Готовый перевод The Unnamed Case Files: Two Branches of Wheat / Архив забытых дел: Две стороны одной медали: Глава 2

Впервые заметив, как в женское общежитие заходит полицейский, окружающие студентки то и дело останавливали шаги, разглядывая его.

Молодой полицейский обладал красивым лицом и косыми, взмывающими вверх мужественными бровями, под которыми едва ли удавалось скрыть пронзительный взгляд. Впрочем, создатель словно нарочно демонстрировал миру своё творение.

Редко кому удавалось носить обычную форму так потрясающе. Высокий и стройный, с мускулистым телом, наглухо затянутым в форменное сукно, он сочетал в себе мощную силу и полное отсутствие какой-либо грузности, а каждая мышца казалась исполненной жизни и точно знала своё место, лишь добавляя владельцу неотразимого очарования.

В университете, издавна славившемся изобилием высококачественных мужчин, планка женских эстетических запросов закономерна поднималась всё выше.

Здесь привыкли видеть и атлетично сложенных баскетболистов, источающих мужественный запах тестостерона, и обходительных, нежных, словно весенний ветерок, юношей-интеллектуалов. Но стоило появиться этому полицейскому — без единого лишнего движения, хмурящемуся лишь от глубоких раздумий, — как спешащие по своим делам студентки невольно замирали на месте: в университетском городке выдался редкий момент, когда появилось нечто более притягательное, чем утренний кофе.

Капитан Фу, пожалуйста, сюда. — Заведующая кафедрой журналистики Университета Цзянчэн Чжао Хунъин уже давно ожидала на месте. Фу Любе обернулся, и Чжао Хунъин махнула ему рукой.

Фу Любе направился к Чжао Хунъин, его брови чуть разгладились, и он кивнул в знак приветствия:

— Простите за беспокойство, преподаватель Чжао.

Его голос звучал так мягко, словно апрельский ветерок веял над полями, и сорокалетняя Чжао Хунъин густо покраснела.

Однако взгляд Фу Любе не задержался на её лице, скользнув мимо так, будто она была пуста местом. Подобные сцены повторялись едва ли не ежедневно, и Фу Любе невольно вздохнул про себя. Ведомый Чжао Хунъин, он вошёл на место происшествия.

Его коллеги — элита Первой группы по расследованию особо тяжких преступлений города Цзянчэн — уже вовсю занимались своими обязанностями. Фу Любе поприветствовал коллег на месте, и к нему тут же стремительно подскочил сотрудник с докладом:

— Погибшую зовут Фу Цинцзя.

— По статусу — студентка четвёртого курса факультета журналистики Университета Цзянчэн.

— ...

Расследование на месте шло своим чередом: Фу Любе внимательно выслушивал поступающую информацию и одновременно перевёл взгляд на обстановку в нескольких шагах от себя.

Это было студенческое общежитие с предельно простой планировкой. Сад Тинсун насчитывал три корпуса по семь этажей в каждом, на каждом этаже располагалось по двенадцать комнат. Все они были двухъярусными, посредине стоял общий письменный стол для занятий, а у балконной двери примостились несколько платяных шкафов. В каждой комнате могло проживать от четырёх до восьми человек, кроме того, к каждому помещению прилагались собственный балкон и отдельная туалетная комната.

В данный момент они находились в комнате триста пять в первом корпусе, расположенной ближе всего к главным воротам Сада Тинсун. В этом здании жили преимущественно студенты Института медиа. Девизом медиаинститута значились слова: Постигай добродетель, совершенствуй мастерство. К студентам там предъявляли самые строгие требования, однако в вопросах распределения по комнатам действовал принцип: чем меньше хлопот, тем лучше.

За исключением тех, кого старались селить вместе по принципу землячества или одной группы, остальных просто подселяли на пустующие места. Жить здесь предстояло все четыре года, а потому, хотя погибшая и числилась четверокурсницей и обитала на третьем этаже вместе с несколькими одногруппницами, её дни проходили в окружении первокурсниц, всё ещё полных романтических надежд на университетскую жизнь, в то время как сама она в одиночку противостояла суровой реальности социума, что делало её несколько беззащитной.

