
— По сравнению с прошлым разом, когда ты умудрилась влететь в гору вместе со всеми пассажирами, стало немного лучше.
Хэ Сяочжи чуть снова не грохнулась в обморок.
— На этот раз ставлю тебе с натяжкой тройку. Десять баллов снимаю за недостаточную плавность действий, и тридцать — за навыки работы в нештатных ситуациях и психоэмоциональную устойчивость.
Ладно, главное — сдала. Пережив приступ тахикардии, Хэ Сяочжи схватилась за сердце и бросилась бечь из тренажера.
Кто такая Хэ Сяочжи? Между прочим, она поступила в Авиакомпанию Юньцзи с первыми результатами теоретических экзаменов и в свое время была грозной «старшей сестрой» в Летном училище Муань. При росте сто семьдесят три сантиметра, с аккуратной короткой стрижкой и круглым лицом, в свои двадцать три года она все еще выглядела по-детски наивной. Она прекрасно понимала, что девушке, решившей стать пилотом, придется трудиться в разы упорнее парней, но никогда не отступала. Небо было ее мечтой, и она упорно шла к ней.
Кто бы мог подумать, что гордая и амбициозная Хэ Сяочжи, которую преподаватели летного училища называли перспективным кадром, едва попав в Юньцзи, тут же налетит на рифы и грохнется оземь прямо под началом Капитана Дьявола.
http://bllate.org/book/27096/3271913
Готово:
