Жэнь Дунъин окликнул:
— Тетушка Гуй.
Тетушка Гуй моргнула, лишь тогда пришла в себя и поспешно отозвалась. Она перевела взгляд с одного юноши на другого, задержалась на Цун Синцзэ и нерешительно спросила:
— Вы ведь еще не ужинали? Хотите, я сварю вам немного сладких супов с рисовыми шариками?
Цун Синцзэ лишь кивнул и повел гостя в свою комнату.
Обстановка в комнате оставалась такой же, как и в первый визит Жэнь Дунъина: все очень лаконично. Жэнь Дунъин мельком огляделся и отвел взгляд, размышляя: если сегодня они в последний раз находятся под одной крышей, то он готов спокойно посидеть и объяснить материал, а потом они больше не увидятся.
Цун Синцзэ сегодня тоже был необычайно молчалив. Они сохраняли внешнее спокойствие: один объяснял, другой слушал. Спустя два часа Жэнь Дунъин взглянул на часы и пометил для него несколько тем, которые часто встречаются на экзаменах, но в которых легко допустить ошибку.
Отложив ручку, Жэнь Дунъин засмотрелся на полупрофиль Цун Синцзэ, склонившегося над записями, и раздумывал, как бы начать разговор. Возможно, его взгляд был слишком прямолинейным, потому что Цун Синцзэ вдруг поднял глаза — и Жэнь Дунъин пришел в себя.
Они впервые находились в одном месте, сохраняя при этом такое спокойствие. Жэнь Дунъин не хотел больше откладывать. Он едва разомкнул губы, чтобы произнести первый звук, как Цун Синцзэ, не сводивший с него глаз, вдруг насмешливо хмыкнул.
Жэнь Дунъин уже не в первый раз слышал этот издевательский тон. Слова, которые он хотел произнести, застряли в горле. Он так и остался стоять с полуоткрытым ртом, на мгновение опешив, не понимая, что случилось.
Спокойная видимость была нарушена. Жэнь Дунъин недоуменно спросил:
— Что… что не так?
Цун Синцзэ ничего не ответил. Он встал, достал из ящика стола несколько стопок газет и протянул их гостю:
— Знакомо?
В содержании газет не было ничего особенного, разве что несколько фотографий. Жэнь Дунъин внимательно вгляделся и, к своему удивлению, обнаружил в углу самого себя.
На снимке он следовал за Цун Шэном. Жэнь Дунъин был одет в строгий костюм и выглядел довольно скованным. Он открыл рот: он вспомнил тот случай. Это произошло, когда он только поступил в университет города А, и Цун Шэн впервые связался с ним.
Тогда Цун Шэн сам вышел на связь и попросил об одолжении. Жэнь Дунъин, не раздумывая, согласился. Его привезли на небольшой банкет. В этой атмосфере роскоши и разврата он чувствовал себя заблудившимся кроликом: стоял за спиной у Цун Шэна, совершенно чужой, и ловил на себе любопытные взгляды со всех сторон.
К счастью, Цун Шэн увидел, что ему не по себе, и позволил уйти почти сразу. Если бы не эта фотография, он бы давно забыл о случившемся.
— Откуда взялась эта фотография? — в недоумении спросил Жэнь Дунъин.
— В таких местах скрытая съемка — обычное дело. Ну что, теперь вспомнил? — Цун Синцзэ стоял у стола и спросил это равнодушным тоном.
Жэнь Дунъин нахмурился. Он согласился пойти туда только потому, что хотел помочь Цун Шэну. Но то, что его сфотографировали без ведома и напечатали в газете, было крайне неприятно. Однако сейчас его беспокоило другое.
— И что не так с этой фотографией?
Цун Синцзэ вырвал газету из его рук, уставился на снимок и с легким равнодушием спросил в ответ:
— Знаешь, что это за место?
Жэнь Дунъин нахмурился еще сильнее:
— Что?
— Люди здесь — деловые партнеры моего отца и даже лидеры самых разных отраслей. Как думаешь, зачем моему отцу понадобилось брать тебя на такое мероприятие?
Жэнь Дунъин запнулся. Тогда он не задумывался о причинах, просто шел следом за Цун Шэном. Когда тот беседовал с людьми, он даже не слушал, о чем идет речь, и совершенно не вникал, кто эти люди и зачем они здесь.
Хотя он был студентом, которого спонсировал Цун Шэн, до поступления в университет он видел его всего один раз. Жэнь Дунъин, конечно, не обольщался, что Цун Шэн хотел представить его этим важным персонам, но и иного объяснения придумать не мог.
Поэтому он, нахмурившись, переспросил словами Цун Синцзэ:
— Зачем?
Цун Синцзэ отложил газету и произнес с многозначительным видом:
— Он столько лет в бизнесе, прошел через огонь и воду. Друзей у него много, но врагов — еще больше.
Сказав это, он вдруг подался вперед, уперся руками в стол и впился в него тяжелым взглядом темных глаз:
— А ты — студент, которого он выбрал для опеки с самого детства. Поступил в университет в городе А, и едва начались занятия, он тут же притащил тебя на такое мероприятие. Его враги не могут достать его самого, но как ты думаешь, если представится случай, как они поступят с тем, на кого, по всеобщему мнению, мой отец возлагает большие надежды?
Жэнь Дунъин, не раздумывая, холодно бросил:
— Что ты несешь?!
Человек, который в его детстве, когда он был на грани отчаяния и готов был сдаться, подарил ему надежду — как он может быть таким?
Цун Синцзэ не удивился:
— Не веришь? Даже если только такая версия объясняет все его предыдущие поступки, ты все равно отказываешься верить?
В глубине его глаз мелькнула насмешка:
— Или тебе попросту плевать на его истинные цели? Лишь бы получать деньги — ты готов делать для него все, что угодно?
Терпение Жэнь Дунъина лопнуло. Он закусил губу, вскочил на ноги, в следующее мгновение схватил Цун Синцзэ за воротник и с силой толкнул его на край стола.
— Хватит судить о людях по своим грязным мыслям!
От ярости его лицо слегка покраснело, а уголки глаз налились влажным алым цветом. Весь его облик внезапно стал таким живым и ярким, что он выглядел ослепительно красивым, даже несмотря на неуместность ситуации.
Цун Синцзэ, прижатый к столу, сохранял невозмутимость. Они находились совсем близко друг к другу. Цун Синцзэ опустил взгляд и пристально разглядывал Жэнь Дунъина, следил за его дрожащими ресницами, а затем внезапно поднял руку и коснулся уголка его глаза.
Жэнь Дунъин инстинктивно дернулся. Невозмутимое лицо юноши вызвало у Жэнь Дунъина ощущение беспомощности, будто он со всей силы ударил по вате. Он медленно ослабил хватку, у него даже не осталось сил разбираться с этим неожиданным движением.
http://bllate.org/book/27393/3326493
Сказали спасибо 0 читателей