Готовый перевод Transmigrated: The Whole Internet Exploded After the Big Shots Noticed Me / Попал в книгу: как стать целью самых влиятельных людей мира: Глава 5

Она спокойно произнесла: Сяо Чэнь, не нужно ничего скрывать от меня. Я знаю, что с моим телом что-то не так. Говори, какая у меня болезнь?

Хань Чэнь очень хотел улыбнуться ей и сказать, что никакой болезни нет, но, встретившись взглядом с её спокойными глазами, он проглотил слова, уже готовые сорваться с губ.

Тяжело вздохнув про себя, он подошел к больничной койке, сел и, взяв бабушку за руку, произнёс: Бабушка, врач сказал, что у тебя небольшие проблемы с желудком. Но хорошо то, что это ранняя стадия, она поддается лечению.

Лю Цюсян отвернулась и протёрла глаза.

Госпожа Хань (бабушка) замерла: Это… рак желудка?

Хань Чэнь крепче сжал её руку, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли: Это ранняя стадия, бабушка. Тебе не нужно бояться, мы будем активно лечиться и быстро поправимся.

Госпожа Хань (бабушка) спросила: Нужно ли делать операцию? Сколько она стоит?

Хань Чэнь до смерти боялся, что она начнёт волноваться о деньгах и откажется от лечения, поэтому поспешно ответил: Совсем немного, у меня на карте ещё есть деньги. Бабушка, ты — мой единственный родной человек. Не оставляй меня, пообещай, что будешь хорошо лечиться, ладно?

У госпожи Хань (бабушки) защипало в глазах, но она поспешно подавила слёзы.

Она подняла руку и погладила Хань Чэня по голове, говоря срывающимся голосом: Хороший мальчик, не волнуйся, бабушка будет хорошо лечиться. Я ведь ещё не видела, как ты создашь свою семью.

Хань Чэнь почувствовал, как на душе стало легче: Тогда тебе нужно набраться сил, я ведь хочу, чтобы ты поняла моих будущих детей.

Когда бабушка уснула, Хань Чэнь вышел. Он ещё не обедал и чувствовал, как от голода скрутило желудок.

Купив пару булочек, чтобы перекусить, он дошёл до ближайшего банка, чтобы проверить остаток на картах прежнего владельца тела. Оказалось, что на трёх картах в сумме было меньше тридцати тысяч юаней.

Этого не хватило бы даже на операцию, не говоря уже о дальнейшем лечении.

Семья Хань действительно неплохо зарабатывала последние годы, но только в прошлом году швейная фабрика расширила производство, а Хань Чжэньдун к тому же купил квартиру и сразу после этого сменил машину.

Сам прежний владелец тела был тщеславен, сорил деньгами, носил одежду и обувь только дорогих брендов, в школе заискивал перед богатыми сыночками, стремясь влиться в их круг, и часто выступал в роли простака, оплачивая все счета.

Теперь же, когда швейная фабрика семьи Хань обанкротилась, Хань Чжэньдун продал квартиру, которую купил меньше года назад, и остался в долгах. Легко было догадаться, что у семьи Хань совсем не осталось денег.

Хань Чэнь вздохнул и вернулся в больницу.

Только он вошёл в палату, как к нему прибежал вспотевший муж Лю Цюсян, Хань Чжилян.

На Хань Чжиляне была серая от пыли одежда. Он даже не стал заходить в палату, а позвал Хань Чэня наружу: Сяо Чэнь, дай мне номер своей карты, я переведу тебе пятьдесят тысяч на первое время.

Хань Чжилян был ниже Хань Чэня ростом, ему было за тридцать, он занимался внутренней отделкой и работал прямо здесь, в уезде. Поначалу он помогал другим, а в начале прошлого года занял денег у Хань Чжэньдуна, набрал десяток рабочих и стал небольшим подрядчиком. Даже тот объект, на котором он сейчас работал, ему подогнал Хань Чжэньдун.

Однако он только начинал, больших денег ещё не заработал, нужно было содержать семью и платить зарплату рабочим, так что пятьдесят тысяч, которые он нашёл для Хань Чэня, были проявлением большой верности.

Тогда спасибо, брат Чжилян. Хань Чэнь не стал с ним церемониться, он как раз ломал голову, где достать деньги, и тут же продиктовал номер карты.

Хань Чжилян перевёл деньги, ещё пару раз утешил Хань Чэня и поспешно ушёл.

Хань Чэнь нашёл врача, обсудил детали предстоящей операции и пошёл оплачивать счета.

Вернувшись в палату, он сказал Лю Цюсян: Невестка, возвращайся домой, спасибо, что возилась с нами эти дни.

Опять ты за своё? Ещё раз такое скажешь — я обижусь.

Лю Цюсян шутливо пожурила Хань Чэня и спросила: Что сказал врач, когда операция?

Операцию назначили на послезавтра, на утро.

Хорошо, тогда я пойду, а послезавтра приду снова.

Когда Лю Цюсян ушла, Хань Чэнь сел у больничной койки и задумался о том, что делать дальше.

Прежний владелец учился на направлении новых медиа, проработал стажёром меньше двух месяцев, но из-за придирок начальства разругался с ними в пух и прах и просто бросил работу.

Кто бы мог подумать, что перемены наступят так быстро: всего за полмесяца, с момента банкротства фабрики до трагедии с родителями, жизнь прежнего владельца перевернулась с ног на голову.

Только теперь всё это уже не имело отношения к прежнему владельцу тела. Он был вынужден взять всё в свои руки, и как идти по этому пути дальше… он не знал.

Хань Чэнь не успел обдумать ситуацию, как вдруг зазвонил телефон.

Боясь разбудить бабушку, он, даже не взглянув на экран, быстро ответил: Алло?

Он на цыпочках вышел из палаты, продолжая говорить.

Хань Чэнь, чем ты занят? Не читаешь сообщения в группе? В следующую субботу Чжан Чи устраивает встречу выпускников, как раз в день рождения Линь Юйтун. Мы все давно не виделись, наша классная красавица специально просила меня передать тебе приглашение. Ну, я передал, так что обязательно приходи повеселиться.

Хань Чэнь взглянул на экран телефона: звонил Дун Цзыхао, одноклассник прежнего владельца.

В этой книге был такой эпизод: никакая это не встреча выпускников, Чжан Чи просто узнал о том, что случилось в семье, и организовал всё это специально, чтобы унизить его.

Хань Чэнь не хотел иметь с ними ничего общего, но прямо отказываться не стал, а уклончиво ответил: А, ясно.

Собеседник хотел поболтать, но Хань Чэню было не до того, и он под благовидным предлогом положил трубку.

После шести вечера Хань Чэнь поужинал в больничной столовой и принёс госпоже Хань (бабушке) порцию рисовой каши. Она съела небольшую миску, и Хань Чэнь, видя, что её больше не рвёт, как днём, немного успокоился.

Летом дни длинные, а ночи короткие. Ближе к семи вечера на улице ещё было светло. Госпожа Хань (бабушка) захотела немного прогуляться, и Хань Чэнь проводил её вниз.

Когда совсем стемнело, они вернулись в палату.

Бабушка, мне нужно отлучиться по делам, посмотри пока телевизор, я скоро вернусь.

Бабушка не стала расспрашивать, куда он собирается: Хорошо, иди, не переживай обо мне. Посмотрю телевизор, а как устану — лягу спать.

http://bllate.org/book/27153/3283692