В комнате значилось пять жиличек. Одна из них провела прошлую ночь у парня, ещё две с головой ушли в подготовку к общенациональным экзаменам в магистратуру; поскольку в общежитии им постоянно мешали, они совместно сняли жильё за пределами кампуса.

Ещё одна как раз находилась на решающем этапе подготовки к повторному экзамену, а последняя колебалась — стоит ли штурмовать магистратуру во второй раз или же просто сменить поле деятельности, а потому последние дни проводила в безудержных гулянках вне стен университета, пытаясь с помощью развлечений отсрочить момент окончательного выбора.

Последняя соседка была родом из Цзянчэна, и из-за домашних дел в последнее время жила с родителями. Сегодня утром она заглянула в общежитие за сменной одеждой и, отперев дверь ключом, столкнулась с картиной, которая врезалась ей в память на всю оставшуюся жизнь.

Её пронзительный крик привлёк коменданта общежития, которая как обходила этажи для проверки. Пятидесятилетняя госпожа Цинь действовала решительно: разглядев обстановку внутри, она прикрыла дверь и с едва заметно дрожащими руками вызвала полицию.

Рядом доносились прерывистые всхлипывания, и госпожа Цинь тихонько успокаивала плачущую девушку, стараясь свести последствия происшествия к минимуму. Премия за образцовое управление общежитием в этом году накрылась медным тазом — промелькнуло в голове у госпожи Цинь.

Узнав базовые сведения, Фу Любе перевёл взгляд на кровать. Тело девушки мирно покоилось на нижней койке слева, ближе всего к двери. На лишённом красок лице уже выступили первые трупные пятна, но даже они не могли скрыть природную красоту погибшей. Выражение её лица было абсолютно безмятежным, а иссиня-чёрные, блестящие волосы до плеч казались аккуратно уложенными и ровно лежали на обеих ключицах.

В левой руке она сжимала канцелярский нож, положенный плашмя на живот. Простыня от правой стороны пояса до бёдер была залита большим количеством крови, и нежно-голубой цвет ткани почти полностью скрылся под багровыми пятнами. Правая рука безвольно свисала с края кровати, застыв примерно в тридцати сантиметрах от пола.

Кровь стекала с запястья, капала с кончиков пальцев и вновь собиралась на полу лужицами, распускаясь цветками кроваво-красной мэйхуа. Зрелище не казалось столь шокирующим, как огромные тёмно-красные пятна на ложе, а за истекшее время кровь слегка загустела, приобретя странную, пронзительную эстетику.

В последнее время в школе не фиксировалось никаких краж или иных подозрительных происшествий, следов взлома на дверном замке общежития тоже не обнаружилось. Предварительный осмотр записей с камер наблюдения у главных ворот за минувшую ночь не выявил появления посторонних лиц, а следов борьбы на месте не наблюдалось. Лишь бегло оценив обстановку за столь короткое время, Фу Любе уже мог сделать вывод: убийца и жертва давным-давно были связаны общим роком.

Как обстоят дела с осмотром? — Фу Любе прервал разговор с коллегой и подошёл к судмедэксперту Сюй Чжичэну. Мужчина-эксперт как раз завершал последние манипуляции, снимая перчатки и выпрямляясь во весь рост.

Здесь я закончил, позже в управлении проведём подробное вскрытие, а остальное поручу Цзыцзе. — Фан Цзыцзе был помощником судмедэксперта: обычно доктор Сюй проводил первичный осмотр, а всю дальнейшую рутину оставлял на него.

Сюй Чжичэн встретился взглядом с Фу Любе, и им хватило всего секунды, чтобы понять: их выводы полностью совпадают.

Черт возьги, кто ж нажрался с самого утра да ещё и проблевался прямо у входа, у нынешних студентов совсем совести нет? И это всё? — Обладатель зычного голоса, принадлежавший к числу полевых сотрудников Отдела по расследованию тяжких преступлений при городском управлении внутренних дел — Юань Цзиньшуй, в своё время не дотянул всего три балла до поступления на факультет гражданского строительства Университета Цзянчэн, из-за чего ему волей-неволей пришлось податься в полицейскую академию.

http://bllate.org/book/27471/3337737